Раиса Фомина: Видимость и реальность. Государство и артхаус

Беседу ведет Елена Паисова

Елена Паисова. В журнале «Искусство кино» (№ 10 за 2007 год) была опубликована дискуссия на тему: «Почему российское кино не конвертируется?» Вы говорили об отсутствии поддержки со стороны государства, Министерства культуры и Министерства иностранных дел. Изменилось ли что-нибудь с тех пор?

«Возвращение», режиссер Андрей Звягинцев
«Возвращение», режиссер Андрей Звягинцев

Раиса Фомина. К сожалению, все осталось по-прежнему. Производится очень мало фильмов, которые могут считаться относительно конвертируемым товаром. Но ни государству, ни Министерству культуры не нужно серьезно продвигать отечественные фильмы за рубеж. Это не первоочередная задача. Если что и делается, то в основном для галочки. Никакой серьезной концепции в этом вопросе не существует. Есть лишь несколько заинтересованных продюсеров, которые в силу того, что снимают фильмы с потенциалом выпуска их за рубежом или хотя бы показа на международных кинофестивалях, считают своим долгом финансировать этот вид деятельности. Многочисленные дискуссии и споры на эту тему ничего не дают.

Государство финансирует проекты очень избирательно, но по какому принципу происходит этот отбор, вряд ли кому-нибудь понятно. Во многих странах режиссеры, получившие международные призы, могут, по крайней мере, получить поддержку на следующий проект. У нас Министерство культуры не интересует судьба режиссеров Звягинцева, Аристакисяна. Да что там эти молодые — судьба Балабанова тоже мало кого волнует.

«Дикое поле», режиссер Михаил Калатозишвили
«Дикое поле», режиссер Михаил Калатозишвили

Е.Паисова. Повлияла ли нынешняя политическая и экономическая ситуация в стране на развитие индустрии российского артхаусного кино?

Р.Фомина. Мы уже видим результат этого влияния. Если и в более благополучные времена было трудно найти средства, то о чем можно говорить сейчас? Впрочем, во всем мире сегодня сложная ситуация с финансированием, и тем не менее в других странах артхаус занимает свою нишу — есть специальные фонды, организации, которые как-то обеспечивают эту индустрию, кинотеатры, которые эти фильмы прокатывают. Во Франции, например, часть денег от проката идет на производство новых картин: прокат кормит производ-ство. А у нас государство финансирует коммерческие ленты, которые и без поддержки принесут большие сборы. А если картина явно некоммерческая, то за финансирование приходится бороться. И это всегда неравный бой. У государства не должно быть «любимчиков», которых оно кормит, и изгоев, которых игнорирует. Это же не частная контора. Отношение государства к режиссерам — отдельная тема. Вспомните Звягинцева, первый фильм которого «Возвращение» получил все возможные призы, кроме «Оскара». И принес славу России. Государство не дало средств ни на производство, ни на выпуск фильма в прокат в России, ни на его продвижение за рубежом. Следующая картина Звягинцева, «Изгнание», была опять сделана без государственной поддержки продюсером Дмитрием Лесневским. Фильм получил признание на кинофестивале в Канне. Ни один чиновник Министерства культуры не поздравил режиссера, продюсера или актера Константина Лавроненко, удостоенного престижнейшей награды — приза за главную мужскую роль. «Изгнание» тоже трудно было выпустить, так как Министерство культуры не нашло возможность поддержать картину в прокате. Некоторые кинотеатры бойкотировали фильм, например, с трудом удалось получить один утренний сеанс в кинотеатре «35 мм», тогда как экран кинотеатра был заполнен второсортными фильмами. Но что творится в отечественных кинотеатрах и какая система отношений работает в этой сфере — это отдельный вопрос. Представить, что кинотеатры во Франции откажутся брать французский фильм, получивший приз на крупном международном фестивале, просто невозможно.

«Изгнание», режиссер Андрей Звягинцев
«Изгнание», режиссер Андрей Звягинцев

Е.Паисова. Видимо, дело не только в политике. Многое ведь зависит и от публики.

Р.Фомина. Конечно, наша публика уже отвыкла смотреть и воспринимать хорошее кино. Люди не хотят сопереживать, чувствовать, размышлять. Даже последнее прибежище современного отечественного киноискусства — программа «Закрытый показ» на Первом канале, которая существует благодаря киноману Константину Эрнсту, принимает уродливые формы — в угоду массовому необразованному зрителю. Меня поражает, как проходит обсуждение представляемых фильмов. Ведущий программы Александр Гордон приглашает необразованных в области культуры и кино людей, которые, не стесняясь, оскорбляют режиссеров и других создателей картины, критикуют их работу с позиции обывателей, не стыдясь своего невежества.

Особенно груб и жесток ведущий бывает с самыми талантливыми режиссерами и достаточно мягок, когда показывает средние по качеству и мастерству фильмы. И это единственная программа, где можно хотя бы попытаться объяснить зрителям, в чем достоинства этих так называемых «трудных» фильмов. Особенно сейчас, когда уничтожен Музей кино, воспитавший за многие годы настоящих киноманов и людей, которые понимают значение кино не только как развлечения для малограмотных и не желающих думать зрителей.

Е.Паисова. Но сейчас многие говорят о том, что и европейский артхаус превратился в модный бренд, несколько обезличился. Та же тенденция наблюдается и в российском артхаусе.

«Шультес», режиссер Бакур Бакурадзе
«Шультес», режиссер Бакур Бакурадзе

Р.Фомина. Я не согласна. Есть плохое и хорошее кино. Артхаус предполагает фильмы, сделанные талантливыми режиссерами. Это прежде всего — режиссерское высказывание. Его личное, авторское видение мира. Повсюду сейчас независимые режиссеры снимают простые истории о простых людях. Это кино понятно и близко каждому человеку в любой стране. В нем показаны живые люди, их жизнь, чувства, судьбы, а не фантастические другие миры, космос, инопланетяне. Европейский зритель к такому кино привык, он умеет сочувствовать героям и воспринимать такое кино. Да и не только европейский. Посмотрите, какой успех у скромного фильма Клинта Иствуда «Гран Торино» в Америке. Или «Натюрморт» Цзя Чжанкэ: во Франции его посмотрели 300 000 зрителей, а в России — 5000.

Е.Паисова. А как относятся сами режиссеры к тому, что происходит?

Р.Фомина. Видя, что зрители инертны, что никому не интересна их работа, что поддержки от государства ждать бесполезно, некоторые талантливые люди уходят из профессии, начинают заниматься чем-то другим. Например, Марина Цурцумия, замечательный режиссер, которая сняла фильм «Только смерть приходит обязательно», ушла в ресторанный бизнес.

Может, я идеализирую, может, жизнь и должна быть такой жесткой, и выживать должны сильнейшие. Но я не уверена, что это так. В европейских странах, несмотря на все трудности с поиском средств, есть поддержка — существуют различные фонды, которые спонсируют производство картин. У нас же существует только Министерство культуры.

«Кремень», режиссер Алексей Мизгирев
«Кремень», режиссер Алексей Мизгирев

Е.Паисова. Можно ли все же говорить о каких-то прорывах в нашем артхаусе? Ведь появляются молодые режиссеры, заслуживающие внимания?

Р.Фомина. Честно говоря, не представляю, что может сделать в кино сегодня режиссер, выпускник ВГИКа, когда у него за время учебы нет возможности снять ни одного кадра — не то что фильма — на кинопленке. Посмотрите, какие работы снимали во ВГИКе как курсовые и дипломные Элем Климов, Александр Сокуров, Андрей Тарковский...

Конечно, приходят молодые одаренные режиссеры с интересными, свежими идеями. Это образованные люди с сильным характером, готовые бороться и рисковать. Люди с богатым жизненным опытом. Им удалось проявить себя и доказать, что они способны делать хорошее кино. Хочу назвать прежде всего Бакура Бакурадзе, Алексея Мизгирева, Игоря Волошина, Георгия Ова-швили. Они не боятся исследовать жизнь, поднимать волнующие темы. Но пробиваться им очень трудно, и я не знаю, что их ждет в будущем.

Е.Паисова. Многие говорят о кризисе драматургии, отсутствии новых тем и сюжетов. С чем это связано?

Р.Фомина. Главным образом, с кризисом в самой жизни, в умах людей. Они потеряны, они не понимают, что происходит, куда идти и что делать. Мораль уничтожена, ценности отринуты, человеческие отношения разрушаются, нет взаимопонимания. Люди не отвечают за свои слова и поступки, воруют, лгут, предают. И, самое страшное, считают, что это нормально, даже бравируют этим. Раньше это скрывали, а теперь никто не видит в этом ничего зазорного, наоборот, все выставляется напоказ. Сегодня все хотят красиво жить. Никому нет дела до того, что творится вокруг. Неудивительно, что это отражается на кинематографе. И на том, как его воспринимают.

Вот, скажем, Михаил Калатозишвили снял «Дикое поле» — философскую картину о том, что у некоторых людей есть совесть, что они способны искренне любить ближних, жертвовать собой ради других. В обществе его героя сочли за идиота — именно так о нем говорили на обсуждении картины в программе «Закрытый показ». Умные — это те, кто умеет красиво и богато жить. Зрители не хотят видеть на экране реальную жизнь. Да и мало кто осмеливается показать им это, поднять по-настоящему важные темы. Все боятся быть осмеянными. Это касается и режиссеров, и сценаристов. Алексей Балабанов нащупывает какие-то темы, потому что он очень остро чувствует, что происходит в современном обществе. Но у людей это вызывает отторжение.

Е.Паисова. Какой выход вы видите?

Р.Фомина. Прежде всего, необходим механизм, регулирующий кинопроизводство, и заниматься разработкой такого механизма должно государство. Нужна четкая, построенная на прозрачных принципах система, разумная политика в сфере кино. Должны появиться люди, которые всерьез займутся этим. Без помощи государства кинопроизводство не может развиваться.

Если наше кино не интересно нам самим, то почему им заинтересуются в других странах? Зачем иностранные дистрибьюторы станут покупать наши фильмы?

В целом удручающее положение российского кинематографа говорит об уровне культуры страны, о состоянии здоровья нации. Ведь от того, насколько развито искусство, зависит и уровень развития общества. Когда я только начинала работать, не было ни налаженной системы проката, ни кинотеатров. Со временем все это появилось и развилось, но обрело искаженные формы, и мы видим пугающие последствия такого развития. Пока рано говорить о каких-то реальных изменениях к лучшему. Положительная динамика возможна только при условии, что государство всерьез займется разработкой четкой и грамотной политики в отношении кинематографа.

Наконец-то свободен

Блоги

Наконец-то свободен

Дмитрий Десятерик

В российских кинотеатрах начался прокат «Джанго освобожденного», в связи с чем Нина Цыркун изучила жанр и политический подтекст этой картины. Дмитрий Десятирик исследует родословную главного героя.

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

№3/4

Проект «Трамп». Портрет художника в старости

Борис Локшин

"Художник — чувствилище своей страны, своего класса, ухо, око и сердце его: он — голос своей эпохи". Максим Горький

Новости

Умер Харрис Савидес

12.10.2012

В возрасте 55 лет ушел из жизни замечательный оператор Харрис Савидес, сообщает mubi.com. Савидес работал с такими режиссерами, как Гас Ван Сент, Джеймс Грей, Дэвид Финчер, Вуди Аллен, Джонатан Глейзер, Ной Баумбах, Ридли Скотт, София Коппола, и другими.