В баню

  • Блоги
  • Инна Кушнарева
В Британии в прокате идет отреставрированная копия «Глубины» (Deep End) Ежи Сколимовского. Фильм на долгое время выпал из оборота из-за проблем с правами на музыку (в частности, группы Can), а теперь вернулся. Московский зритель мог увидеть его год назад на ретроспективе Сколимовского на ММКФ. Удивительный фильм о «свингующем Лондоне», который англичане признают своим и включают в топ-100 лучших английских фильмов, снятый поляком в Мюнхене на американские деньги.
Пятнадцатилетний мальчик, устроившись работать в общественные купальни, по антуражу более похожие на общественный туалет, встречает там Джейн Эшер, только что порвавшую с Полом Маккартни, и Диану Дорс, английскую Мэрлин Монро 50-х. Внешне это стандартная история взросления мальчика, безнадежно влюбленного во взрослую девушку свободных нравов (Эшер). Но Сколимовский нашел гениальный фон для этого сюжета — общественные купальни, бассейн плюс кабинеты с ваннами для помывки граждан, не имеющих таковых удобств у себя дома. Обшарпанное пространство со стенами тех цветов и фактуры, какие у нас сохранились, например, в старых, еще советских больницах, тусклое освещение, битая плитка, почти ощутимый запах хлорки и дезинфекции и все равно сомнительная гигиена. В обязанности Майка входит выдача шампуней и мыла, мытье полов и ванн и уничтожение надписей на стенах (как будто это и вправду туалет), а также оказание неопределенных «услуг» дамам бальзаковского возраста, за которые положены щедрые чаевые. В роли одной из них, нелепой и агрессивной тетки с вавилоном на голове, которая чуть не изнасиловала Майка, появляется в действительности крайне гламурная Диана Дорс. Но главное чудо — вскружившая голову Майку Сьюзан, рыжеволосая бестия в ярко-желтом пластиковом плаще, его коллега по этим галерам.
В Лондоне, как он представлен в «Глубине», все позволено, но в то же время социальная разметка пространства — двусмысленная и неопределенная. Купальная — пространство санитарно-гигиеническое (люди приходят туда мыться) и учебное (школьники занимаются в бассейне физкультурой), и в то же время место некоторых «услуг», которые не могут быть определены вербально. Выслеживая Сьюзен с ее дружком, Майк попадает в порно-кинотеатр, оказывающийся пространством обучения: в нем идет почти что образовательный фильм о том, как доставить удовольствие женщине. Проститутка, к которой Майк заскакивает в злачном районе Сохо, окажется временным инвалидом с ногой в гипсе, но при этом вполне себе трудоспособным. Неудивительно, что Майк, который вроде бы должен был получить положенную сексуальную инициацию, все глубже увязает в любовной одержимости Сьюзан, напоминающей хичкоковское «Головокружение», и совершает одну глупость за другой, пока дело не доходит до трагической развязки.
Снятая в 1970-ом «Глубина» идеально вписывается в разнородный канон английских фильмов 70-х, когда из британской киноиндустрии ушли американские деньги, полученные под моду на свинг и «Битлз», прервалось потоковое производство и у каждой новой картины была своя индивидуальная история, не выстраивающая в систему, благодаря чему стали возможны такие сингулярные вещи, как «Соломенный человек» или «А сейчас не смотри». Но в то же время чувствуется, что фильм снимает режиссер, только что сбежавший из социалистического лагеря, у которого наметан глаз на социальную комедию, мелкие неприглядные детали. Некрасивые босые ноги школьниц, жмущихся к стенке у бассейна, которых жовиальный учитель физкультуры сталкивает в воду, добродушно похлопывая по попам (блаженные времена, незатронутые страхом педофилии). Или то, как Сьюзан со сметкой, достойной советских женщин, соображает процедить через колготки снег, в который упал бриллиант с обручального кольца. Сколимовский лишь слегка остраняет новую для себя реальность, удерживаясь в рамках жесткого социального реализма с небольшим налетом психоделии и не впадая в чрезмерно густой абсурдизм. Видимо, именно социалистический опыт и позволяет ему увидеть ту самую амбивалентность социальной разметки реальности и функционирование Закона в гармонии с непристойным к нему приложением, которое так блестяще описывает другой выходец из соц-лагеря, Славой Жижек.
В блеклом цвете. «Теснота», режиссер Кантемир Балагов

№5/6, май-июнь

В блеклом цвете. «Теснота», режиссер Кантемир Балагов

Евгений Гусятинский

«Теснота» – нетипичный по здешним (и нездешним) меркам дебют. Он никак не пересекается с молодым российским кино – двухлетней и даже пятилетней давности, не говоря уж о более недавнем. Кантемир Балагов далек и от адептов школы Разбежкиной, утопающих в прямом документализме, и от выпускников Московской школы нового кино, следующих фестивальной и синефильской моде, и уж тем более от молодых работников беспомощного мейнстрима. Не опознается он и как последователь Александра Сокурова, у которого учился, и такое несоответствие замечательно свидетельствует о киношколе, основанной его мастером в Нальчике.

Колонка главного редактора

Даниил Дондурей: «Основные потребители кино в России — девочки 12-17 лет»

10.02.2014

Государство в лице Министерства культуры регулярно призывает кинематографистов снимать кино духоподъёмное, патриотическое, идеологически выдержанное. Российский кинобизнес в ответ на этот призыв выдал «на-гора» пару фильмов о спорте, на подходе — фильмы и сериалы о Первой и Второй мировых войнах. А за какое кино готов «голосовать» зритель своим кошельком? Об этом рассуждает главный редактор журнала «Искусство кино», культуролог Даниил Дондурей в интервью газете «Аргументы и факты».

Новости

Вышел 10-й номер «Искусства кино» за 2012 год

28.11.2012

За последнюю неделю этого месяца октябрьский номер ИК появился в продаже, а материалы номера в полном объеме представлены на сайте в разделе Архив. Значительная часть номера — вся рубрика Репертуар — отдана Венецианскому кинофестивалю.