В баню

  • Блоги
  • Инна Кушнарева
В Британии в прокате идет отреставрированная копия «Глубины» (Deep End) Ежи Сколимовского. Фильм на долгое время выпал из оборота из-за проблем с правами на музыку (в частности, группы Can), а теперь вернулся. Московский зритель мог увидеть его год назад на ретроспективе Сколимовского на ММКФ. Удивительный фильм о «свингующем Лондоне», который англичане признают своим и включают в топ-100 лучших английских фильмов, снятый поляком в Мюнхене на американские деньги.
Пятнадцатилетний мальчик, устроившись работать в общественные купальни, по антуражу более похожие на общественный туалет, встречает там Джейн Эшер, только что порвавшую с Полом Маккартни, и Диану Дорс, английскую Мэрлин Монро 50-х. Внешне это стандартная история взросления мальчика, безнадежно влюбленного во взрослую девушку свободных нравов (Эшер). Но Сколимовский нашел гениальный фон для этого сюжета — общественные купальни, бассейн плюс кабинеты с ваннами для помывки граждан, не имеющих таковых удобств у себя дома. Обшарпанное пространство со стенами тех цветов и фактуры, какие у нас сохранились, например, в старых, еще советских больницах, тусклое освещение, битая плитка, почти ощутимый запах хлорки и дезинфекции и все равно сомнительная гигиена. В обязанности Майка входит выдача шампуней и мыла, мытье полов и ванн и уничтожение надписей на стенах (как будто это и вправду туалет), а также оказание неопределенных «услуг» дамам бальзаковского возраста, за которые положены щедрые чаевые. В роли одной из них, нелепой и агрессивной тетки с вавилоном на голове, которая чуть не изнасиловала Майка, появляется в действительности крайне гламурная Диана Дорс. Но главное чудо — вскружившая голову Майку Сьюзан, рыжеволосая бестия в ярко-желтом пластиковом плаще, его коллега по этим галерам.
В Лондоне, как он представлен в «Глубине», все позволено, но в то же время социальная разметка пространства — двусмысленная и неопределенная. Купальная — пространство санитарно-гигиеническое (люди приходят туда мыться) и учебное (школьники занимаются в бассейне физкультурой), и в то же время место некоторых «услуг», которые не могут быть определены вербально. Выслеживая Сьюзен с ее дружком, Майк попадает в порно-кинотеатр, оказывающийся пространством обучения: в нем идет почти что образовательный фильм о том, как доставить удовольствие женщине. Проститутка, к которой Майк заскакивает в злачном районе Сохо, окажется временным инвалидом с ногой в гипсе, но при этом вполне себе трудоспособным. Неудивительно, что Майк, который вроде бы должен был получить положенную сексуальную инициацию, все глубже увязает в любовной одержимости Сьюзан, напоминающей хичкоковское «Головокружение», и совершает одну глупость за другой, пока дело не доходит до трагической развязки.
Снятая в 1970-ом «Глубина» идеально вписывается в разнородный канон английских фильмов 70-х, когда из британской киноиндустрии ушли американские деньги, полученные под моду на свинг и «Битлз», прервалось потоковое производство и у каждой новой картины была своя индивидуальная история, не выстраивающая в систему, благодаря чему стали возможны такие сингулярные вещи, как «Соломенный человек» или «А сейчас не смотри». Но в то же время чувствуется, что фильм снимает режиссер, только что сбежавший из социалистического лагеря, у которого наметан глаз на социальную комедию, мелкие неприглядные детали. Некрасивые босые ноги школьниц, жмущихся к стенке у бассейна, которых жовиальный учитель физкультуры сталкивает в воду, добродушно похлопывая по попам (блаженные времена, незатронутые страхом педофилии). Или то, как Сьюзан со сметкой, достойной советских женщин, соображает процедить через колготки снег, в который упал бриллиант с обручального кольца. Сколимовский лишь слегка остраняет новую для себя реальность, удерживаясь в рамках жесткого социального реализма с небольшим налетом психоделии и не впадая в чрезмерно густой абсурдизм. Видимо, именно социалистический опыт и позволяет ему увидеть ту самую амбивалентность социальной разметки реальности и функционирование Закона в гармонии с непристойным к нему приложением, которое так блестяще описывает другой выходец из соц-лагеря, Славой Жижек.
Между вымыслом и окопом. Украинская документалистика после Майдана

№1, январь

Между вымыслом и окопом. Украинская документалистика после Майдана

Дмитрий Десятерик

ОБЩИЕ ЗАМЕЧАНИЯ: ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ 1. Разговор об актуальной украинской документалистике[1] нужно начинать с перечня отсутствий. Чем была постсоветская Украина большую часть времени с момента обретения независимости? Сновидением государства о самом себе. Удерживала эту странную иллюзию скорее пассивность общества, нежели какая бы то ни было идеология. Экономика по преимуществу функционировала в тени, политика при сохранении выборного фасада являла собой систему «договорняков» – в фальсификациях не было потребности, потому что отдельные депутаты и целые партии перекупались уже в парламенте.

Колонка главного редактора

Трудная жизнь без цензуры

11.02.2012

Я восемнадцать лет являюсь главным редактором журнала, и не было ни одного текста, по поводу которого у меня  возникало бы сомнение: а можно ли это опубликовать? Не  будет ли опасности для «Искусство кино», для меня, для нашего министерства, спонсоров? Не было ощущения несвободы. Итак: цензура. Куда она подевалась?

Новости

На IV-м ЗМКФ победили «Диалоги» Ирины Волковой

03.06.2014

2 июня в Чите завершился Четвертый Забайкальский международный кинофестиваль. На торжественной церемонии закрытия были вручены следующие призы. Лучшим фильмом IV ЗМКФ признана российская драма «Диалоги» режиссера Ирины Волковой. Приз за лучшую мужскую роль был вручен Максиму Суханову («Роль»), за лучшую женскую роль – Жюльетт Бинош («Камилла Клодель, 1915»). Приз за лучший сценарий получили южнокорейцы Хван Чжо Юн и Чанг-мин Чо («Маскарад»). Лучший режиссер – Мишель Гондри («Пена дней»). Специальный приз жюри – операторская  работа Сергея Мачильского в фильме «Зеркала». Эта же картина Марины Мигуновой получила и приз зрительских симпатий.