«Дух огня» 2014. Хроники семейной жизни

  • Блоги
  • Евгений Майзель

На 12-м фестивале дебютов «Дух огня», состоявшемся в Ханты-Мансийске, Евгений Майзель изучил международный конкурс и обнаружил, что представленные в нем фильмы, несмотря на их редкое стилистическое разнообразие, объединяют несколько сквозных сюжетов. В первом репортаже: гуманистическая история семьи «Ило Ило» сингапурца Энтони Чэня и феминистский памфлет «Едкий» иранца Киараша Асадизаде.

spirit-of-fire-fest-logoВ главном конкурсе соперничали одиннадцать картин самого разного происхождения, содержания и статусов. Несмотря на то, что все они были сняты дебютантами (впрочем, это понятие отборщики фестиваля трактуют расширительно, допуская не только первые, но и вторые по счету картины), некоторые из них к моменту прибытия в Ханты-Мансийск уже успели обзавестись вполне триумфальным резюме, в то время как о других до начала показа было почти ничего неизвестно. К первым можно отнести сингапурскую ленту «Ило Ило», собравшую внушительный список наград по всему миру (и впервые показанную в России на владивостокском фестивале «Меридианы тихого»), ко вторым – фильм «Ленинград» литератора Игоря Вишневецкого (к слову, и поныне интервью с режиссером на kinoart.ru – единственное и в российской, и мировой прессе).

Не менее пестрым оказался подбор конкурсных картин и с точки зрения представленных направлений, жанровой принадлежности, эстетических ориентиров и технического мастерства. Несколько добротных мейнтримных лент – таких, например, как криминальная драма «11.6» француза Филиппа Годо, фильм-биография «Параджанов» Сержа Аведикяна и Елены Фетисовой или социалистическое ретро «Что и требовалось доказать» Андрея Грушницкого – соседствовали с эксцентрической «Зимней сказкой пролетариата» Юлиана Радльмайера, вышеупомянутым экспериментальным «Ленинградом» и очаровательно дурашливой, как это умеют делать только в Южной Корее, комедии «Пристегните ремни безопасности». Единственное, что оказалось обнаружить в конкурсе действительно трудно, если вообще возможно, так это хотя бы две стилистически одинаковых, близких друг другу картины. Поэтому выбор жюри – с какими бы знаком мы его ни оценивали – был обусловлен скорее собственными жанровыми и тематическими предпочтениями его членов, нежели попыткой честного «спортивного» сопоставления между собой этих крайне различных фильмов-номинантов (сопоставления, возможного лишь относительно определенного «единства непохожих»).

Однако бодрящий жанровый и стилистический разнобой не исключил преобладание нескольких повторяющихся мотивов и сюжетов, заметных в общем контексте. Среди таких сюжетов можно выделить семейный (психологический его аспект представлен «Ило Ило», семейно-политический – «Семейной историей», семейно-гендерный – «Едким»), социальный («Йозгат-блюз», «11.6», «Хамелеон»), в том числе с упором на классовый конфликт («Зимняя сказка пролетариата»), и экзистенциальный («Ленинград», «Параджанов», «Пристегните ваши ремни») с подрубрикой, приблизительно формулируемой как «драма частной человеческой жизни в тоталитарном общесте» («Что и требовалось доказать», «Параджанов» и вновь «Семейная история»).

spirit-ilo-ilo1
«Ило Ило»

Один из безусловных фаворитов (возможно, именно по этой парадоксальной причине и оставшийся без приза – ибо зачем награждать то, что уже так щедро награждено до тебя?), «Ило Ило» Энтони Чэня посвящен рядовой сингапурской семье, испытывающей финансовые затруднения накануне финансового кризиса 1997 года. Но начинающаяся экономическая рецессия, чьи отдельные симптомы мелькают на всем протяжении картины, служит лишь размытым тревожным фоном мастерски написанной семейной пьесы, разыгрываемой на переднем плане. Молоденькой домработнице из Филиппин (картина названа по имени провинции, откуда героиня родом) поначалу приходится нелегко из-за хулиганистого и зловредного сына хозяев – школьника переходного возраста. Проблемы, постоянно доставляемые им родителям, теперь начинают сыпаться на ошарашенную провинциалку, и без них чувствующую себя незащищенной в чужой стране и новом доме. И все же своей кротостью и мудростью девушка ухитряется завоевать привязанность мальчика и стать для него авторитетом весомей матери – да так, что последняя начинает ревновать. Одна из самых совершенных в техническом отношении картин конкурса, безупречно сыгранная и снятая, «Ило Ило» покорила за последние месяцы тысячи зрителей по всему миру своим нехитрым гуманистическим посылом и эффектным финалом, навевающим, по замыслу режиссера, нечто вроде светлой печали.

spirit-iloilo2
«Ило Ило»

Ни мужественный оптимизм в трудных условиях, ни принципиальная вера в победу добра, характерные для «Ило Ило» не относятся к числу достоинств отчаянно безысходной, пессимистической драмы «Едкий» (Acrid), прибывшей на «Дух огня» из Ирана. Картина Киараша Асадизаде сосредоточена на четырех парах, каждая из которых несчастна по-своему, хотя фундаментальная причина их несчастий одна: эгоистический и подлый мужской нрав[1]

spirit-acrid2l
«Едкий»

Беспросветная тенденциозность повествования, исключившая как медицинский факт существование в природе положительных персонажей мужского пола, – черта, безусловно, слабая, если подходить к вопросу с точки зрения объективности и емкости художественного высказывания. Но эта же характеристика превращает фильм в кино-памфлет против угнетенного положения женщины в мусульманском обществе, – памфлет, между строк которого можно прочитать едва ли не призыв к легализации однополых лесбийских браков в стране (что в условиях современного Ирана выглядит отчаянной, едва ли не уголовно наказуемой диверсией). Как и режиссер картины «Иранец» Мехран Тамадон, привезенной чуть ранее на Берлинале, Киараш Асадизаде не открывает своей картиной новых горизонтов, но вызывает уважение тем, что тоже, как говорится, «попробовал сделать это в мечети».

 

[1]Спойлер для желающих: Гинеколог Джадал изменяет жене с секретаршами, из них свеженанятая – Азар – на грани развода с Хосро, отцом двух своих детей, этих плачущих свидетелей постоянных родительских сцен с перебранкой и побоями. Хосро тоже имеет любовницу – учительницу по химии, ранее разведшейся с «подонком мужем». У учительницы, в свою очередь, дома работает служанка, поколачиваемая мужем-алкоголиком. Наконец, ближе к финалу картины мы присутствуем при крахе большой студенческой любви: дочь любвеобильного гинеколога Джалала – Махса – случайно узнает, что она далеко не единственная девушка на курсе, с которой крутит шашни ее будущий жених.

Продолжение следует.

Семейная хроника времен постмайдана. «Родные», режиссер Виталий Манский

№1, январь

Семейная хроника времен постмайдана. «Родные», режиссер Виталий Манский

Елена Стишова

Мысленно я давно «заказывала» свой фильм про Украину, не зная, что Виталий Манский, уроженец Львова, именно «мое» кино и снимает. «Родных» я впервые увидела летом на МКФ в Карловых Варах. Это было ровно то, что я хотела знать и видеть: не опоенных адреналином людей войны, не жареные факты, добытые в погоне за сенсацией, – просто жизнь, как она сложилась у простых людей после Майдана.

Колонка главного редактора

Даниил Дондурей: «Темы, которые никем не обсуждаются»

23.07.2013

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. Я приветствую в этой студии главного редактора журнала «Искусство кино» Даниила Дондурея.

Новости

Гран-при юбилейного «Зеркала» завоевал «Темный зверь»

20.06.2016

19 июня в городе Иваново состоялась церемония закрытия X международного кинофестиваля им. Андрея Тарковского "Зеркало", проходившего с 14 по 19 июня 2016 года в Плёсе, Иваново, Юрьевце и других городах Ивановской области.