Краткий курс тоталитарного секса. О фильме Душана Макавеева «ВР: Тайны организма»

  • №7/8
  • Борис Локшин

Я принесу ему охапку весенних тюльпанов. Мы – памятник, Вова, разрушенный враждебными вихрями. Я слышу лебединую песню моей революции. 

В.Ерофеев. «Жизнь с идиотом» 

Четыре тысячи освобожденных оргазмов в жизни каждой женщины и каждого мужчины – это четыре тысячи выбросов освобожденной жизненной энергии. Только путем освобождения любви и труда мы можем создать саморегулируемое общество трудящихся. 

Из фильма «ВР: Тайны организма» 


Недавно в газете «Нью-Йорк таймс» вышла статья под интригующим заголовком «Почему при социализме секс у женщин был лучше». В качестве иллюстрации газета использовала фотографию полногрудой улыбающейся колхозницы со снопом чего-то злакового на плече. Датированное 1955 годом фото не оставляет сомнения в том, что у этой русской крестьянки в жизни было много хорошего, правильного, полноценного секса.

Статья вызвала ряд оживленных откликов среди эмигрантов из бывшего Советского Союза. В своих фейсбуках ветераны с удовольствием вспоминали такие стимулирующие качественный секс факторы, как младший брат на соседней кровати и свекровь за занавеской. Между тем выводы автора статьи строились на вполне научной основе. Вскоре после объединения Германии в обеих частях вновь образованной страны был проведен социологический опрос. Женщинам по обе стороны бывшей границы задавали вопросы, связанные с их половой жизнью. По результатам этого исследования выяснилось, что восточногерманские женщины испытывали оргазм в два раза чаще, чем женщины из Западной Германии.

Автор таймсовской статьи, женщина-профессор, известный специалист по истории европейского коммунизма, находит этому явлению следующие объяснения. Во-первых, «после захвата власти большевиками Ленин и Коллонтай в первые годы существования Советского Союза открыли дорогу сексуальной революции». Во-вторых, «коммунистические женщины обладали таким уровнем самодостаточности, о котором женщины на Западе могли только мечтать. Женщины из Восточного блока не должны были выходить замуж и предлагать секс за деньги. Социалистическое государство удовлетворяло их базовые потребности...» И наконец, в-третьих, «коммунистические правительства продвигали различные программы женской эмансипации, включая спонсируемые государством исследования тайн женской сексуальности».

 

Возможно, эти объяснение и удовлетворили бы западного исследователя или просто заинтересованного читателя. Но для человека, проведшего первую и наиболее активную часть своей сексуальной жизни за «железным занавесом», результаты этого исследования все-таки кажутся контринтуитивными. За этим прячется какая-то тайна. Может быть, это «тайна женской сексуальности», которой, согласно автору статьи, коммунистические правительства уделяли так много внимания? Или это вообще тайна человеческого организма. Тайна организма, которую приоткрыла нам социалистическая революция.

«ВР: Тайны организма» – так называется фильм Душана Макавеева, вышедший в социалистической Югославии в 1971 году. 1971-й был годом совсем не юбилейным. Однако если поменять в нем две последние цифры местами, то получится как раз 1917-й, год Великой Октябрьской социалистической революции. Сейчас, в год ее столетнего юбилея, самое время вспомнить про этот удивительный и загадочный фильм. Фильм о Сталине и Ленине, тоталитаризме и свободе, революции и оргазме.

wr mysteries 05«ВР: Тайны организма»

ВР в названии фильма – это инициалы Вильяма Райха, влиятельного австрийского психоаналитика-коммуниста. Впрочем, ВР можно прочитать и как Всемирная Революция. Фильм Макавеева – это, с одной стороны, документальная биография Райха, а с другой – художественное высказывание восточного европейца из коммунистической страны о сексуальной революции на Западе и ее связи с коммунистическими революциями на Востоке.

Само появление этого фильма достаточно удивительно. В конце 60-х Голливуд переживал финансовый кризис, связанный с резким удорожанием стоимости кинопроизводства. В поисках выхода продюсеры устремили свои взгляды на более дешевую для съемок Италию (спагетти-вестерны родом из этого кризиса) и на совсем уж дешевую и относительно либеральную социалистическую Югославию. На югославской киностудии начали снимать многочисленные B-movies. Местное начальство настолько обалдело от нежданно пролившегося на него долларового дождя, что перестало обращать внимание на то, что делают у них под носом их собственные режиссеры.

Так молодой режиссер Душан Макавеев получил возможность снять биографический фильм про Вильгельма Райха, которым он восхищался с ранней юности. И не просто возможность. Студия выделила на съемки сказочный по тем временам бюджет в 200 000 долларов. Когда фильм был снят и показан югославской публике, было уже поздно. Шок от увиденного сначала вылился в травлю режиссера в прессе, а затем и в реальное покушение на его жизнь. После того как Макавеев был вынужден срочно бежать на Запад, на него было заведено уголовное дело, и он не возвращался на родину вплоть до краха коммунистического режима. О том, что сделали с несчастным начальством, под крылом которого фильм был снят, история умалчивает.

 

Биография Райха – одна из самых увлекательных биографий прошлого века. Вильгельм Райх был одним из самых блестящих учеников Фрейда. В начале 20-х он, молодой двадцатипятилетний врач, стал заместителем директора знаменитой Венской психоаналитической клиники. К концу 20-х он открыл для себя марксизм и одновременно стал отходить от традиционного психоанализа. В результате своих исследований и наблюдений он все больше приходил к выводу, что основной причиной как психических, так и физических недугов современного человека является подавление его сексуальной энергии.

Необходимо избавить человека от сексуальной репрессии со стороны общества, и тогда возможно будет победить такие страшные болезни, как рак и туберкулез. Надо предоставить каждому человеку возможность испытывать полноценный оргазм, и благодаря высвободившейся сексуальной энергии будет возможно построить новое, справедливое общество. Социалистическая революция должна быть прежде всего сексуальной.

В 1929-м Райх посетил СССР, чтобы своими глазами увидеть, как в стране осуществляется сексуальное освобождение человека. Он был глубоко разочарован. Он увидел, что первое в истории человечества социалистическое государство является глубоко сексуально репрессивным. И если государство и предпринимает некоторые усилия в области сексуального просвещения трудящихся, главная его забота заключается в повышении рождаемости. Райх заподозрил, что подавление сексуальной свободы в стране идет рука об руку с идеологическим контролем и политической индоктринацией.

Ближайшее будущее подтвердило выводы Райха: уже через несколько лет после его визита в Советском Союзе криминализировали гомосексуализм и запретили аборты. В «Борьбе за «новую жизнь» в СССР» (второй части знаменитой книги «Сексуальная революция»), изданной в середине 30-х, Райх описал свои впечатления от поездки. И сразу же стал парией в коммунистической среде.

Когда пришедшие к власти нацисты начали сжигать книги Райха на площадях, он перебрался в Норвегию. В середине 30-х Райх совершил великое, с его точки зрения, открытие, которое окончательно поссорило его с психоаналитическим сообществом. Его исследования привели к гипотезе о том, что фрейдовское libido, или сексуальность, является в некотором роде материальной субстанцией. Это энергетические волны, космическое излучение, проникающее во всё и вся. А раз так, то эту энергию (Райх назвал ее «оргон») можно уловить и направить на освобождение человечества. Всю свою дальнейшую научную деятельность он посвятил доказательству существования этой энергии и разработке средств для ее практического использования. Впрочем, в Европе ему мало кого удалось убедить.

В самом начале Второй мировой войны Райх успел ускользнуть из заполыхавшей Европы в США. Он купил ферму в деревенской глуши штата Мэн и построил там прибор, «аккумулятор оргона». Это был просто шкаф размером с телефонную будку. Снаружи стенки шкафа были покрыты толстым слоем шерсти, а внутри обшиты железными листами. Шерсть служила для накопления оргона, а металл – для изоляции. Пациент раздевался догола, залезал в этот шкаф и через некоторое время испытывал самопроизвольный оргазм нечеловеческой силы. Как все это на самом деле работало – бог весть. Райх наладил продажу своего прибора по всей Америке.

Один из первых энтузиастов прибора Уильям Берроуз писал: «Ваш бесстрашный репортер, 37 лет от роду, достиг в оргонном аккумуляторе спонтанного оргазма без всякой помощи рук…» Очень быстро аккумулятор стал популярен в среде американской богемы. Им активно пользовались Джером Дэвид Сэлинджер, Сол Беллоу, Аллен Гинзберг и Джек Керуак.

Норман Мейлер построил несколько вариантов аккумулятора в своем амбаре в Коннектикуте. Один был проложен внутри толстым ковром, чтобы заглушать крики оргазмирующего писателя, другой имел форму гигантского яйца. Впоследствии Мейлер говорил, что через оргазм человеческий организм выражает свою сущность и что в течение многих лет он чувствовал, как благодаря оргон-аккумулятору его оргазм постоянно улучшался и как он, писатель Норман Мейлер, улучшался вместе с ним.

В 1954-м FDA, могущественное государственное агентство, осуществляющее в США надзор за качеством пищевых продуктов и употреблением медицинских средств и препаратов, заинтересовалось райховским изобретением. Райх утверждал, что его аккумулятор способен излечивать любые болезни, вплоть до рака. Агентство посчитало это утверждение шарлатанством и начало обширное и дорогостоящее расследование. По результатам этого расследования оргон-аккумулятор был запрещен к продаже.

Но к тому времени сам Райх уже жил в мире последнего сезона «Твин Пикс». Он обнаружил, что наш мир подвергся завоеванию инопланетян, и строил систему надежной обороны от НЛО. Для того чтобы отбить атаку, он сконструировал и построил гигантскую оргонную пушку. По идее Райха, пушка представляла собой оргон-аккумулятор, вывернутый наизнанку и способный рассеивать оргон в окружающее пространство. Помимо основной цели, защиты от инопланетян, эта пушка могла останавливать грозы и предотвращать землетрясения. Строительство артиллерийской батареи из оргонных пушек требовало серьезных финансовых вложений, и Райх продолжал продавать аккумуляторы, проигнорировав предупреждения FDA.

wr mysteries 02«ВР: Тайны организма»

Но FDA – серьезная организация, которая не любит, когда ее игнорируют. Она обратилась в суд, и судья приговорил все существующие аккумуляторы к уничтожению, все напечатанные книги Райха к сожжению, а самого Райха к двум годам тюрьмы. Аккумуляторы, до которых смогло дотянуться правительство, были уничтожены, а книги Райха были сожжены – на двадцать лет раньше то же самое произошло в нацистской Германии. Вильгельм Райх умер в федеральной тюрьме от инфаркта, не дождавшись истечения своего срока. Он умер в ­1957-м мучеником и предвестником сексуальной революции, начавшейся в 60-х. В 1968-м революционные студенты Парижа и Франкфурта писали на стенах: «Читайте Райха и действуйте по нему!»

 

Все эти удивительные биографические подробности из жизни Райха, сопровождаемые комментариями его детей и учеников, а также интервью (реальными и вымышленными) со знакомыми и очевидцами, являются основой фильма Макавеева. Но «ВР: Тайны организма» – это гораздо больше, чем биография и mockumentary. Это еще и фильм-коллаж, и документальное исследование, и балет, и опера, и порнофильм, и пародия, и левая политическая агитка, и вообще черт знает что такое. Это фильм – таинственный, как тайна человеческого организма. Пересказать его невозможно, хотя пересказывать каждый отдельный эпизод чертовски увлекательно. Этот фильм-вызов, фильм-карнавал, фильм-фарс так же трудно оценивать с точки зрения «хорошее-плохое кино». Это удивительное уродливое и одновременно восхитительное детище сексуальной революции. Одновременно ее порождение и ее памятник самой себе. Это фильм-факт, от которого нельзя просто отмахнуться, потому что каким-то непонятным образом он существует.

В субтитрах, возникающих на экране в самом начале фильма, трижды повторяется слово «страх»: «Изучая оргазмические рефлексы в качестве ассистента Фрейда, Райх открыл энергию жизни, вскрыв первопричины страха перед свободой, страха перед правдой и страха перед любовью, присущих современному человеку».

Между тем весь фильм существует в каком-то постоянном переходе от комического к страшному и обратно. Надутые ученики Райха, пожилые мужчины в хороших костюмах, выглядят комично до тех пор, пока мы не становимся свидетелями странных манипуляций, которые они производят со своими пациентами (в основном пациентками), вызывая у них то ли настоящий оргазм, то ли эпилептоидный истерический припадок.

Трансвестит Джеки Кёртис, известный в основном своей принадлежностью к окружению Энди Уорхола, который трогательно рассказывает о своей сексуальной инициации, выглядит смешным фриком. Но методично бьющиеся головой о стену сумасшедшие в смирительных рубашках очень страшны. Веселая политическая порнография ­20-х, призывающая трудящихся трахаться во имя скорейшего наступления пролетарской революции, очень смешна. А сцена насильственного кормления пациента психиатрической больницы – ужасна.

Очень смешна документальная сцена, в которой художница Нэнси Гофри облепляет гипсом член редактора порнографического контр­культурного журнала Screw Джима Бакли для создания его скульптурной модели. Все это происходит под задорную песню Дунаевского из «Детей капитана Гранта» («Капитан, капитан, улыбнитесь»). А потом кадры пластиковой модели члена Джима Бакли, этого как бы монумента пенису, плавно перетекают в кадры из фильма Чиаурели «Клятва» (1946). Там Сталин в полувоенном френче и галифе, весь, от носков сапог до головы, точно такой же формы, как этот монумент, провозглашает: «Товарищи, мы с успехом завершили построение первой стадии коммунизма!» «Спасибо партии, великой партии…» – поет народный хор. И все это уже не смешно.

Страх, по Райху, это следствие подавления оргазмических рефлексов. Другое его следствие – агрессия. Весь фильм как бы прошит насквозь перформансом радикального художника и поэта Тули Купферберга, в котором тот, одетый в форму американского пехотинца, пробирается с игрушечным автоматом по улицам Нью-Йорка, лавируя в толпе приличной, хорошо одетой публики. Время от времени Купферберг останавливается и делает со своим автоматом что-то весьма неприличное. Во все более убыстряющемся темпе. Это 1971-й год. Война во Вьетнаме в самом разгаре. Граждане не обращают на него особого внимания. Мало ли в Нью-Йорке психов. Смысл перформанса достаточно прозрачен – подавленный секс равен убийству.

Если дать человеку сексуальную свободу, его рефлексы будут освобождены и жестокость в мире прекратится. Но сама биография Райха, воспроизведенная Макавеевым на экране, заставляет задуматься о том, так ли все на самом деле просто? Вильгельм Райх сначала изобрел машину, заключающую сексуальную энергию, оргон, в герметический ящик. Он закончил свою жизнь тем, что разработал гигантскую космическую пушку, использующую оргон для защиты от неведомых космических захватчиков.

Да и в самом оргонном аккумуляторе, ставшем предвестником сексуальной революции, таилось что-то устрашающее. Этот странный ящик как бы одновременно олицетворял революцию и реакцию – и современники это чувствовали. За три года до «ВР…» на экраны вышел фильм Роже Вадима «Барбарелла». В нем злодей-ученый по имени Дюран-Дюран пытается до смерти замучить героиню Джейн Фонды, заперев ее в оргон-аккумулятор. А через два года после «ВР…», в ­1973-м, Вуди Аллен снял фантастическую комедию «Спящий». Его герой просыпается в отдаленном будущем, когда люди совсем перестали заниматься сексом: скучно и утомительно. Зато на всех углах стоят аппараты под названием «Оргазмотрон», точно воспроизводящие знаменитый райховский прибор. И, кстати, его герой тоже чуть не гибнет в этом автомате.

Британский писатель Кристофер Тёрнер, автор книги «Приключения оргазмотрона: Вильгельм Райх и изобретение секса», писал: «Когда я впервые узнал об аккумуляторе, то был поражен: как, скажите на милость, могло получиться, что для того, чтобы избавиться от сексуальных репрессий, целое поколение решило залезть в клозет? И почему другие почувствовали в этом столь страшную угрозу? Какова же ирония сексуальной революции, если ее символом стал металлический ящик?»

Мишель Фуко, ссылаясь на работы Райха, предположил, что сексуальное освобождение, несмотря на его очевидный успех, создало возможности для использования гораздо более извращенных и потаенных форм власти и подавления. Собственно, сейчас, почти через пятьдесят лет после выхода фильма, когда временное расстояние между нами и «ВР…» примерно такое же, как время, прошедшее между написанием «Войны и мира» и наполеоновскими войнами, фильм Макавеева прочитывается скорее как некое предупреждение.

Сексуальная революция 60-х обещала всеобщую сексуальную свободу, а закончилась свободно распространяемой порнографией. Капитализм переварил сексуальную революцию, упаковал ее в коммерческую обертку, а продает оптом и в розницу. Что же касается сексуального подавления, то охваченные параноидальным страхом перед изнасилованиями американские университеты стали требовать, чтобы студенты перед тем, как заняться сексом, брали друг у друга письменные разрешения. Революция заканчивается реакцией. Сексуальная вседозволенность оборачивается сексуальными репрессиями.

Если первая часть фильма скорее документальная и про страх, то вторая, художественная, скорее про любовь. Впрочем, трудно назвать ее до конца художественной потому, что происходящее на экране превосходит по своему идиотизму любое самое идиотское оперное либретто.

Простая сербская косметичка по имени Милена (Милена Дравич) закончила курсы партийного образования. По какой-то необъяснимой причине она решает нести в массы идеалы сексуальный революции. Сказано – сделано. Милена организует в собственном дворе стихийный митинг, на котором произносит пламенную речь. Она обличает сексуальное закрепощение трудящихся и призывает своих слушателей к половой свободе.

«Товарищи! Между социализмом и физической любовью не может быть противоречия! Социализм не должен исключать из своей программы чувственное удовольствие! Октябрьская революция погибла, когда она отвергла свободную любовь!»

Между тем в пустой квартире, которую Милена снимает на пару со своей подругой по имени Ягода (Ягода Калопер), Ягода и военно-служащая Люба претворяют идеалы сексуальной революции в жизнь. Кадры бодрого жизнеутверждающего совокупления молодых героев чередуются с кадрами выступления юной сексуальной революционерки перед восторженными трудовыми массами. Революционная теория и практика сливаются в картине радостного народного ликования. Массы бурно поддерживают молодую коммунистку. «Мария, дай!» – взывает к ней стихами Маяковского пролетарий Радмилович (Зоран Радмилович). Все заканчивается плясками и народными песнями. И подозрительно напоминает все фильмы Кустурицы разом.

На следующий день Милена отправляется на концерт советского балета на льду. На нее производит огромное впечатление чемпион и народный артист по имени Владимир Ильич (Ивица Видович), который в костюме тореадора рассекает лед острыми коньками под песню «Спасибо партии, великой партии!». Снова эта песня!

Милене удается познакомиться с Владимиром Ильичом. Она влюблена в него без памяти и требует взаимности. Она пытается объяснить ему теорию сексуального освобождения Вильгельма Райха: «Он учит, что каждый хороший человек, как ты или я, скрывает за своим фасадом огромный взрывной заряд... огромный резервуар энергии, которую может высвободить только война или революция!»

Но Владимир Ильич не совсем человек. На поверхности он скорее компьютерный бот, который общается со своей поклонницей цитатами из Ленина: «Воздух свеж, как музыка. Ничего не знаю лучше, готов слушать ее каждый день. Изумительная, нечеловеческая музыка. Я всегда с гордостью, может быть, наивной, думаю: вот какие чудеса могут делать люди!» И все-таки оказывается, что взрывной заряд заложен и во Владимире Ильиче, и каким-то невероятным героическим усилием Милене удается его высвободить. Ее персональная революция свершилась. Мы не видим, как это все происходило, а только слышим ужасный нечеловеческий крик. Владимир Ильич отрезал Милене голову своим остро заточенным фигурным коньком.

 

В советской мифологии и пропаганде образ вождя Октябрьской революции Владимира Ильича Ленина был всегда подчеркнуто асек­суален. Совершенно невозможно представить, что Владимир Ильич был способен испытать оргазм. Тем более вызвать у кого-то оргазм. Этим он принципиально отличался от остальных революционных вождей – Муссолини, Гитлера, Кастро, Мао. Между тем мальчик Вовочка был героем гораздо большего числа похабных анекдотов моего детства и юности, чем даже поручик Ржевский. Когда-то в детстве на меня произвел огромное впечатление единственный анекдот про Вовочку, в котором не было ничего похабного. Приходит Вовочка из школы и говорит: «Мама, ты только не расстраивайся, но брата Сашку арестовали. Он хотел царя убить!» Оказалось, что Владимир Ильич Ленин и Вовочка – это одно и то же лицо! В психоаналитических терминах Ленин был супер-эго советского человека, а Вовочка – его подсознанием.

wr mysteries 03«ВР: Тайны организма»

В самом начале 80-х Виктор Ерофеев написал рассказ «Жизнь с идиотом», имеющий непосредственное отношение к фильму Душана Макавеева. Герой рассказа, типичный советский интеллигент с отчетливой достоевщинкой, приговаривается каким-то неизвестным судом к жизни с идиотом. Идиот Вова, которого он забирает в свою квартиру, обладает выраженным внешним сходством с вождем мирового пролетариата. Сначала он только шлепает по квартире, таскает колбаску из холодильника и повторяет единственное слово, которое знает: «Эх». Но затем, когда Вова отъедается, в квартире главного героя начинается кровавая сексуально-революционная эскапада, внутренне рифмующаяся с Октябрьской революцией. В своем революционном задоре Вова отстригает жене главного героя голову большими садовыми ножницами. По мотивам этого рассказа композитор Шнитке написал оперу, прославившуюся на весь мир.

Великая Октябрьская революция виделась многим современникам как гигантский оргазм в планетарном масштабе. Неудивительно, что от нее ждали как минимум сексуального освобождения трудящихся. Своих обещаний она не выполнила. Напротив, сексуальная революция в России несколько подзадержалась. Вернее, так: ползучая сексуальная революция в 60–70-х как бы и происходила параллельно той, что бурно разворачивалась на Западе, но тихо, потаенно, без оргазма.

Секса в СССР не было. Оргазм, в особенности женский, казался чем-то опасным для русской души. Бог знает, к каким нечеловеческим взрывам он мог бы привести, какие страшные тайны русского организма открыть.

«В Вологде у женщин кисточками ищут эрогенные зоны! Сексологи пошли по Руси, сексологи!» – в отчаянии восклицал устами своего героя писатель-патриот Василий Белов в своем незабвенном романе «Все впереди», напечатанном на самой заре перестройки. Писатель предчувствовал неминуемую беду. «Где прежде бродили по тропам сексоты, сексолог, сексолог идет! Он в самые сладкие русские соты залезет и вылижет мед. В избе неприютно, на улице грязно, подохли в пруду караси, все бабы сбесились – желают оргазма, а где его взять на Руси!» – ёрничал в ответ эмигрантский поэт Лев Лосев.

Финал фильма «ВР: Тайны организма» – один из самых занятных и загадочных финалов в мировом кино. Владимир Ильич в расстегнутой зимней куртке на фоне серой гранитной стены. На рубашке видны пятна крови. Он поет, немного нелепо расставляя руки, потому что они совсем в крови, и это мешает ему петь. Вернее, он не поет, а только раскрывает рот. Или, может быть, подпевает. А поет за него Булат Окуджава. «Молитву Франсуа Вийона», или просто «Молитву».

Возникает вопрос: почему советский фигурист-чемпион Владимир Ильич, только что совершивший половой акт с югославской коммунисткой Миленой и от избытка чувств отрезавший ей голову остро заточенным фигурным коньком, поет голосом Булата Шалвовича Окуджавы? Почему «Господи, дай же Ты каждому, чего у него нет», а не – уж не знаю – «и комиссары в пыльных шлемах»? Почему весь этот кошмар происходит в фильме, снятом в социалистической Югославии в 1971 году? Если ответ на этот вопрос существует (а на него пока не ответил никто, включая самого режиссера), не таится ли в этом ответе разгадка какой-нибудь тайны человеческого организма?

«Дай рвущемуся к власти навластвоваться всласть!» Владимир Ильич, раскачиваясь, словно пьяный, бредет вдоль стены мимо каких-то припорошенных снегом лодок. Он на секунду останавливается, прислоняется щекой к стволу дерева, раскачиваясь, идет дальше. Он протягивает окровавленные руки в сторону зрителя. «Как верит солдат убитый, что он проживает в раю».

wr mysteries 04«ВР: Тайны организма»

Еще несколько шагов. Перед Владимиром Ильичом вырастает белая лошадь. Владимир Ильич тянется к ней, чтобы погладить. Но не может. Руки в крови. Он идет дальше. Маленькие дети и женщины в платках сидят вокруг большого костра. Греются. Все это очень похоже на кадры из «Андрея Рублева». Только кругом разбросаны какие-то ржавые трубы и куски металлической арматуры. Это может быть из «Сталкера». Нет. До «Сталкера» еще почти десять лет. «Господи, мой Боже, зеленоглазый мой».

Владимир Ильич подходит к людям, греющимся у костра. Он поднимает руки в молитвенном жесте. «Дай же Ты всем понемногу и не забудь про меня». Слушайте музыку революции!

Отрезанная голова Милены стоит на эмалированном подносе. Вдруг она улыбается счастливой, все понимающей улыбкой. Сразу за этим на экране фотография ВР, Вильгельма Райха. Он тоже улыбается. Они оба знают тайну человеческого организма.