Венеция-2016. Справедливости ради

  • Блоги
  • Зара Абдуллаева

В четвертом и заключительном венецианском репортаже Зары Абдуллаевой – «Женщина, которая ушла» Лава Диаса, «Рай» Андрея Кончаловского, «Последний из нас» Ала Эддина Слима и другие лауреаты главного конкурсной программы и не только ее.


Venezia film festival logo 73Унылый конкурс, захваченный безрадостным мейнстримом, не помешал жюри оценить венецианское предложение более или менее разумно. «Золотой лев», выданный фильму Лав Диаса «Женщина, которая ушла», – решение бесспорное. На сей раз кумир киноманов снял кино покороче: вместо обычных шести-семи часов оно длится три с половиной. Как положено кинороману, вдохновленному рассказом Толстого «Бог правду видит, да не скоро скажет». Первое удивление – никакого экзотизма и фестивального занудства, вообще-то свойственных, если честно, Диасу. Второе – благородная, почти минималистская режиссура. Третье – утонченность. Она касается киногении, мизансцен, способа рассказа о героине, отсидевшей в тюрьме за несовершенное убийство тридцать лет, решающий на воле отомстить обидчику, но избежавшей возмездия. Для этого нашелся другой, более эксцентричный персонаж. Кажется, что Диас успокоился и не стремится больше во что бы то ни стало приручить к арту зрителей, ослепленных эффектами рыночной продукции. Сюжет о преступлении и наказании он внедряет в реальность 90-х, когда, по словам режиссера, Филиппины стали чемпионами в похищении детей. Блуждания героини его фильма в поисках пропавшего сына и глухой ужас повседневности – вот что более волнует режиссера, по ходу дела расправляющегося и с фабульными перипетиями. Лав Диас повзрослел, жил в Венеции в коммуналке, предпочтя ее гостинице, и заставил подумать, что его влечение к Толстому не исчерпывается кинематографическими сюжетами.

Приз «за лучшую мужскую роль» заслужил Оскар Мартинес, сыгравший мягко и дерзко писателя-нобелиата в аргентинском «Почетном гражданине» (о нем я писала), достойный и награды за сценарий. В нем язвительно представлены провинциальные нравы местечка, где вырос и откуда черпает сюжеты протагонист-космополит, проживающий в Европе. Однако жюри предпочло сценарий Ноа Оппенхайма, разобравшегося в «Джеки» Пабло Ларрайна с разработкой легендарного образа Жаклин Кеннеди, сформировавшегося после смерти ее мужа. Прежде чилийский селебрити в основном препарировал последствия диктаторского режима Пиночета. Но Аронофски, посмотрев на Берлинале его «Клуб» о педофилах-католиках, пригласил чилийца в англоязычный проект. В нем воскрешаются несколько дней овдовевшей Джеки, за которые она, сгруппировавшись, придумала себе и своим детям грядущие образы, стиль, маневры поведения с журналистами, военными, родственниками.

Приз Мастроянни получают на Мостре молодые обещающие актеры. В этом году жюри выбрало Паулу Беер в фильме Франсуа Озона «Франц», подтвердив приоритет немецкой актерской школы в нынешнем драматическом театре и кино. Беер сыграла вдову убитого на Первой мировой солдата, смиренно живущую с его безутешными родителями и каждодневно ухаживающую за могилой милого Франца. Тщательная мелодрама Озона вступает в диалог с ее первоисточниками (пьесой Ростана, фильмом Любича «Недопетая колыбельная»). Так что Беер имела все возможности раскрыть свой талант в диапазоне от сдержанности, скорбной чувствительности до пробуждения женских порывов и нежданных унижений.

venezia 2016 4 franz«Франц», режиссер Франсуа Озон

Кубок Вольпи «За режиссуру» поделили Амат Эскаланте с Андреем Кончаловским. Про мексиканский «Дикий район» (в английском переводе «Неукрощенная») я уже рассказывала: фильм эпатажный, но малоинтересный, привлек, видимо, жюри своей одиозностью. Подобных попыток, пусть псевдооригинальных, в конкурсе вовсе не ночевало.

Андрей Кончаловский задумал «Рай» как оммаж русским женщинам из первой волны эмиграции, спасавших еврейских детей во время Второй мировой. Как воздаяние их жертвенности, о которой подзабыли, а кто-то в Европе, возможно, вовсе не знал. Этот международный проект – фильм идет на трех языках – включает российское кино в европейский контекст и (в отличие от сложносочиненного фильма Александра Миндадзе) находит отклик у жюри и публики. При этом Кончаловский заинтересован и в эксперименте. Он снимает трех главных героев (после жизни) – французского коллаборациониста, романтика-нациста, русскую праведницу – на допросе, который разрывается их воспоминаниями. На самом деле этот допрос, инициированный закадровым голосом режиссером/демиургом, является кинопробами. А главное – признанием в любви к кино, к его «новоязу» и мифологии, свету и тени (оператора Александра Симонова отметила едва ли не вся иностранная пресса). Пропуск в «рай» – это допуск в фильмическую канцелярию. Но в нее не попасть, не разобравшись с киноклише и национальными культурными кодами.

venezia 2016 4 rai«Рай», режиссер Андрей Кончаловский

Едва ли не главный приз Мостры – «Лев будущего» – присуждается за дебют. Этот «лев» достался игровому фильму «Последний из нас» (из лучшей, самой продуманной программы фестиваля «Неделя критики») тунисского режиссера, видеоартиста, документалиста Ала Эддина Слима. Его немой, непретенциозный опус с безупречным саундтреком интерпретирует зачастую конъюнктурную тему беженцев. Но теперь на экране не эксплуатация, а медитация, от которой трудно оторвать глаз и слух.

«Последний из нас», режиссер Ал Эддин Слим. Трейлер

Герой, обозначенный в титрах буквой N, – назовем его Никто, Некто или Неизвестный – отправляется по весям, городам, пустыне к морю, надеясь, надо полагать, добраться до Европы. Побыв бомжем, украв лодку, он тонет и оказывается в отнюдь не сумрачном, а загадочном лесу. Там его приключение обретает иной стилистический поэтический эстетический режим, разрешая «вопрос о беженцах» растворением «последнего из них, из нас» в природе. Кинематографическая и социальная полноценность этого дебюта отменяет (или закрывает) заезженные трактовки странников поневоле.

Сказка про тесноту. «Теснота», режиссер Кантемир Балагов

№5/6, май-июнь

Сказка про тесноту. «Теснота», режиссер Кантемир Балагов

Никита Карцев

Город. Ночь. Взгляд из автомобиля – мимоходом, проездом, исподтишка. Мы не видели эти места. Не знаем этих людей. Они на экране впервые. Не знаем мы и автора фильма – он дебютант. Знаем только имя. Он только что представился во вступительных титрах: меня зовут Кантемир Балагов, я родом из Нальчика, эта история произошла в моем родном городе в 1998 году.

Колонка главного редактора

Даниил Дондурей: «Темы, которые никем не обсуждаются»

23.07.2013

Т. ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Татьяна Фельгенгауэр. Я приветствую в этой студии главного редактора журнала «Искусство кино» Даниила Дондурея.

Новости

Киносоюз выступил против «Этической хартии»

01.08.2013

Союз кинематографистов опубликовал официальную позицию по вопросу разработки так называемой «Этической хартии». По мнению авторов документа, опубликованного на сайте Киносоюза, «любая попытка регламентировать искусство аморальна». Напомним, что после того, как президент России Владимир Путин выступил с идеей создания «Этической хартии» для деятелей киноиндустрии и поручил к октябрю 2013 года обсудить ее принятие, была создана рабочая группа по разработке этого документа. В группу вошли режиссеры Марлен Хуциев, Карен Шахназаров, продюсер Леонид Верещагин, киновед Кирилл Разлогов, журналисты Андрей Шемякин, Генрих Боровик, Елена Ямпольская и другие. Возглавил группу первый зампред Союза Сергей Лазарук.