Виктор Лисакович: «Победительна только идея»

Дая Смирнова. Виктор Петрович, по-моему, таких широкомасштабных проектов, как «Поколение-2000», в документальном кино не было со времен «Одного дня СССР»?

Виктор Лисакович. Победительна в этом проекте только идея — овладение профессиональной режиссурой на профессиональных студиях. Долгие годы студенты ВГИКа не имели полноценной практики. Можно не объяснять, почему, если в последнее десятилетие производство опустилось почти до нулевой отметки.

В фестивале «Святая Анна» участвовали все фильмы проекта, но особого внимания жюри они не привлекли, что совершенно справедливо. Нужно еще очень много работать, чтобы идея обрела искомое экранное качество. Достигать этого результата придется уже следующим поколениям вгиковских студентов.

Сейчас Департамент поддержки неигрового кино одобрил начинание и намерен продолжать «Поколение» в 2001-м, 2002-м и так далее. Схема апробирована. Вслед за моей мастерской пойдут студенты Сергея Мирошниченко, и, может быть, круг практикантов расширится. На конкурсной основе предполагается привлечь слушателей Высших режиссерских курсов. Как будут развиваться события дальше, сказать пока трудно. Но, повторяю, определенный опыт практического обучения получен, и он заслуживает внимания.

Мы — мастерская неигрового кино во ВГИКе, четвертая из тех, которые я имел честь возглавлять, — на лету ухватились за шикарное предложение Госкино выехать на практику. Студенты по-братски поделили сферы влияния, каждый выбрал то, что хотел. Двое сразу вцепились в Дальневосточную студию, потому что она самая дальняя. Можно понять их желание увидеть то, что никогда не увидишь, сидя в Москве. Чтобы развить успех, надо было найти общий язык со студиями. Речь идет о государственных студиях, которых в стране всего двенадцать, если не ошибаюсь, небольших и трудно живущих. Какие-то средства им выделяются, в основном на летопись, и нашей задачей стало включение в процесс работы над кинолетописью страны. В итоге так и получилось, за небольшим исключением. Некоторые фильмы сугубо авторские. Но авторская интерпретация — тоже летопись. Пройдет время, и, посмотрев эти короткие ленты, мы увидим, какими были люди начала XXI века.

В нашем случае студенты сами сформулировали цель — снять цикл «Молодые о молодых». Мы не требовали единого стандарта и не давали особых указаний на этот счет. Процесс был довольно сложным. Писались заявки, читались газеты, шел поиск сюжетов в Интернете, шли переговоры с малочисленной редактурой, оставшейся на студиях. С помощью различных подсказок был сформирован небольшой портфель заявок. Во время работы, когда идет погружение в материал, как правило, выясняется, что сценарий — всего лишь набросок темы. Однако он крайне необходим. Кстати, в этом проекте участвовали несколько студентов сценарных мастерских.

Д.Смирнова. На каком этапе обучения были участники проекта?

В.Лисакович. Студенты, которые практически завершили учебу, сделали учебные и курсовые работы и готовятся к диплому.

Д.Смирнова. Какую из целей проекта вы считали приоритетной?

В.Лисакович. Вырвать учеников из тепличной вгиковской атмосферы и погрузить в профессиональную среду. В институте происходит очень нужный и важный процесс обучения, но студент знает, что здесь его поправят, здесь ему подскажут, а тут он вообще поспорит с мастером. А приехав на практику, он попадает в жесткие условия производства. Конечно, как это всегда бывало, везде нашлись люди, которые помогли ребятам. Студии сегодня нуждаются в молодежи. Опытные профессионалы разбежались кто куда, многие ушли на пенсию. А тут явились молодые, в чем-то наивные, в чем-то дерзкие, иногда знающие, что делать, а порой и не знающие. Все они нашли поддержку. У нас было общее собрание по проекту, на котором присутствовали все директора студий. Студенты говорили, где хотят проходить практику, а директора отвечали: «Это ко мне, подходите, побеседуем». Никто никого никому не навязывал, не обязывал принять и обеспечить работой, но все друг друга нашли благодаря заинтересованному встречному движению — были нормальные человеческие отношения.

Д.Смирнова. А как шла работа?

В.Лисакович. Процесс был поделен на две части — съемки на местах и работа над материалом в Москве, порой над таким материалом, который уже обсудили и даже сложили на студии. В Москве над программой взял шефство продюсерский центр «Диалог», куда входят Сергей Мирошниченко, Алексей Ханютин, Геннадий Городний, Борис Караджев, Ефим Резников. Студенты вернулись опять же не в институтские стены поплакаться на груди мастера, а вновь в достаточно жесткие производственные условия. От каждого фильма пытались получить ответ на главный вопрос: «Каково же оно, поколение-2000 ?» Худруки высказывали свое профессиональное мнение, и мы, педагоги ВГИКа, поучаствовали в этом процессе.

Д.Смирнова. Значит, производственные условия были выдержаны?

В.Лисакович. Некоторые не укладывались в сроки, а потом, наверстывая упущенное, делали что-то на скорую руку. Не без проблем. Но на то и практика, чтобы испытать все трудности на собственной шкуре и узнать, как удовлетворяются личные амбиции. В данной ситуации все было продумано правильно. Принципиально то, что за ребят никто не работал. Они могли рассчитывать только на заботу и внимание.

Д.Смирнова. Особых художественных открытий не произошло. И все-таки как вы оцениваете эти короткие ленты? Программу открывает «Дорогой Дед Мороз», сделанный на Казанской студии режиссерами Людмилой Зуевой и Валидом Аль-Мекдади и оператором Павлом Игнатовым.

В.Лисакович. Мне трудно давать оценки. Скорее как руководитель курса я могу выступать в качестве адвоката замысла. Фильм «Дорогой Дед Мороз» рассказывает о колонии для несовершеннолетних. Дети перед Новым годом пишут письма Деду Морозу, рассказывают о себе, о своей жизни, о своих мечтах. Тему подсказала студентка-заочница Одельши Агишева Светлана Серова. Развернутого сценария не было, шли вслед за событиями. Это была серьезная и работоспособная съемочная группа, самое активное участие в работе принимал оператор, тоже будущий выпускник. Все они давно хотели снять этот сюжет и выехали в Казань, как только случилась такая оказия.

Д.Смирнова. «Старатель» Андрея Кияницы. Фильм снимался на Дальневосточной студии…

В.Лисакович. Андрей — молодой, инициативный парень, уже работает в программе Льва Николаева «Цивилизация» на ОРТ, сделал полдесятка передач, и им довольны. Он не совсем удовлетворен сюжетом «Старатель». Давно мечтая снять фильм о золотоискателях, добирался на прииск на перекладных, летел на вертолетах, а герой оказался совсем не таким, каким Андрей его себе представлял, и уж очень неразговорчивым.

Д.Смирнова. Так зачем же режиссер ставил его перед камерой, как в советском киножурнале, и пытал вопросами? Может быть, надо было наблюдать и комментировать? Бригадир тоже оказался немногословным собеседником, замечательно сказав про героя: «Если бы не справлялся, он бы тут не работал». И все ясно. По-моему, во всех десяти фильмах программы много организованных кадров и мало подсмотренных, непосредственных.

В.Лисакович. Мало, мало. Замечание справедливое, но надо учесть небольшие сроки, отведенные на работу. И потом режиссер заявляет: «А я и хотел сделать киножурнал для летописи». Он немножко не разобрался в задаче, а исправить что-то на таком огромном расстоянии невозможно. Юля Харитонова тоже помчалась на Дальневосточную студию снимать маяк. Ее «На краю света» — поэтичная работа, но с героем тоже не повезло, хотя и по другой причине. Харитонова еще до съемок получила невероятную возможность попасть на маяк, выбрать героя, познакомиться, поговорить, а когда приехала с камерой, ей сообщили, что снимать она может только один день, потому что герой уезжает в командировку. Что делать? Пришлось выходить из положения в условиях цейтнота. Другой режиссер мог бы развести руками и уехать ни с чем, а Юля все-таки сделала сюжет. Практика показывает, чего стоит будущий профессионал. Каждый раз новые условия, и так будет в течение всей профессиональной жизни. Либо жизнь скрутит человека, либо он сумеет противостоять и делать свое дело.

Д.Смирнова. «Актриса» — инсценированный, но очень искренний и выразительно снятый оператором Ильей Мелиховым фильм Ксении Якшимбетовой (Нижневолжская студия).

В.Лисакович. Ксения поехала снимать летом, ситуация отпускная, театр закрыт. Материал живой, сняты какие-то синхронные откровения, признания, но атмосферы театра нет, за кулисами пусто. Так что тоже не без проблем.

Д.Смирнова. Далее у нас «Радость жизни» Алексея Сутормина.

В.Лисакович. Это очень серьезная, порадовавшая нас работа. Алексей снял простой, незамысловатый рассказ о своем друге, враче, командированном на сорокадневное дежурство в Чечню. Режиссер хорошо знал героя и понимал, куда едет. Сутормин работал в Краснодарском крае, хорошо знает этот регион. Его очень тепло приняли на Ростовской студии. Этот одночастевый фильм был привезен в Москву почти целиком смонтированным. Наши замечания режиссер встречал с явным сопротивлением, но все-таки мы общими усилиями кое-что подкорректировали, и он остался доволен.

Д.Смирнова. Когда солдатская рука тянется из окопа к цветку, это вообще как старый шедевр «На западном фронте без перемен». «Радость жизни» — неожиданно спокойный фильм про Чечню.

В.Лисакович. Такая, наверное, работа у военных медиков: тридцать девять дней из сорока может стоять тишина, а потом земля встает дыбом от снарядов, и все круто меняется.

Д.Смирнова. Еще фильм — «Брат на неделю» Ирины Зуй по сценарию Анатолия Баскакова, Северо-Кавказская студия.

В.Лисакович. Сюжет им подсказали на месте. Весьма любопытная секта в горах, которая решила, что за десять дней может избавить человека от наркозависимости. Наверное, все это наивно, но персонажи на экране интересные. Ирина старательно поработала, хотя история в результате не совсем получилась.

Д.Смирнова. Когда самый активный оратор доходит до экстаза, можно подумать, что самодеятельное целительство иногда бывает результативным, но очень долго невозможно понять, кто из этих небритых мужчин лечит, а кто лечится.

В.Лисакович. Нам не удалось убедить режиссера в том, что картине не хватает титров, объясняющих, что это за место и почему оно оторвано от цивилизации.

Д.Смирнова. И в ленте Ивана Вялкова «Сергей и его мечта» не все понятно. Титров здесь много, но порой они кажутся нарочитыми, придуманными лишь для того, чтобы относительно складно смонтировать отснятый материал.

В.Лисакович. Практика Ивана очень любопытна тем, что Архангельской студии как таковой раньше не было — только единичные работы, а теперь в титрах этого фильма написано: «Архангельская студия». То есть можно сказать, что наш режиссер стоял у истоков. Иван Вялков сам из Архангельска, пришел в кино всерьез и, думаю, надолго. Он любит дальние края и диплом снимает в Ханты-Мансийске.

Д.Смирнова. Расскажите, пожалуйста, о «Пухе» Алексея Пескова.

В.Лисакович. Алексей отличился уже на первом курсе, сделав «Джулино счастье» — о женщине, которая зарабатывает на жизнь с помощью собачки. Фильм был премирован на фестивале «Святая Анна», и Алексей, как и вся группа лауреатов, был принят в Союз кинематографистов России. Новый фильм Песков снимал на Восточно-Сибирской студии кинохроники. Герой — мечтательный парнишка из далекого забайкальского поселка, Пух — его прозвище. Мальчишка симпатичный, но дело в том, что у режиссера не было синхронной камеры и эта техническая проблема оказалась эстетической. Не надо объяснять, какой урон был нанесен картине тем, что воспроизводить прямую речь героя пришлось, прибегая к помощи актера. Никакой имитатор не скажет так, как реальный человек. Может быть, следовало идти другим путем, может быть, Алексею надо было записать текст от своего имени, но переспорить его не было ни малейшей возможности.

Д.Смирнова. Мила Уголькова сняла «Монолог Пьеро» на Свердловской студии. Главный герой — актер и байкер. Он рассказывает немного о себе, но в основном фильм — это репортаж с байкерской тусовки.

В.Лисакович. Да, в «Монологе» не удалось выйти за рамки репортажной съемки. Мила была в числе тех, кто поступил во ВГИК на платной основе. Когда внесенные ею деньги кончились, она была отчислена, но попросила разрешения посещать мастерскую и, молодец, прошла весь путь с нами.

Д.Смирнова. Наконец, десятый фильм проекта с мудреным названием «Портфолио шамана», снятый режиссером Мариной Казанкиной, оператором Павлом Костомаровым на Красноярской киностудии.

В.Лисакович. Портфолио — нечто вроде творческой карточки в личном деле, подборка размышлений героя, который служит в филармонии, но называется почему-то шаманом. Лично мне эта лента малопонятна, она создавалась в условиях совершенной секретности нашей очень хорошей студенткой, принимавшей самое активное участие в жизни мастерской и института. Марина из Красноярска, дерзкий режиссер и вообще девушка с характером. Картину нельзя пересказать, и, по большому счету, она не имеет никакого отношения к летописи. Марина сняла материал за неделю, а монтировала его очень долго. У этого авангардного «Портфолио», кстати, есть свои поклонники и даже диплом «Святой Анны».

Д.Смирнова. Итак, что могут и чего не могут молодые-2000 ?

В.Лисакович. Им кажется, что они все умеют, но это не так. Они умели бы гораздо больше, если бы не трудности технического плана. Люди с горящими глазами и грандиозными планами попадают на полуразрушенные студии, где давно гуляет ветер или снимается одна картина. Нет среды, рабочей атмосферы и, главное, техники. Убогая аппаратура, отсутствие самых необходимых профессиональных устройств и добрый директор, много лет мечтающий хотя бы об одной приличной камере. Я вижу в студенческих отчетах, сколько невзгод приходилось претерпевать практикантам, сколько идей не удалось воплотить по сугубо техническим причинам.

Д.Смирнова. Студенты хотят что-нибудь сказать зрителям и человечеству или заняты карьерным ростом?

В.Лисакович. Скорее всего, они еще просто не задумываются над тем, что хотят сказать людям. И нажимать, требовать от них готовых формул, в принципе, опасно. Им еще не хватает опыта жизни. Конечно, мы беседуем с ними о каких-то существенных проблемах, но в обществе еще слишком памятен идеологический нажим. Наш прежний кинематограф был слишком пропагандистским. Жаль, что после ВГИКа воспитание молодых авторов фактически прекращается, обрывается. Из-за отсутствия реальной потребности в документалистах наши выпускники куда-то пропадают. Телевидение плохо воспринимает образованных профессионалов, потому что рядом с ними неуютно — на ТВ ведь все знают, как все сделать и без образования. Профессиональная режиссура не нужна. Поток передач, которые называют фильмами, тоже имеет право на существование, но надо понимать, что, снижая профессиональный уровень, ТВ может дойти до саморазрушения. А ведь оно может быть и искусством. В том числе искусством документального кино.