Кэш отсюда

  • Блоги
  • Евгений Майзель

 

Налоговая всерьез кошмарит крупного и, вероятно, не совсем перед законом чистого бизнесмена Григория, угрожая тому масштабной проверкой; мирное же расставание инспекторы оценивают в один миллион евро. Через знакомого посредника Олега (Яков Кучеревский) Григорий просит защиты у начальника ОБЭП полковника Петровича (Роман Мадянов), чьи услуги («возбуждаемся, отрабатываем налоговиков, реализовываем… в пределах правового поля») стоят в десять раз дешевле (о пополнении, простите, госбюджета или бескорыстном избавлении от шантажистов речь, конечно, даже не заходит). Операция по задержанию оборотней в погонах организуется с размахом и протекает более-менее успешно (хотя до взятки дело не дошло), но стоило ребятам в камуфляже надеть на вымогателей наручники и, распихав их по машинам, увезти на дачу показаний, внимание расслабившегося Олега отвлекает девушка легкого поведения Яна (Мария Берсенева). В итоге вверенную ему сумку с помеченными ассигнациями благополучно воруют девушкины сообщники – низшие представители уличной преступности, грузинские щипачи Каха и Важа (Мишико Месхи, Гия Гогишвили).

В погоню за по-наглому, средь бела дня «отжатым» кэшем пускаются, помимо органов и Яны, крышующий борсеточников авторитет Гога (Георгий Гургулия), не заинтересованный в проблемах со столичным руководством; «дерзкий с малолетства» либертен Семен, покрытый поучительнейшими татуировками (Владимир Сычев) и другие сребролюбцы, включая граждан Украины, в частности жители Харькова. Судьба многострадального бабла, переходящего из рук в руки и ни у кого подолгу не задерживающегося (такого же предательского и опасного, как мимолетные его владельцы), собственно, и составляет весь нехитрый приключенческий сюжет этой, по определению прокатчика, «коррупционной комедии», содержащей узнаваемую и выразительную панораму нравов современной России и сопредельных государств, живущих частью по блатным и воровским понятиям, частью по законам клептократии, чуть ли не официальным.

Критики, преподаватели, отборщики – все те, кому приходится по долгу службы изучать в количествах индустриальных творчество выпускников российских киновузов – отлично знают, что из всей сокровищницы мировой культуры особым пиететом и объектом всяческого подражания пользуется у нас не кто-нибудь, а крепкий режиссер Гай Ричи (ныне, в мировом контексте, подзабытый); точней – два самых первых его фильма. Сложилось так, что именно они («Карты, деньги, два ствола» и «Большой куш») оказывают на неокрепшие умы поистине гипнотизирующее и непреодолимое воздействие, сопоставимое с влиянием Тарковского и превосходящее влияние Тарантино; именно к двум этим колоритным криминальным хроникам отсылает более или менее беспомощно львиная доля всех картин о современном криминалитете, выпущенных в России за последнее десятилетие. Однако, несмотря на эту эпидемию, не было у нас еще оммажа столь же сильного, уверенного и внутренне свободного от британского оригинала, как это получилось у 40-летнего дебютанта-постановщика Константина Буслова (старшего брата Петра Буслова и продюсера обоих «Бумеров»).

«Оригинал», впрочем, – слишком громко сказано; награжденное на «Кинотавре» призом за лучший дебют и вызвавшее у фестивальной публики, кажется, единодушные симпатии, «Бабло» скорее продолжает национальную бурлескную традицию, сосредоточенную на карнавализации уголовной жизни, – и в этом качестве не уступает даже таким общепризнанным и каноническим произведениям, как «Жмурки», «8 ½ долларов» или «Мама, не горюй!». Но самое занятное в картине Буслова не несомненная ее художественная удача и не зафиксированная в ней почти документально «правда жизни», а то, что радикально отличает ее от предшественниц. В тех – как бы ни оценивали мы каждую картину по отдельности – многое держалось и работало на хитроумных сценарных решениях, на дополнительной и преднамеренной мифологизации изображаемых конфликтов, на звездном (или модном, тусовочном) кастинге, на героях-харизматиках, на авторском стиле и на личном обаянии создателей (иногда – на анти-обаянии, как в случае «амбивалентных» Охлобыстина и Балабанова). В бусловском же фильме вышеперечисленное если не отсутствует совсем, то сведено к пропорциям сугубо гомеопатическим: его режиссура не настаивает на «авторском» характере; сценарная история подчеркнуто типична, не амбициозна и нежданными кульбитами не блещет; нет перестрелок крупным планом и почти не льется кровь; нет ни кокетливых камео, ни безотказных бенефисов; из доброй дюжины активных, претендующих на звание «главных» персонажей здесь лишь одно лицо знакомо зрителю наверняка («мент всесоюзного значения» Мадянов). Без специальных оговорок трудно даже утверждать, что фильм – заявленный, напомню, как комедия – сияет чрезвычайным остроумием, нетривиальностью характеров или изобретательными гэгами. Секрет и привлекательность «Бабла» – в удачно пойманной, безукоризненной и ровной, интонации, которой Буслов ухитряется на протяжении 87 минут практически нигде не изменить и с помощью которой ловко избегает романтизации «красивой жизни» и морализаторства, иронии и предначертанного, казалось, самим жанром окончательного впадения в фарс. «Бабло» не просто хорошо или удачно – картине удается нечто большее: достичь высокого и крайне непривычного в наших широтах уровня «объективации» – не нарциссичной, не претенциозной, морально безупречной и не провоцирующей идиосинкразию. Даже в эпизодах проходных и не всегда на 100% убедительных «Бабло» не превращается в капустник; к немногим ее минусам, пожалуй, отнесу название («подвешенное» и безликое) и относительную «недожатость» темы в целом, но и об этом тоже можно спорить.

Другой аспект – дающий основание считать «Бабло» явлением без шуток выдающимся и важным – запечатленная в картине современность. Ранее сюжеты о тотальной коррумпированности и цинизме нашей повседневности числились негласно закрепленными за ельцинизмом; в отдельных случаях их осмысляли как уродливое и странным образом не пережитое наследие прошлого, как вопиющий атавизм, противную отрыжку периода первоначального накопления капитала. Даже всеми любимые «Жмурки», пользующиеся противоречивой репутацией непонятых и недооценненных, задумывались их автором как откровенно ностальгический проект, как упражнение в мемуаристике, как взгляд, отчасти свысока, на то, что никогда уже не повторится.
После выхода «Гоп-стопа» Павла Бардина и вот теперь еще «Бабла» – картин, в которых четко отображены не только благополучно сохранившиеся и поныне атрибуты ельцинской эпохи, но также многочисленные «системные» нововведения нулевых, разнообразные и эксклюзивные акценты свежевыстроенной суверенной демократии (притом что общий беспредел сюжетов в них не уступает предыдущим фильмам), – с лукавым словосочетанием «лихие девяностые» можно попрощаться. Давно уже нуждавшееся в уточнениях или в капитальном пересмотре, оно теперь скомпрометировано даже в отстающем по обыкновению от жизни кинематографическом контексте. «Бабло» не просто честное (художественно, социально, политически) свидетельство о нулевых; оно напоминает нам и о вчерашнем прошлом, и о тягучем, аморальном настоящем, и о наступающем на наших глазах еще более неприглядном будущем, которое, как показывают события последнего времени, само по себе, вне нашего участия, может измениться только к худшему.

 

 

Пепел бумажного солдата. «Время первых», режиссер Дмитрий Киселев

№4, апрель

Пепел бумажного солдата. «Время первых», режиссер Дмитрий Киселев

Игорь Савельев

Когда смотришь «Время первых», да и любой фильм о тех событиях, не важно – «Бумажный солдат» это или «Укрощение огня» (вот в этом-то вопросе эстетические нюансы точно не важны), – то не можешь отделаться от ощущения, насколько велик разрыв между самим событием – полетом – и его бэкграундом. Этот разрыв так колоссален, что его невозможно примерить на себя, на современность, даже на сегодняшние космические полеты. Имея в виду то, что их технология в известной степени отработана. «Время первых»Авторы сценария Юрий Коротков, Сергей Калужанов, Ирина Пивоварова, Дмитрий Пинчуков, Олег ПогодинРежиссер Дмитрий КиселевОператор...

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

Колонка главного редактора

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

15.08.2011

Запись программы "Ищем выход..." на "Эхо Москвы" с участием Даниила Дондурея. Читать и слушать выпуск можно на сайте "Эхо Москвы".

Новости

В Москве пройдет ретроспектива Отара Иоселиани

07.02.2014

К 80-летнему юбилею Отара Иоселиани Музей кино организует ретроспективу фильмов режиссера. Все фильмы будут показаны с пленки 35 мм. Стоимость билета – 100 рублей. Показы пройдут с 12 по 27 февраля в кинозале Общественного центра имени Моссовета по адресу Москва, Преображенская площадь, д. 12, станция метро «Преображенская площадь» (последний вагон из центра). Расписание показов и информацию о фильмах смотрите на сайте www.museikino.ru.