Далекое близкое. «Холодная война», режиссер Павел Павликовский

  • Блоги
  • Светлана Семенчук

Неделю назад на международном фестивале европейского кино VOICES (Вологда) состоялась российская премьера фильма «Холодная война» (Zimna wojna, 2018), удостоенного приза Каннского фестиваля за лучшую режиссуру. О новой картине Павла Павликовского рассказывает Светлана Семенчук.


VOICES logoПавел Павликовский — известный документалист, долгое время проживший в эмиграции, в 2010-х вернулся в Польшу — к самому себе, в прошлое. Первый игровой фильм режиссера, созданный на вновь обретенной родине — «Ида» (Ida, 2013), рефлексия на тему внутренней катастрофы польского общества во время Второй Мировой войны и невозможности устранения последствий. «Ида» — отчасти биографическая картина, тесно связанная с переживаниями Павликовского, лишь в 14-летнем возрасте узнавшего о судьбе своей бабушки-еврейки, погибшей в Освенциме. Вторым фильмом после возвращения стала «Холодная война» — история, посвященная родителям режиссера и послевоенному поколению. Возвращение в Польшу стало для Павликовского чем-то сродни погружения в хранилище памяти, которая априори не может быть абсолютно достоверна, линейна, последовательна и свободна от мифов. Мифическая память автора сплавляет воедино травмы коллективного бессознательного, личные истории близких и даже традицию кинематографа так называемой польской «новой волны».

Задорная блондинка Зула, поражающая силой своей витальности, и ее возлюбленный — молчаливый сухопарый Виктор, напоминают тех самых героев польской киношколы. Когда требуется совершить бесполезный и безрассудный романтический поступок, противоположный предательству, молчанию или бездействию, они его совершают. Потому что персонажи «Холодной войны» — романтические герои национального мифа, оставленного в наследство, хоть сражаются они вовсе не за Армию Крайову, не за правительство в изгнании, и даже не за свободу, а за простое предельно личное счастье.

cold war 01«Холодная война», режиссер Павел Павликовский

Народный ансамбль песни и пляски «Мазурек», созданный ради сохранения национального фольклора, повинуясь требованиям политической конъюнктуры, расширяет свой репертуар песнями, прославляющими отца народов Сталина. И пусть в этом безумном спектакле идеологической линии партии находится место и лирической песне о «двух сердечках», положение участников становится все более шатким и компромиссным. Виктор и Зула — дирижер и главная звезда известного в Польше ансамбля, решают сбежать во время первых же зарубежных гастролей. И Виктор бежит, а Зула — нет: из-за неуверенности в том, что возлюбленный ее никогда не оставит там, на Западе. Дальнейшие попытки счастливого воссоединения влюбленных весьма усложнены и болезненны. Ведь, как поется в песне из любимого Зулиного кинофильма «Веселые ребята» (любимого, впрочем, и Сталиным), — сердцу не хочется покоя.

Сквозь муки главных героев, челночно пересекающих опасную границу между социалистическим лагерем и капиталистическим миром, то и дело проступает более глобальный сюжет пограничного положения Польши между СССР и просвещенным европейским миром. Но 1950-е годы – лишь фон, предлагаемые обстоятельства, правила, о которых Зула и Виктор прекрасно осведомлены и даже используют в своих манипуляциях. Патриотизм используется обоими героями как дополнительное преимущество в этой игре длинною в жизнь, как разменная монета. Зула возвращается в Польшу, зная, что Виктору путь на Родину закрыт. Прикрываясь тем же патриотизмом, Виктор едет за ней. Зула заключает весьма символичный в данном контексте брак с чиновником, чтобы сократить срок лагерного заключения Виктору. Идея безусловной любви к отечеству ставится под вопрос, в чем можно усмотреть не только полемику с авторами «новой волны», но и намек на возвращение самого Павликовского.

С оглядкой на кинематограф Анджея Вайды, автор «Холодной войны» проецирует историю на традиции национальной романтики. Черно-белое изображение и обращение к частному прошлому создают ощущение щемящего тоской ретро, иного мира с прустовскими вальсирующими пылинками в свете солнца и иллюзию так часто слышимой в детстве красивой сказки. Его отличает какая-то особая наполненность.

Kanal Vajda«Канал», режиссер Анджей Вайда (1957)

Павликовский взвинчивает финал, как это делал и Вайда. Но Вайда пережил то, о чем снимал фильмы, для Павликовского же, желающего прочувствовать и понять поколение родителей, материал фильма остается далеким и, кажется, непостижимым. И от того немного чужим, как «два сердечка», исполненные вроде как все той же полячкой Зулой на неродном французском языке.

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

№3/4

Двойная жизнь. «Бесконечный футбол», режиссер Корнелиу Порумбою

Зара Абдуллаева

Корнелиу Порумбою, как и Кристи Пуйю, продолжает исследовать травматическое сознание своих современников, двадцать семь лет назад переживших румынскую революцию. Второй раз после «Второй игры», показанной тоже на Берлинале в программе «Форум», он выбирает фабулой своего антизрелищного документального кино футбол. Теперь это «Бесконечный футбол».

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

Колонка главного редактора

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

15.08.2011

Запись программы "Ищем выход..." на "Эхо Москвы" с участием Даниила Дондурея. Читать и слушать выпуск можно на сайте "Эхо Москвы".

Новости

На Винзаводе открывается Пятый международный фестиваль «Делай Фильм»

16.04.2018

С 17 по 22 апреля 2018 года в Москве на территории Центра современного искусства ВИНЗАВОД пройдет Пятый международный фестиваль документального кино «Делай Фильм». Публикуем программу фестиваля, собирающего документальные фильмы о поисках человеком свободы, индивидуальной и коллективной.