Семейные узы

  • Блоги
  • Зара Абдуллаева

В российский прокат вышел полнометражный фильм Джеймса Грэя The Immigrant, в переводе названный «Роковой страстью». Разочарованная увиденным, Зара Абдуллаева прослеживает творческий путь режиссера.


Семейные связи/разрывы – единственное, что по-настоящему занимает Джеймса Грэя, к каким бы сюжетам он ни обращался. Это семьи непременно иммигрантов. Его последняя картина выходит в прокат под зазывным названием «Роковая страсть». Но в оригинале оно звучит в лоб: «Иммигрантка». Грэй расширил время действия прежних фильмов, вернулся, так сказать, к истокам исхода (с других берегов) тех, кто отправился за счастьем в Америку.


«Роковая страсть» (The Immigrant), трейлер

В фильме «Хозяева ночи» режиссера привлекали антураж и цвета 80-х. «Роковую страсть» он декорирует приметами начала 20-х прошлого века, а героиней выбирает польку Эву (Марион Котийяр), прибывшую на остров Эллис, где ей пришлось по роковому стечению обстоятельств расстаться с сестрой Магдой. Впрочем, ее злодеем-спасителем оказался все-таки еврей по имени Бруно Вейс, сыгранный Хоакином Фениксом, всегдашним протагонистом Джеймса, за исключением дебютной «Маленькой Одессы», где навсегда вонзился в память зрителей неукротимый и сентиментальный Тим Рот в роли Джоша (Иосифа) Шапиро.

The Imm-Little-Odessa
«Маленькая Одесса», режиссер Джеймс Грэй

«Роковая страсть» – беззастенчивая мелодрама, практически вампука. Вот куда завела любовь Джеймса к опере, особенно к сочинениям Пуччини, и желание эмоциональной встряски публики: вышло ровно наоборот. То, что прежде привлекало точностью изображения иммигрантской среды, обернулось кичем, в котором мадоннообразная Котийяр в роли шлюхи героически переживает свой грех во имя спасения сестры-туберкулезницы, не выпущенной с острова Эллис (куда в свое время приплыли из Киева и Минска бабушка с дедушкой режиссера). Рядом с ней Феникс героически справляется с ролью самовитого изгоя-сутенера, раскаявшегося в финальной «арии» своей эффектной партии.

Даже удивительно, как автор нежной и нервной «Маленькой Одессы», от которой зрителей знобило и которая запечатлела типажи, повадки, мутную беспросветную жизнь обитателей Брайтон-бич; как автор мелодраматичных и все равно неоскорбительно чувствительных «Любовников» (чего стоили слезы страстного героя-неудачника Феникса, выдавливающего реплику о том, что он счастлив, хотя сердце его разрывается от боли); как режиссер жестких и непрямолинейных «Ярдов» или не загадочных, но сильных «Хозяев ночи» вдруг сподобился на самопародию.

The-Immigrant-1
«Роковая страсть»

Травмы переселенцев, чужаков в Америке, которым некуда деться (хотя тот же герой Тима Рота – убийца, не совладавший с русской мафией – подумывал вернуться в СССР), Грэя не отпускают. Братья (а в «Роковой страсти», помимо братьев, вступающих в убийственную борьбу противоположностей, еще и сестры, а также смертельно больные, погибшие от пули бандитов или обезглавленные, как в «Роковой страсти», родители почти всех главных героев Грэя) обеспечивают контроверзы его семейных сюжетов. А члены этих семей составляют процентную норму лишенцев «американской мечты».

The-Immigrant-2
«Роковая страсть»

Разве только сестры-полячки заживут поспокойней, чем на родине и в Нью-Йорке, в Калифорнии. Разве только отвязный распорядитель клуба Бобби (Феникс), где гужуются наркодилеры, станет полицейским после покушения на брата-полицейского и гибели отца, шефа полиции. И вернет – вместо более «нейтральной» материнской фамилии – фамилию отца Грузински, перестав ее стесняться. Разве только Леонард в смешных и трогательных «Любовниках», переживший дважды любовную драму, обрадует своих недалеких любящих родителей женитьбой на дочке владельца химчистки, упрочив таким образом и родительский бизнес. Но все эти «хэппи-энды» окрашены в фильмах Грэя реальной кровью и незаживающими душевными ранами. Доля отпрысков-иммигрантов остается незавидной. Несмотря на праздники: бар-мицвы, восьмидесятилетия бабушки Цыли Соколовой в кафе «Арбат», Нового года или Дня благодарения в Бруклине. Несмотря на перековку плохого парня в хорошего полицейского, несмотря на излечение-освобождение любимой сестры католички-проститутки Эвы в «Роковой страсти».

The-Imm-Two-Lovers
«Любовники», режиссер Джеймс Грэй

Только в «Маленькой Одессе» нет оперных роковых страстей. Вопреки фабульному пересказу: продавец палатки (Максимилиан Шелл) в зимней шапке-«пирожке» занимал в СССР должность повыше, а теперь старается для детей, но один из них погиб, а за другим охотятся русские убийцы. Вопреки тому, что его жена (Ванесса Редгрейв) умирает от рака и говорит, корчась от боли, на ломаном русском, а любовница (Наталья Андрейченко) без акцента ругается матом.

Путь от Брайтона недалекого (в историческом масштабе) прошлого до Нью-Йорка начала 20-х годов, где обездоленные барышни торгуют телом в клубе «Бандитский ночлег» (или «ковчег»?), которым владеет бандерша (Елена Соловей), а заправляет демонический персонаж Феникса, оказался для поклонников Грэя травматическим. Понадеемся, что травмы иммигрантов, столь болезненные для этого режиссера, вновь обретут содержание, форму и стиль, которыми он обладал.

 Голоса Евразии. О постколониальной рефлексии в отечественном театре

№5/6, май-июнь

Голоса Евразии. О постколониальной рефлексии в отечественном театре

Алена Карась

Когда мне заказали статью о болевых точках нынешнего российского театра, я подумала, что мне вовсе не интересно писать о столичных историях. Разумеется, в новейшем российском театре есть поиски языка и поражающая скорость набора высоты у многих молодых режиссеров; есть бесстрашие интеллектуального, аскетичного театра Дмитрия Волкострелова; есть поиски аффектов и жестов, выражающих телесную и психическую культуру 30-х годов в театре Максима Диденко… и все-таки то, что происходит в последние два сезона в нестоличных театрах, видится мне беспрецедентным. Речь идет о постколониальной рефлексии.

Колонка главного редактора

Даниил Дондурей: «Основные потребители кино в России — девочки 12-17 лет»

10.02.2014

Государство в лице Министерства культуры регулярно призывает кинематографистов снимать кино духоподъёмное, патриотическое, идеологически выдержанное. Российский кинобизнес в ответ на этот призыв выдал «на-гора» пару фильмов о спорте, на подходе — фильмы и сериалы о Первой и Второй мировых войнах. А за какое кино готов «голосовать» зритель своим кошельком? Об этом рассуждает главный редактор журнала «Искусство кино», культуролог Даниил Дондурей в интервью газете «Аргументы и факты».

Новости

Роттердамский фестиваль раздал призы

02.02.2013

2 февраля состоялось закрытие Международного кинофестиваля в Роттердаме. Тремя обладателями главных наград основной конкурсной программы Hivos Tiger Awards с денежным сопровождением в размере 15 тысяч евро были признаны дебютная картина «Солдат Джаннетт» (Soldate Jeannette) австрийского режиссера Даниэля Хёсла, фильм «Мой пес Киллер» (My Dog Killer) словацкого режиссера Миры Форни о молодом скинхеде и антипатриархальная картина Fat Shaker иранского художника Мохаммеда Ширвани.