В. Голованов, А. Татарский: «Цветение авторства и увядание профессионализма»

"Бабушка"

Александр Татарский. Проблем и забот в анимации, конечно, немало, но все-таки отчетливо видно, что, несмотря на почти полное отсутствие денег, на недостаток государственной поддержки, фильмы делаются, деньги каким-то чудом находятся, художники как-то умудряются самовыражаться. Очевидно, многие наши новые фильмы снова будут иметь успех во всем мире, а не только в России. То есть наше реноме как одной из самых серьезных и качественных анимационных школ остается высоким по мировым стандартам. И по-прежнему наша современная анимация демонстрирует большой разброс технологий. Пожалуй, такого стилевого богатства нет нигде в мире. Все это, конечно, замечательно. Но есть и другая, более печальная тенденция.

Происходит разрыв поколений. Те, кто может работать в анимации и кто это доказал своими фильмами, в основном давно не мальчики и не девочки. Нас всех уже с натяжкой можно называть средним поколением. А молодых, начинающих и перспективных, на мой взгляд, недостаточно, и их успехи, по-моему, не столь уж очевидны. Хотя есть, конечно, очень талантливые люди. Достаточно назвать уже довольно известный фильм недавнего выпускника ВГИКа ерия Черенкова "Большая миграция". Но в целом молодой резерв пока не слишком обнадеживает.

Я сейчас говорю не об отсутствии шедевров. Я убежден, что в любом виде искусства, и в анимации в том числе, не может рождаться много шедевров сразу и постоянно. Так просто не бывает. Если случаются два-три фильма, которые производят сильное впечатление, уже прекрасно. В российской анимации, слава Богу, хорошие фильмы есть и даже в большом количестве -- можно спокойно назвать призовой список фестиваля "Таруса"-97 для подтверждения моих слов. Но удручает другое -- профессиональный уровень так называемых средних фильмов. К сожалению, во многих лентах дебютантов добротным профессионализмом и не пахнет. Я не вижу пока в работах молодых настоящего профессионального мастерства, но вижу много амбиций и желание (наверное, вполне нормальное для молодого человека) перевернуть мир и показать, что я-де хотел сделать что-то необыкновенное -- открыть Америку. Увы, пока эти амбиции и намерения почти ни у кого не подтверждаются умением, мастерством, а порой и простым ремеслом.

Владимир Голованов. Подойдем к проблеме и с другой стороны. Наша анимация переполнена шедеврами. Вот ерий Борисович Норштейн доснимет "Шинель". Вот фильмы Гарри Бардина. Вот Оксана Черкасова, Алексей Харитиди, Александр Петров, Валентин Ольшванг, Николай Серебряков, Андрей Золотухин, Ирина Евтеева. Но это какой-то тупик шедевров. При всем при том ощущается отсутствие "великой сценарной идеи". Чего-то вроде (говорю с ужасом) Чебурашки и крокодила Гены. И это не шутка. Когда такое "нечто" возникает, оно становится культовым и вечным. Почему? Как вы понимаете, потому, что в основе есть великая сценарная идея. Несколько раз посветила нам фонариком и ушла навсегда Надя Кожушаная. Получились фильмы (все призовые): "Племянник кукушки", "Нюркина баня", "Бабушка", "Розовая кукла". Еще бы чуть времени жизни, и, наверное, экран потряс бы нас прорывом в нечто новое, очень "наше", нечто анимационно-страстно-дерзко-невероятное. Режиссеры, работавшие с Надей Кожушаной, взяли как бы неанимационный материал, отодвинули бремя обязательных "законов мультовости" и обратились к "немультипликационным" сюжетам Нади Кожушаной. Получилась, как говорят неведомые, но интересные люди-структуралисты, -- сшибка. Материал ударился о жизнь, сам о себя, потрогал пустоту, убежал в испуге и встал на место.

А.Татарский. А я думаю, что класс профессиональных сценаристов у нас не вымер, но как-то переместил свои интересы от анимации в область книжного дела, в область рекламы. Сценаристов, пишущих специально для анимации, никогда не было слишком много, а сейчас их почти совсем нет по разным причинам. Во-первых, анимация живет сегодня на смехотворные деньги и многие сценарные заявки подолгу дожидаются запуска в производство. Но есть помимо экономических и эстетические проблемы. Современная анимация в основном отошла от прямого пересказа сказок, историй, она нуждается в эффектном оригинальном материале. Придумывать что-то новое, зрелищное, эффектное для мультфильма только на уровне литературного сценария очень трудно. Обычно автор сюжета должен сам представлять, как это все воплотить средствами анимации, и, значит, сам должен быть режиссером или художником. Поэтому сегодня сценарными опытами, как правило, занимаются сами режиссеры, которые далеко не всегда обладают литературным талантом, драматургическим даром. Все это сказывается на качестве фильмов. Фильмы упростились или, наоборот, слишком усложнились, став псевдофилософскими -- вроде бы сложными по форме, но пустыми, надуманными по сути.

Теперь почти все режиссеры-аниматоры ощущают себя художниками с большой буквы и поэтому хотят послать человечеству сообщение, зашифрованное максимально сложно, о том, как жить дальше на этой планете. А сделать простой, добрый, смешной или забавный, озорной детский фильм никто не хочет. Большинство считают это ниже своего достоинства, а я, честно говоря, нагло думаю, что не больно-то умеют.

О детском анимационном кино вообще разговор особый. ето большая профессиональная проблема. Я никогда не был сторонником того чудовищного перекоса в советском кино, когда по сложившейся странной традиции в нашей анимации должно было производиться чуть ли ни 90 процентов именно детских, сказочных фильмов, а любые отступления от детской тематики воспринимались с неодобрением и непониманием. ето было дико и ненормально. Но ситуация, сложившаяся в последние годы, еще хуже! Детские фильмы у нас вообще не делаются, либо делаются такими сложными, заумными и жесткими, что я двадцать раз подумаю, стоит ли их показывать ребенку.

Мало того что на головы наших детей в последние годы обрушились многочисленные дешевые мультсериалы с Запада, где плохо нарисованные и плохо двигающиеся монстры бесконечно уничтожают друг друга, так и наши отечественные фильмы начали им подражать. А легкого, веселого, развивающего фантазию ребенка зрелища на нашем мультэкране почти нет1.

Я могу, конечно, отнести к детским фильмам очень достойные работы, сделанные на высочайшем профессиональном уровне нашими известными режиссерами в студии "Кристмас" по заказу английского телевидения. Сначала это были шекспировские пьесы, затем фильмы по Ветхому Завету. Но при всей просветительской ценности эти картины вряд ли будут переведены на русский язык и вряд ли вообще будут показаны по нашему телевидению, поскольку они ориентированы в основном на западную телеаудиторию. И если даже они попадут на наши экраны, то этого все равно будет недостаточно для интереса огромной детской аудитории.

В.Голованов. Кстати, шекспировские ленты по телевидению крутились дважды или трижды. Но кто из нынешних живых детенышей будет их внимательно смотреть, а не переключится на другой канал, если это не "клево", не "забористо". Интересы детской публики уже подпорчены. И поэтому работаем мы зачастую в пустоту. И все же, все же, все же...

Какое потрясающее впечатление оставляют встречи с детьми -- обитателями Артека! Про это можно слагать баллады. Я был вместе с бригадой Международного фестиваля анимации "КРОК" на детском фестивале в Артеке, где наши аниматоры проводили "мастер-классы". Если бы я не наблюдал все это в течение двух недель своими глазами, не поверил бы! В невероятную, тормозящую всякую жизнедеятельность полуденную жару, когда все взрослое население бывшего и нынешнего суперлагеря (чудеса, чудеса!) буквально падало в изнеможении в любую тень, дети добровольно и упрямо приходили из самых отдаленных мест огромного Артека (там девять разбросанных в горах лагерей) в непроветриваемый дворец Суук-Су, чтобы по нескольку часов в этом душнейшем помещении слушать, смотреть и, главное, пытаться самостоятельно делать анимационное кино: рисовать, лепить из пластилина фигурки, снимать покадров. Их вожатые, славные ребята, спали в тенечке, а дети лепили и рисовали, лепили и рисовали...

Так что есть надежда, что наш странный народец все-таки не вымрет окончательно.

Хотя, конечно, новые времена породили совершенно новую генерацию и зрителей, и профессионалов, генерацию с несколько иным, более прагматичным отношением к своему делу. У нашего поколения, которое теперь смело можно назвать старшим -- "за сорок", -- во все времена главным в профессии был сам фильм. Раз ты начал свое кино, ты должен его, несмотря на все трудности, доделать. И если раньше нам мешала жить и работать цензура, то теперь -- отсутствие элементарных средств для жизни, презренных денег. Я знаю, увы, примеры из самой последней практики, когда группа полнометражного кукольного фильма, не получающая зарплату более полугода, все это время работала, как могла, хотя ее не подгоняли ни начальство, ни планы. В летние месяцы они перешли на подножный корм -- варили какие-то супчики из зелени и потихонечку делали свое дело. Это, конечно, ненормально, но фильм был все-таки снят. Чего и всем желаю...

А.Татарский. У нас сегодня сетуют на трудности жизни, однако замечу, что, несмотря на все проблемы, Госкино финансирует какие-то анимационные проекты. Впрочем, мировая анимация живет не за счет государственных дотаций, а за счет поддержки коммерческих компаний, телевидения. Другое дело, что анимация при ее трудоемкости может и должна быть весьма прибыльным делом, и во всем цивилизованном мире аниматоры, действительно, зарабатывают деньги рекламой для обеспечения своей профессиональной деятельности. А у нас почти никто не умеет зарабатывать, зато все привыкли просить.

Но меня куда больше волнует проблема отношения профессионалов к качеству собственной работы. Я не могу себе представить Пушкина, который пишет стихи и поэмы с грамматическими ошибками. И также не могу вообразить профессионального хоккеиста, который играет за сборную страны, но при этом плохо катается на коньках. Так не бывает. Но, к сожалению, многие фильмы наших дебютантов отличаются тем, что их авторы постоянно падают и не умеют ходить, а ставят задачи, как в балете. Вот эта чудовищная пропасть между тем, что очень хотелось выразить, и тем, как это получается на экране, отбрасывает многие фильмы начинающих почти на любительский уровень.

Естественно, меня очень тревожит проблема профессионального обучения. ето тоже больная тема для нашей анимации. Дело в том, что у нас на глазах происходит угасание, исчезновение профессии аниматоров, одушевителей, то есть таких профессионалов среднего звена, без которых не может обойтись ни одна полноценно работающая мультстудия и уж тем более ни одна серьезная кинокомпания, регулярно создающая большие мультпроекты. К сожалению, крупнейшая и старейшая наша студия "Союзмультфильм" давно закрыла некогда прекрасно работающие курсы аниматоров, да и сама существует на грани полного развала. А в нашем главном киноинституте, во ВГИКе, откуда сейчас в основном и приходит реальное творческое пополнение, никогда не готовили аниматоров. Там учат профессии художника и режиссера.

Сейчас ребят во ВГИКе приучают к тому, что автор фильма должен все уметь делать самостоятельно -- так сказать, уметь сделать фильм на необитаемом острове. Я не совсем понимаю, почему в огромной стране с некогда развитой киноиндустрией мы должны быть ориентированы на выживание на необитаемом острове. И тем не менее практика такова, что студенты первого курса неумело начинают делать свое авторское кино -- как раз из того ряда, которое я назвал "посланием к человечеству". Берут абсолютно странные, неподъемные темы, которые бывают непреодолимы даже для серьезного мастера, и излагают их жутко примитивным способом, сыро, грязно, непрофессионально.

Я не хочу сказать, что не нужно готовить режиссеров-аниматоров. Но проблема еще и в том, что при нынешней экономической ситуации большинству новоиспеченных режиссеров будет почти невозможно или чрезвычайно трудно найти работу и реализоваться в мультипликации. Не случайно же сейчас многие сразу уходят в компьютерную индустрию, делают компьютерные игры, занимаются карикатурой, дизайном. Получается, что наиболее нево- стребованная в анимационной индустрии профессия постоянно пополняется новыми специалистами, а профессиональных художников-аниматоров, которых явно недостает, либо вообще не готовят, либо готовят на недостаточно профессиональном, почти детском уровне.

Поэтому мы при нашей студии "Пилот" вынуждены были открыть свою школу для подготовки аниматоров, специалистов среднего звена. Мы готовим их для себя, для своих проектов, для работы в нашем стиле. Конечно, есть опасность, что, как только они окрепнут, их переманят какие-то более богатые конторы, но от этого теперь никто не застрахован. Филиал студии "Пилот" уже давно образовался в Америке, где группа наших учеников, режиссеров и художников работает по выгодным заказам крупных американских мультстудий. Но мы все равно будем продолжать нашу практику и хотим надеяться, что сможем продлить жизнь не только своей студии "Пилот", но и всей российской анимации.

Хотя не кокетства ради замечу, что все это очень и очень тяжело делать. Да и вообще анимация -- это довольно трудное, тягомотное, неблагодарное дело. Здесь надо быть фанатом.

В.Голованов. Вот поэтому на нашем российском анимационном фестивале в Тарусе мы придумали и учредили в регламенте специальный приз "Фортуна". Он определяется не членами жюри, не общим решением зала, а по случайному выбору -- по жребию. Его может получить любой фильм, поскольку, как гласит регламент Открытого российского фестиваля анимационного кино: "Всякая группа людей, собравшаяся, чтобы выразить себя на языке анимации, заслуживает поощрения".

Аниматоров объединяет тихое безумство. Как в "Маугли" -- ты и я одной крови. Благодаря такому кровному единству и взаимопониманию существует то, что называется профессиональной традицией. Впрочем, это даже не традиция, а чувство общности маленького отдельного народца, где все знают друг друга, знают, кто какой жезл несет.

Записала Наталья Лукиных

Владимир Голованов -- известный сценарист, работающий в анимации.

Александр Татарский -- режиссер, руководитель анимационной студии "Пилот".

1 Студия "Пилот" в содружестве с телекомпанией ВИД на ОРТ собирается противостоять экспансии Диснея в России, разработав свою долгосрочную программу, о которой см. в статье Л.Малюковой ("Искусство кино", 1997, N. 12). -- Прим. ред.