Иэн ТуасонКогда ты ограничен в возможностях, ты должен быть креативным

Ксения Ильина. Вы помните момент, когда вы поняли, что ваша страшная идея станет фильмом?

Иэн Туасон. Это случилось, когда я слушал крипипасту про спуск в кроличью нору. Два парня искали скрытые послания в песне. И мне было страшно просто даже слушать это. Так что я начал писать сценарий радиопостановки о двух подкастерах. Это должна была стать моя found footage версия тру крайм подкаста. 

Потом, когда мои родители заболели[речь идет о периоде пандемии — прим. ИК.] и я ухаживал за ними, я посмотрел на маму и подумал, как страшно было бы, если бы она была одержима злым духом. И в тот момент я стал думать о том, что было бы, если бы подкастерка Иви[главная героиня фильма — прим. ИК.] записывала подкаст. Это было становлением этой идеи. Я написал радиопостановку примерно в 2019 году. А в сценарий фильма я переработал написанное пару лет спустя.

Ксения Ильина. Я знаю, что вы снимали фильм в доме, в котором вы выросли. Почему? Много ли изменений в доме вы сделали для съемок?

Иэн Туасон. Я решил снимать в своем доме, потому что я сам финансировал фильм, и это было все, что я мог себе позволить. Мерседес Койл, наша талантливая продакшен-дизайнерка, переделала дом в «тот самый дом», который вы видите в фильме. Например, Мерседес поклеила обои. Обычно в моем доме пустые белые стены. У меня много фотографий семьи, висят картины… А Мерседес сделала все так, чтобы дом выглядел как дом пожилой, очень религиозной женщины. И там жутко находиться такому человеку, как Иви, которая пытается вырваться из оков религии, в которой она выросла. 

Я помню одну историю. Во время работы над декорациями у Мерседес были ключи от дома, и однажды утром я проснулся, спустился вниз и увидел эти обои. Я развернулся и снова пошел наверх. Мне захотелось выпить в тот момент (смеется). Могу точно сказать, что мне было жутко от увиденного.

Ксения Ильина. Не было ли вам некомфортно пересматривать фильм? Не давили ли воспоминания?

Иэн Туасон. Когда ты находишься в ситуации, в которой вынужден ухаживать за своими больными родителями столь долгое время, ты проходишь через столь темный период, что все, что случается после, уже не может быть таким страшным. Все что происходит после это… просто вымысел. Я все еще живу в этом доме. И все что я вижу, когда оглядываюсь по сторонам — это новые воспоминания. Воспоминания, в которых есть друзья, с которыми я делал этот фильм. Я оглядываюсь по сторонам и в каком-то смысле благодарю этот дом.

Ксения Ильина. Как вы познакомились с Ниной Кари и в какой момент поняли, что она именно тот человек, который должен сыграть главную героиню?

Иэн Туасон. Нину порекомендовал мой продюсер Коуди Кэлахан. У меня был zoom-звонок с Ниной. Прямо в процессе разговора, который длился около часа, я понял, что она та самая. Она очень интересовалась мотивами, которыми движима Иви, ее бэкграундом. Чем дольше мы разговаривали, тем больше я понимал, что Нина осознает, через что Иви проходит. Нина родом из Сербии, я предполагаю, что она выросла в христианской вере. Может быть не в такой строгой, но она точно может понять чувство вины перед родителями. Религиозные родители могут быть очень строгими. И когда ты не подчиняешься им, ты испытываешь чувство вины, и эта вина может преследовать тебя очень долго. Особенно когда ты видишь свою мать на смертном одре, как это было со мной. Ты начинаешь чувствовать сожаление, которое тебя съедает. Это сложный комок чувств из вины, сожаления и других ощущений. Иви пытается подавить эти чувства через отрицание, и очевидно, к чему это может привести. У Иви были проблемы с алкоголем, потому что с помощью него она пыталась все это заглушить. Когда ты долгое время подавляешь свои эмоции, в какой-то момент происходит взрыв.

Ксения Ильина. Как вы работали с Ниной, как готовили ее к роли?

Иэн Туасон. Мы много разговаривали о том, что движет Иви. Почему она скептик? Мы говорили о ее мотивациях в каждой сцене. В большинстве случаев двигатель ее мотивов — это вина. У самой Нины близкие отношения с мамой, так что это тоже помогло. Я тоже «мамин сын», и мне было очень сложно видеть все то, что происходило с моей собственной мамой.

Нина также сама писательница, она умеет смотреть внутрь себя и искать своих внутренних демонов, разбираться в них. И ей удалось воплотить на экране то, что я пережил. Она великолепная актриса.

Ксения Ильина. Когда я думаю про ваш фильм, я думаю в первую очередь про звук. В России ваш фильм будет частично показываться в оригинальной версии с русскими субтитрами, но также фильм будет демонстрироваться в русском дубляже. Что вы думаете об этом?

Иэн Туасон. Он будет продублирован? Воу, я не знал об этом! Для меня главное, чтобы скрытые послания были услышаны. Они будут услышаны?

Ксения Ильина. Я надеюсь на это!

Иэн Туасон. Я в восторге от идеи дубляжа моего фильма. Я тоже проходил этот процесс, и я понимаю, как экстремально сложно продублировать мой фильм на другой язык. Это искусство внутри искусства. Вы становитесь сокомпозиторами.

Ксения Ильина. Для вас вообще было важно найти баланс между аудио и визуальной частями?

Иэн Туасон. Очень важно. Большую часть фильма вы можете воспринимать слушая. Для меня было важно понять, что конкретно мы показываем, когда Иви слушает аудиофайлы. Я покопался в моих «запасах с идеями». Я смотрю много фильмов и делаю пометки о приемах, которые мне нравятся. Так что я прошелся по своему списку и выбрал то, что я могу потенциально использовать. Каждый кадр должен был нести определенный смысл. Я не знаю, насколько мне удалось это сделать. Может быть, у меня было бы больше свободы и возможностей, если бы я снимал в другой локации. Но когда ты ограничен в возможностях и пространстве, ты должен быть более креативным.

Ксения Ильина. Назовите первые три фильма из списка с «запасом идей», которые приходят вам в голову.

Иэн Туасон. «Бабадук» Дженнифер Кент, «Перебежчик» Питера Медака и «2001 год: Космическая одиссея» Стэнли Кубрика.

Ксения Ильина. А знаете ли вы что-то о современных российских хоррорах?

Иэн Туасон. Я смотрел только «Броненосец “Потемкин”» (смеется). Может, вы назовете парочку, и вдруг окажется, что я что-то видел?

Ксения Ильина. Мне очень нравятся фильмы якутских режиссеров, например. Они делают крутые хорроры с минимальным бюджетом. Пусть будет «Иччи» Костаса Марсаана.

Иэн Туасон. Я слышал о нем!

Ксения Ильина. Или «Черный снег» Степана Бурнашева.

Иэн Туасон. Я записываю себе прямо сейчас. Мне нравятся названия. Я знаю крипипасту про русский эксперимент со сном[городская легенда об эксперименте, проведенном на заключенных ГУЛАГа. Участникам эксперимента не давали спать 15 суток — прим. ИК.]. Это крипипаста, которая существовала до крипипасты. Я думаю, что это величайшая загадка. Очень крутая история (смеется).