Чикагская тусовка

  • Блоги
  • Зара Абдуллаева

Зара Абдуллаева посмотрела фильмы американского режиссера Джона Сванберга – «Собутыльники» (2013) и «Счастливого Рождества» (2014) – и вот что из этого вышло.


Трудолюбивый, легкий на подъем Джон Сванберг (режиссер, сценарист, актер, монтажер, продюсер) снимает обаятельные фильмы, полюбившиеся приятной и успешной публике среднего класса, не чуждой разнообразным слабостям (покурить травку, претерпеть муки совести, отстоять свои гордость и предубеждения).

«Собутыльники» – образчик непошлой драмеди, которую Сванберг разыграл «на флейте» тривиальнейшего сюжета, но придал ему вкус прелестной незатейливой импровизации. Будни и вечеринки на чикагском пивзаводе одушевляет единственная женщина – Кейт (Оливия Уайльд), отвечающая за «связи с общественностью». Ее бойфренд, интеллектуал-зануда, знаток Кафки, выбирающий для подарков девчонкам – сначала Кейт, потом ее подружке Джин (Анна Кендрик), по амплуа «голубой героине», по фабуле училке «отсталых детей» – книжки. В частности, «Что нарциссизм значит для меня». Но ирония Сванберга беззлобна.

Drinking-Buddies-1
«Собутыльники»

Уикэнд, проведенный парочками, приводит к перераспределению конфигурации четырех персонажей. Бой-френд Джин, сотрудник пивзавода Люк (Джейк Дженсон), увлекающий девчонок блестящими карточными познаниями (свои университеты он провел в казино) и вкусом к свободе, потянулся к Кейт. Приливы-отливы (все тут всё время пьют пиво) сюжета не так уж важны. Зато способны пленить пластическая достоверность пребывания в кадре команды-тусовки режиссера и, прежде всего, диалоги - необязательные, растущие буквально из сора, и сдобренные легкокрылыми цитатами из «Касабланки», например, или «Бешеных псов».

«Счастливого Рождества» – новый фильм модненького Сванберга – обрабатывает, казалось бы, все, интересующие этого режиссера (снявшегося к тому же тут в роли отца семейства, по профессии режиссера) обертона отношений «мужского и женского». А также, что существеннее, переливы/переходы девиантного и «ответственного» поведения его героев, романтических, довольных жизнью, с нероковыми изъянами или слегка травмированных.

Happy-Christmas-2
«Счастливого Рождества»

Сванберга, soft моралиста, занимают цельные персонажи, которым, чтобы эту цельность им для себя засвидетельствовать, необходимы кое-какие испытания. В фильме «Счастливого Рождества!» он засылает в чикагский дом Джеффа (Джо Сванберг) сестру Дженни (Анна Кендрик), которой надо зализать раны после разрыва со своим бой-френдом. В первый же вечер она в сопровождении подружки (культовой в некоторой среде Леной Данэм, звезды сериала «Девчонки») нализалась в хлам, чтобы подорвать идиллически приторный сюжет и развернуть его в более «sophisticated» направлении. Но направление совершенно безвредное для сторонников правильных семейных и прочих связей.

Happy-Christmas-3
«Счастливого Рождества»

Келли (Мелани Линек), жена персонажа Сванберга, добропорядочная мать маленького сына, занимающего все ее время. А она писательница, автор одного романа, в котором чудесная в своем простодушии Джин Кендрик ничего не поняла. Келли тихо страдает, когда муж приходит с работы, где «полно деловых сексуальных женщин», а она его встречает в пижаме с размазанным детским питанием. Совсем не будучи «феминисткой», Келли просит мужа сделать ей рождественский подарок: отпустить на время пописать роман. А девчонки (Кендрик с Леной Данэм) иниицируют деловой проект: чтобы заработать на няню для ребенка, то есть освободить время для писаний, нужен эротический роман. Ведь дело, как водится, только в деньгах. Сочинению нового опуса морально устойчивой умной Келли способствуют девчонки. Троица разрабатывает интригу («тем, кто будет это читать, нужны не стилистические выверты, а последовательность»), подбирают синонимы к вагине и прочим органам, задействованным в предполагаемых оргиях. Ну, этот судьбоносный для заработка роман Келли не успела написать за отпущенные десять дней. Но за это время произошли важные для представлений Сванберга события: его герой покурил, наконец, травку, поинтересовался у сестры действием других наркотиков. Келли получила от мужа возможность писать и после Рождества. Джин, убитая нечутким поведением нового бойфренда, надралась, обкурилась и едва не спалила дом, где ее приютили. А Сванберг, утратив – возможно, на время (рождественского проекта) – изящество, прокрутил свои излюбленные приемчики: проверку персонажей на персональную состоятельность с помощью условий, а точнее, условностей, выводящих их из круга привычных предрассудков. Но – чтобы их упрочить. Скучновато вышло.

Альтернатива имени де Местра. Российский художник не готов к разговору о свободе

№3, март

Альтернатива имени де Местра. Российский художник не готов к разговору о свободе

Андрей Архангельский

В России про «правый реванш» в Европе сказано и написано, кажется, уже больше, чем в самой Европе. Это касается не только российских пропагандистских медиа, которые используют эту тему для дискредитации самой идеи Евросоюза, но и вполне объективных текстов. У нас пишут, что «поправение Европы» – это реакция на вполне конкретные вещи, в первую очередь на новую волну мигрантов, бегущих от военных конфликтов. Однако фиксация на подробностях утопила мировоззренческий конфликт, который стоит за самим явлением.

Неотвратимость перезагрузки

Колонка главного редактора

Неотвратимость перезагрузки

22.09.2011

Одна из многих необъяснимых, но и чудесных особенностей нашей вечно неопределенной, «живой» российской Системы жизни — уклонение от достоверных знаний о самой себе. А значит, и от понимания причин происходящего — того, как один элемент целого не всегда напрямую, но косвенно, опосредованно связан с другим. Это неведение, видимо, всем удобно, оно позволяет многое делать, как говорят, «по понятиям» — закулисно, там, где на самом деле люди доверяют друг другу, и непременно в обход общих интересов.

Новости

Завершился XXIV МКФ «Послание к Человеку»

27.09.2014

26 сентября в Санкт-Петербурге на киностудии «Лендок» состоялась церемония закрытия XXIV Международного кинофестиваля «Послание к Человеку». Обладателем традиционного приза за вклад в искусство стал режиссер Абделатиф Кешиш (“Во всем виноват Вольтер”,  “Увертка”, “Жизнь Адель” и др.). Остальные призы распределились так: