«Кинотавр-2021». Дебюты ковидной эпохи. 1920-е: новости из советской древности

Прекрасный ангел, вечный ковбой: Гэри Куперу — 120 лет

Гэри Купер

7 мая исполняется 120 лет со дня рождения чуть ли не самой яркой звезды классического Голливуда — Гэри Купера. Человек, еще при жизни ставший легендой и памятником самому себе, Купер построил грандиозную карьеру и подарил миру целую галерею «идеальных американских типажей» — на экране он был честен, справедлив, морален и порядочен. Специально для «Искусства кино» кинокритик и директор по специальным проектам кинотеатра «Пионер» Егор Сенников рассказывает о жизни великого актера.

* * *

«Тихий, сильный тип; таким был настоящий американец. Он не копался в своих чувствах, а просто делал то, что должен был», — так говорил мафиози Тони Сопрано на приеме у своего психотерапевта. Ему нравилось представлять себя Гэри Купером — человеком, от одного взгляда которого исходила сила и уверенность в себе, но при этом Тони осознавал свое несоответствие этому образу. Гэри Купер, одна из главных звезд классического Голливуда, молчаливый ковбой, отважный герой, который с неизменным выражением лица кочевал из одного фильма в другой, — всего за свою карьеру он снялся почти в сотне картин. Для целого поколения американцев он стал символом «американскости» — спокойной уверенности в себе и наглости. Но каким был его путь и что скрывалось за маской постоянного спокойствия?


До кино: от лошади до автомобиля, от Британии до Голливуда

Удивительно, но один из самых типичных американских героев был англичанином по происхождению. Фрэнк Джеймс Купер (псевдоним Гэри появится сильно позже) родился 7 мая 1901 года в Хелене, столице штата Монтана. Его родители были эмигрантами из Англии, но познакомились и поженились они уже в Америке. 

Отец — Чарльз Генри Купер — был из большой семьи британского фермера и предпринимателя, поставлявшего молочные продукты в Лондон. В 20 лет он совершил лихой вираж и эмигрировал в США, где начал стремительно реализовывать свою американскую мечту. 

Монтана в те времена была самым подходящим местом для людей, мечтающих добиться всего и сразу, — в штате жило немногим более 100 тысяч человек (впрочем, здесь и сейчас немноголюдно — всего около миллиона жителей), но край был богат медью — здесь были огромные ее запасы. Полноценный контроль США установили в Монтане лишь после 1876 года, по итогам Великой войны сиу — сражения между индейцами и американцами, верх в котором не без труда и потерь взяли американцы, победив вождя Сидящего Быка в битве при Литл-Бигхорн. Так что, если бы не это сражение, может быть, и не было бы никакого Гэри Купера — его родителям вряд ли захотелось бы переезжать в дикий край, охваченный войной.

Отучившись на юриста, отец Купера довольно быстро оказался участником местной политической жизни, став секретарем губернатора Монтаны полковника Сандерса. Позже, сдав экзамен на адвоката и поработав в нескольких юридических конторах, Чарльз был избран в Верховный суд штата Монтана в 1918 году. Он ушел в отставку в 1924 году — переехал в Калифорнию и занялся управлением имениями своего двоюродного брата.

Детство Гэри Купера было практически безбедным. Когда Гэри исполнилось пять лет, отец купил большое ранчо (больше 200 гектаров земли) под Хеленой — и Гэри вместе со своим старшим братом Артуром увлеченно играли там, носились по холмам, искали золото (и верили, что найдут его), учились ездить на лошадях и становились заправскими фермерскими мальчишками. В ноябре 1935 года Купер вспоминал об этом времени в поэтичном эссе для издания St. Nicholas, The Magazine of Youth:

«Первый урок верховой езды я получил, когда мне было четыре года. Моим учителем был Рой Смит, типичный житель равнин. Это был высокий, угловатый, молчаливый мужчина с длинными волосами, как у Буффало Билла. Никто не знал, откуда он взялся, а когда однажды он исчез, никто не знал, куда он направился, — и никто так и не узнал. Мы были большими друзьями. Мы вместе катались на ранчо. А однажды он и я отвезли вагон скота в Сент-Пол. Ночевать в вагоне для скота и просыпаться утром от шума большого города — это было приключение. Я вернулся домой с чувством, что наконец стал мужчиной».

Впрочем, мать беспокоилась о будущем сыновей и хотела, чтобы они умели не только объезжать лошадей и перегонять скот. Когда однажды Гэри пришел домой к ужину и вслух произнес матерное слово, почерпнутое у погонщиков скота, мать поняла, что пришло время заняться сыном всерьез. В 1909 году Гэри вместе с братом отправили в Англию. На земле своих предков он провел три года; братья учились в Dunstable Grammar School в Данстэбле, а жили мальчики у родственников отца. В школе Куперы изучали латынь и французский, историю Англии. Но больше всего будущую звезду вестернов интересовало искусство — он им увлекся еще в США и даже всерьез подумывал о том, чтобы стать художником. Вообще же в Англии Куперу не понравилось — ему не нравилась жесткая дисциплина английских школ, классовая система казалась чем-то неестественным, а строгая униформа — неудобной. Он с радостью вернулся в родную Монтану в 1912 году. 

В 1917 году старший брат Артур записался добровольцем в армию США и отправился на Первую мировую. Отец был очень занят работой и мало времени проводил дома. Словом, заботы о ферме легли на плечи Фрэнка (будущего Гэри) и его матери. Купер здорово вымахал, начал одеваться как настоящий житель Монтаны (сохраняя, впрочем, стиль, вкус и стремление одеваться в качественную одежду). Он вылетел из школы (говорят, что за проблемы с поведением и успеваемостью) и кое-как доучился в сельской — чтобы иметь право поступить в колледж. Туда он поступил, но времени больше уделял искусству — своим скетчам и зарисовкам. 

Именно в это время с Купером произошла трагедия, оказавшая огромное влияние на всю его жизнь. В колледже у Купера был товарищ, переболевший в детстве полиомиелитом и поэтому с большим трудом ходивший. Специально для него отец передал Ford T, чтобы сын мог водить машину. Они часто ездили вместе с Купером по окрестностям Монтаны — во время одной из этих поездок у приятеля вышел из строя ручной тормоз — как раз в тот момент, когда машина была на вершине холма. Машина на бешеной скорости понеслась под горку, затем перевернулась. Друзья выжили, но сильно пострадали — у Купера была сломана нога в нескольких местах и на полноценное восстановление ушло два года. 

В это время Купер жил на ферме, много рисовал и постоянно катался на лошадях — это причиняло ему меньше боли, чем ходьба, но последствия оказались сомнительным: доктора обнаружили, что из-за постоянной езды верхом после аварии Купер заработал себе смещение таза. Необычная походка и постоянные боли остались с Купером на всю жизнь.

Впереди было несколько лет поисков. Купер занимался разведением и перегоном скота (то есть действительно был ковбоем), учился живописи в сельскохозяйственном колледже, затем поступил в колледж в Айове, где продолжил изучать искусство (тогда же он заинтересовался и театром, но в драматический кружок колледжа его не приняли — зато годы спустя он стал его почетным членом). Параллельно Купер подрабатывал в качестве водителя автобуса и гида в национальном парке Йеллоустоун. 

После окончания колледжа Купер планировал отправиться на Восточное побережье США и строить карьеру в рекламе (его брат уже работал в одном из банков). Но передумал: скорее всего, его убедили неудачи — он не смог найти работы в рекламном бизнесе как карикатурист и художник. Поэтому в 1924 году, когда родители Купера переехали в Лос-Анджелес и предложили сыну присоединиться к ним, тот недолго колебался.

Спустя годы Купер создал миф о невероятной бедности, в которой он жил в первые свои месяцы в Голливуде; он даже рассказывал, что потратил свой последний цент прямо перед тем, как получить свою первую роль. Это, конечно, была игра на публику: Купер жил с родителями и скорее страдал от переедания, нежели от голода: мать давала сыну «не менее дюжины яиц в день, пару буханок хлеба, тарелку бекона и еще свиных отбивных между приемами пищи, чтобы продержаться», пока сын не возвращался домой к ужину. 

Судьба благоволила Куперу: в один из вечеров, когда он прогуливался по улицам Лос-Анджелеса, погруженный в размышления о том, что делать дальше, к нему подошли два ковбоя (тоже сыновья юристов), которые были знакомы с ним еще по Монтане. Они сказали, что с легкостью зарабатывают по $10 в день, просто падая с лошади, — на съемках постоянно были нужны каскадеры. Купер подумал, что терять ему нечего, — и пошел с ковбоями на кастинг массовки к фильму «Исчезающий американец» с Ричардом Диксом в главной роли.

Афиша фильма «Победа Барбары Ворт», 1926

Ковбойская слава и фабрика звезд: Куп делает первые шаги

Голливуд — пространство неправды и удивительных фантазий; любая биография большой голливудской звезды всегда будет пестреть неточностями, выдумками и сомнительными историями. Над имиджем актеров работали настоящие мастера, да и сами актеры всегда старались придумать о себе что-нибудь этакое. Купер играл по правилам — и уже первый фильм, в котором он снялся, остается загадкой.

Сам он говорил, что в итоге его взяли в качества актера массовки в «Исчезающего американца» — и что якобы он обошел 200 других ковбоев, а знаменитый каскадер и актер Слим Талбот уступил ему роль, восхитившись талантом молодого наездника. Стоит ли в это верить? Вряд ли. Действительно ли Купер сыграл в этом фильме? Может, да, а может, и нет. Да и так ли это важно. Примечательно другое — именно прославленный Слим Талбот на долгие годы стал дублером Купера во многих его картинах. Они по-настоящему дружили — примерно как Рик Далтон и Клифф Бут.

После своего первого фильма (на протяжении многих лет воспоминания Купера о нем постоянно менялись) Купер довольно быстро стал находить другие возможности сняться в кино — чаще всего как каскадер, но нередко и в качестве массовки. Меньше чем за год Купер сыграл во множестве картин: среди них «Грохочущее стадо» (вестерн с элементами детектива), «Месса Дикой Лошади» (вестерн о ковбое, ради денег идущем на кражу скота), «Орел» (вольная экранизация «Дубровского» с Рудольфо Валентино в главной роли), «Бен-Гур» (Купер сыграл безымянного римского стражника), «Подкова на счастье» (фантазийный вестерн — роль именно в этом фильме Купер считал своей первой), «Зачарованный холм» и целый ряд других. По совету своего агента Купер выдумывает псевдоним «Гэри» — в честь родного города агента. 

Купер довольно быстро понимает, что актером быть интереснее и прибыльнее, чем каскадером, — не так тяжело и почти никакого риска сломать себе что-нибудь (несколько раз он здорово приложился головой об камень, падая с лошади на камеру). Высокий молодой человек с весьма примечательной внешностью — голубоглазый и с удивительно красивыми ресницами — довольно быстро примелькался на съемочных площадках и стал привлекать внимание продюсеров. Мало-помалу Куперу начинают доставаться все более крупные роли — чаще всего, конечно, в вестернах. Он подписывает свой первый контракт и начинает получать по $50 в неделю.

Несмотря на эти первые, пусть робкие, но успехи, родители относились к карьере Купера со скепсисом. Отец считал все это ребячеством и надеялся, что сын перебесится и найдет нормальную работу. А Купер, напротив, считал, что нашел свое призвание — и каждое утро вставал пораньше, чтобы успеть нанести актерский макияж и выйти из дома до того, как родители увидят его в таком виде. К своим амбициям Купер относился серьезно: когда он узнал, что актер Том Микс получает $1700 в неделю, он понял, что нужно и можно стремиться к большему, чем роли статистов, падающих с лошадей. Он заплатил визажисту $10 — и тот научил его использовать косметический карандаш для создания контрастных теней и ресниц — это было важно, потому что Купер сделал себе большую фотосессию. Фотографии были разными — он представал то в образе ковбоя, то в виде притягательного красавца в костюме, то и вовсе копировал позы и выражения Рудольфо Валентино. 

Эти вложения окупились — в 1926 году Купер сыграл свою первую заметную роль в картине «Победа Барбары Ворт» режиссера Генри Кинга, уже сделавшего себе имя на «мужских картинах». Это был вестерн, наполненный историями об удивительном спасении и трагических событиях, разрушающих привычный уклад; главным из них было огромное наводнение на реке Колорадо, превращающее мертвую пустыню в цветущий рай. Съемки проводились в пустыне в Неваде, работать было непросто: Купер вспоминал потом, что перед одним эпизодом продюсер Голдвин почти час ходил с ним по площадке и готовил к съемке, а затем сказал, что Купер, зайдя в кадр, должен упасть плашмя, прямо на лицо — и не бояться этого делать, даже если он себе все переломает. Купер так и сделал — продюсер был в восторге. Купер тоже был доволен: все-таки впервые крупная роль, пусть и не первого плана. Знакомство с Генри Кингом (оба — и Купер, и Кинг — впоследствии говорили, что оно было абсолютно случайным) сыграло важную роль в карьере Купера.

В те же месяцы произошло еще одно судьбоносное знакомство для Купера — он начал встречаться с Кларой Боу. Ее карьера еще была на пути к своему пику, но Боу была уже известна, понемногу превращаясь в один из секс-символов немого кино. Клара была на несколько лет моложе Гэри Купера, но опыта в индустрии кино у нее было гораздо больше, не говоря о популярности — зрителей привлекала ее живость, яркая сексуальность и вспыльчивость (неудивительно, впрочем, что ее карьера в конце концов потерпела крах из-за постоянных слухов о ее моральной распущенности — молва приписывала ей участие в оргиях, однополых отношениях и чуть ли не зоофилии). 

Клара взяла шефство над молодым ковбоем и начала протаскивать его в те картины, в которых снималась сама. Гэри не стал продлевать контракт с Голдвином и ушел в студию Paramount — там ему платили $175 в неделю. Купер сыграл небольшую роль в романтической комедии «Это» («It», 1927 год — фильм принес славу Кларе Боу и породил термин it-girl, первой из которых стала сама Клара). В том же году Купер вместе с Боу играет в фильме «Крылья» — эпической картине о Первой мировой и летчиках, влюбленных в одну и ту же красавицу (ее, конечно, играла Боу). Фильм стал первым в истории лауреатом премии «Оскар», учрежденной как раз в те же годы. Довелось паре сыграть и в картине «Ребенок развода» — романтической трагикомедии об истории отношений двух девушек и молодого человека (Гэри Купера), которые, безусловно, приводят к трагическому финалу.

Конечно, Купер играл не только в романтических комедиях — ему лучше всего удавались вестерны и боевики. Он сыграл в «Судном дне» и «Последнем преступнике», добившись большого успеха. В этих картинах Купер зачастую представал застенчивым красавцем, стесняющимся своей привлекательности, — в жизни, конечно, он был совсем другим; на протяжении всей последующей карьеры его постоянно будут преследовать различные сексуальные скандалы. Но молодой Купер репрезентировал чистоту и скромность, многие тогда называли его «тихим ангелом».

Роли в этих и в ряде других картин убедительно доказали всему Голливуду, что Купер достоин того, чтобы сыграть главную роль. Он был прекрасен — молчалив и серьезен, он обладал харизмой и мужеством. Кроме того, он умел играть — ему не очень здорово удавались драматические переигрывания, столь характерные для немых картин того периода, но ему было достаточно одного движения брови, одного прищура глаз, чтобы показать целую палитру эмоций. Эпоха немого кино подходила к концу, и Купер как актер, который мог удивительно выразительно молчать, чувствовал, что в новой эпохе он не затеряется.

Отношения с Кларой Боу подошли к концу (сама Клара затем сделает своим любовником немолодого венгра Белу Лугоши, чей час славы пробьет в 1931 году, когда он сыграет Дракулу). Купер двинулся дальше. Студия Paramount соединила его с молодой актрисой Фэй Рэй — восходящей звездой студии, которая, впрочем, наибольшего успеха добилась уже в 1930-е, уйдя в RKO — она сыграла главную женскую роль в «Кинг-Конге». Студия продвигала Купера и Рэй как блестящую пару, распускала слухи об их отношениях и всячески подогревала интерес публики; вместе они сыграли в «Легионе приговоренных» (очередная трагическая история о летчиках-героях на фронтах Первой мировой) и «Первом поцелуе».

Настоящий прорыв случился в 1929 году, когда Купер сыграл главную роль в «Виргинце» Виктора Флеминга (именно он чуть позже снимет «Унесенных ветром») — первом звуковом фильме в карьере Купера. Это история ковбоя, известного только по кличке Вирджинец. Он никому не дает спуску: когда в салуне бандит задирает и обзывает его, Купер достает пистолет и произносит одну из своих самых знаменитых фраз: «Если ты хочешь разговаривать со мной вот так, то ты должен улыбаться». Купер блестяще играл хмурого и молчаливого, но честного и уверенного в себе человека, сохраняющего спокойствие и перед лицом опасности, и стоя перед священником в церкви на собственной свадьбе.

Во время съемок Купер так рассказывал о своей работе прессе:

«Играть в вестернах — это как отпуск. Я выполняю упражнения, на которые у меня в обычной ситуации нет времени. Я катаюсь верхом и ношу удобную одежду. Я думаю, что у вестернов великое будущее. Я был без ума от них, когда был ребенком». 

Красивые слова, но только правды в них мало — известно, что Купер практически не видел фильмов до 1924 года, когда задумался о карьере артиста. Но прессе и публике нравилось. 

Одна из тогдашних партнерш Купера так вспоминала о нем:

«Купер обладал замечательной, мальчишеской притягательностью, именно поэтому он нравился как мужчинам, так и женщинам. В нем не было никаких претензий; он все время был совершенно естественным, и это было видно на экране. Он обладал качествами, которые можно найти у ковбоя, проводящего жизнь на природе».

«Виргинец» стал настоящим успехом, получившим любовь и публики, и критиков. Это был вестерн по всем правилам — с четким моральным кодексом, с честью, с отвагой и свойственным жанру романтизмом. Молчаливость Гэри Купера сразу же стала восприниматься всеми как его характерная черта. Начался новый этап — взлет на вершину голливудской славы.

«Марокко», 1930

Вверх, вверх, вверх

В следующие пять лет Гэри Купер сыграет в 20 с лишним картинах. Уже в конце 1920-х годов он получает больше $2000 в неделю — и его гонорар только растет. За один только 1930 год Paramount ставит шесть фильмов с Купером в главной роли: «Семидневный отпуск» (военная драма о канадском солдате на Первой мировой), «Только храбрые» (фильм о Гражданской войне в США и об офицере, которого предает возлюбленная), «Техасец» (вестерн Джона Кромвелла о бандите-ковбое, бегущем от закона), Paramount on Parade (фильм-ревю, в котором Paramount собрала всех своих звезд), «Человек из Вайоминга» (романтическая военная трагикомедия о Первой мировой) и «Спойлеры» (вестерн об одиноком ковбое, который ввязывается в схватку с коррумпированными чиновниками).

Жизнь бьет ключом — молва приписывает Куперу романы не только со всеми его партнершами по картинам, но романтические связи с эксцентричным миллионером Говардом Хьюзом и актером Андерсоном Лоулером. Сам же Купер больше всего в ту пору был увлечен своими отношениями с актрисой Лупе Велес — яркой и сексуальной мексиканкой. Они вместе играли в вестерне «Волчья песня» в 1929 году (фильм примечателен, помимо всего прочего, сценой, в которой полностью обнаженный Купер чистит зубы и умывает лицо в реке) и быстро сошлись. 

Гэри даже подумывал жениться на Велес, но его мать была против — слава о разнузданности Велес превосходила даже приключения Клары Боу. Рассказывали, что на своих домашних вечеринках она устраивала чуть ли не показы порнографии и заставляла мужчин сражаться за себя (кстати, позднее Велес сетовала, что у Купера был самой большой пенис в Голливуде — по крайней мере, из тех, что ей встречались, — но ему не хватало сноровки, чтобы им правильно пользоваться). Их роман был бурным — особенно по той причине, что Велес была страшно ревнива, — но скоротечным: на съемках «Марокко» Джозефа фон Штернберга Купер закрутил роман с Марлен Дитрих, дебютировавшей этой картиной в Голливуде.

Купер жил бурной и яркой жизнью. Он приходил на вечеринки к Рэндольфу Хёрсту и Мэрион Дэвис, нарядившись в костюм Фу Манчу. Он много путешествовал, охотился, посещал самые разнообразные светские мероприятия, покупал картины любимых художников — от Джорджии О’Кифф до Поля Гогена. Со временем ему даже стали посвящать песни — в великом хите Ирвинга Берлина Puttin’ On the Ritz ему персонально посвящена строчка (добавленная, правда, уже в конце 1940-х, когда его статус живой легенды никем не подвергался сомнению):

Dressed up like a million dollar trouper
Trying hard to look like Gary Cooper
Super-duper.

Но, конечно, Купер прежде всего блистал не на страницах светской хроники, а на экранах. В уже упомянутом «Марокко» Купер играл замкнутого и сурового офицера Иностранного легиона, начинающего отношения со звездой варьете (Дитрих). Герой Купера загадочен — мы знаем о нем наверняка только одно: он американец. Но что привело его в Иностранный легион, из-за чего он так молчалив и строг — об этом нам остается лишь догадываться, вглядываясь в лицо актера.

Съемки были не из простых: Штернберг больше всего уделял внимания своей звезде — Дитрих — выстраивая свет специально под нее и заботясь лишь о ее капризах и пожеланиях, мало внимания обращая на то, что происходит с другими актерами. В какой-то момент он даже начал раздавать команды на площадке на немецком языке, что возмутило Купера — он подошел к режиссеру и сказал, что если тот желает работать в Америке, то ему лучше говорить по-английски. Сам Штернберг, впрочем, в своих мемуарах вспоминал съемки по-другому, а про Купера отдельно писал, что тот был одним из самых приятных и вежливых актеров, что встречались ему на площадке. Ситуацию в целом не упрощало и постоянное присутствие Лупе Велес: она настояла на этом, опасаясь, что Купер ее бросит и уйдет к Марлен Дитрих. Впрочем, эти неурядицы — выдуманные или реальные — не сказались на успехе картины: она получилась блестящей. Критик из New York Herald Tribune писал: 

«Популярный Гэри Купер никогда не был таким эффективным и, конечно же, таким искусным актером, как здесь, в роли героя».

«Марокко» проложил путь Дитрих к мировой славе, но, кроме того, укрепил популярность Гэри Купера — как «сильного, молчаливого типа, который делает то, что должен». Образ Гэри Купера сложился — за его молчанием, короткими ответами («Ага», «Хм», «Нет») скрывалась некое знание о мире вокруг нас, которое было настолько самодостаточным, что не нуждалось в никаком внешнем подтверждении. Купер выглядел так, как будто познал всю мудрость мира, но делиться ей с нами ни в коем случае не собирается.

Купер бешено работал — бывали такие дни, когда он за день участвовал в съемках двух картин. Paramount не хотела упустить возможность выжать из популярности Купера максимум. Все это привело к сильному истощению, и Купер сделал небольшой перерыв: уехал в Европу, где не только повидал своих британских родственников, но и несколько месяцев был любовником итальянской графини и жил на ее вилле в Риме. Впрочем, в Вечном городе он не засиживался — в это же время он побывал в Северной Африке и на Ближнем Востоке. 

«Прощай, оружие!», 1932

Купер возвращается в США, чтобы снова с головой погрузиться в работу. Ему было немногим больше 30 лет, женщины были без ума от его красоты, он был на пике своей физической формы. Уже в 1931 году он играет в «Городских улицах» по истории великого и ужасного Дэшила Хэммета: его герой — бедный артист из парка развлечений, который закручивает роман с дочерью гангстера. Ради спасения своей возлюбленной он встает на путь преступлений, становится лидером банды, но с легкостью порывает с криминалом и вместе с девушкой исчезает в неизвестном направлении. 

Фильмы выходят один за другим: «Его женщина», «Прощай, оружие!» (Купер играл здесь главную роль — и, вероятно, это оказалось важным для его будущей многолетней дружбы с Хэмингуэем, которому фильм не понравился, зато он был восхищен игрой Купера), «Украденные драгоценности» (еще один фильм-ревю, все деньги от сборов которого пошли на помощь артистам варьете, больным туберкулезом), «Битва караванов» (в этом вестерне Купер играет человека, не только кружащего голову француженке (Лили Дамита), но и успешно отражающего атаки индейцев и бандитов на дилижанс), «Я беру эту женщину» (вместе с Кэрол Ломбард Купер иронизирует над уже ставшим клише своим образом — здесь он играет ковбоя, который учится вести себя правильно в высшем обществе и жить светской жизнью), «Дьявол и глубина» (драма с Талулой Бэнкхед, в которой Купер играет командира подводной лодки, рушащего отношения с женой из-за своей огромной и неуемной ревности), «Алиса в стране чудес» (здесь он играл Белого рыцаря) и «Серенада трех сердец» (искрометная романтическая комедия Эрнста Любича). И это далеко не все картины, в которых в начале 1930-х снимается Купер, — фильмы с его участием безумно популярны, и продюсеры требуют сниматься еще и еще.

Интересный мемуар о Купере этих времен оставил британский фотограф Сесил Битон (с которым, кстати, у актера также были мимолетные отношения): 

«Он был совершенно очаровательным, очень красивым — со своими большими черными ресницами. Очень высокого роста, хорошего телосложения и настолько притягательный, что заставлял всех вокруг чувствовать себя уродливыми свиньями. Он был в хороших отношениях со всеми. Электрик как-то предложил ему сигару. «Они хорошие?» — спросил Купер. — «Должны быть! Три штуки стоят 25 центов». Он элегантно одевался: коричневая шляпа, подходящая к его костюму и перчаткам, очень сложные перчатки с зелеными узорами на подкладке. Он очень обаятельный ковбой. Его успех огромен. Он почти что самый популярный актер на экране, и ему платят баснословные суммы. Настоящий феномен, внезапно обретший известность, — он в деле несколько лет и уже истощен. Он хочет уйти, но не может — он не может даже потратить свои деньги, он хочет, чтобы солнце перестало светить, но этого никогда не происходит».

Купер и сам понимал, что его отношение к профессии меняется. Играя бесконечную череду ролей, он очень изматывался и начинал думать больше о деньгах, нежели о работе, — Купер открыто в этом признавался в интервью журналистке во время съемок «Прощай, оружие!». Светская жизнь тоже утомляла, и Купер искал из нее выхода — в 1933 году он женился на Веронике Балфе (друзья звали ее Роки). Она была молода (моложе Купера на 12 лет), хорошо воспитана, а ее отец был богатым банкиром с Уолл-Стрит. Ей было очень интересно с Купером — она тоже любила спорт, верховую езду и долгие прогулки на природе, так что они много времени проводили вместе. Первые десять лет брака Купер ей даже не изменял, прервав бесконечную череду романов и привязанностей. Он капризничал на съемках (в начале 1930-х Paramount «одолжила» его на один фильм в MGM, и Купер со скрипом приходил на съемки), выбивал себе все большие гонорары (которые доросли до $6000 в неделю) и действительно подумывал об уходе.

Впрочем, на отдаче и таланте Купера это не сказывалось. В 1935 году он блестяще играет в «Жизни бенгальского улана» Генри Хэтэуэя — истории, в центре которой находятся несколько отважных британских офицеров, обороняющихся против восставших индусов. Фильм стал настоящей сенсацией по обе стороны Атлантики (Гитлер и вовсе считал, что эту картину обязан посмотреть каждый член СС, чтобы увидеть, как должен себя вести представитель высшей расы), собрал в прокате $1,5 миллиона и заставил критиков писать тексты о том, что американцам удается романтизировать Британскую империю лучше, чем самим британцам. Это был настоящий гимн колониализму, воспевающий доблесть британских офицеров, — из 2021 года фильм смотрится так, как будто ему нужны пояснительные комментарии, но в 1935 году такое шло на ура.

К 1936 году Купер подошел в блестящей форме. Да, он немного постарел (журналисты заметили легкую седину на его висках), он довольно сильно устал, но он был одним из самых известных актеров мира и вошел в десятку самых высокооплачиваемых артистов Голливуда. В этот список он будет входить на протяжении 18 лет: в 1932 году он заработал $85 тысяч, в 1933 году — $133 тысячи, в 1934 году — $258 тысяч; в 1935 году — $328 тысяч и $482 тысячи в 1939 году. Его карьера со стороны смотрелась как постоянный и невероятный успех, и фанаты Купера с замиранием сердца ждали, каким же будет его новый фильм.

Афиша фильма «План на жизнь», 1933

Гэри Купер: настоящий американский герой

В первые годы своей карьеры Купер был универсальной машиной — он делал то, что ему говорили продюсеры, блестяще справлялся с задачей и переходил к следующей работе. К середине 1930-х годов он стал этим тяготиться — ему нужно было больше независимости: не только в выборе ролей, но и в разговоре с прессой. Ради этой независимости он даже пошел на небольшую судебную баталию с Paramount — он попытался вернуться к Голдвину, что возмутило Paramount и привело к иску. Дело уладилось, Купер остался, где и был, но добился большей свободы.

Чем старше и опытнее становился Купер, тем заметнее становились его достоинства драматического актера. Больше всего зрители и критики ценили в нем достоверность, умение не играть чью-то жизнь, а быть собой, врастая в своего персонажа. Купер — об этом писали многие — был не из тех актеров, которые постоянно играли, каламбурили и корчили рожи, нет. Его надо было просить сыграть, убедить — но когда он начинал играть, то подкупал своей искренностью всех.

Во второй половине 1930-х Купер сыграл много выдающихся ролей, которые закрепили его в статусе идеального американского мужчины — тихого, спокойного, верного, выполняющего свой долг без лишних возражений и не взирая на трудности. Интересно при этом, что Купер далеко не всегда играл роли положительных персонажей, но публика редко принимала его в таком качестве — они видели в нем героя, а не злодея.

Чтобы лучше описать его эволюцию во второй половине 1930-х, стоит остановиться на нескольких показательных ролях — все охватить при всем желании не получится, но можно будет понять тенденцию.

В 1936 году Купер играет главную роль в новом фильме Фрэнка Капры — социальной драме и романтической комедии «Мистер Дидс переезжает в город». С уверенностью можно говорить о том, что этот фильм (награжденный, кстати, премией «Оскар» за лучшую режиссуру) — один из тех, благодаря которым Купер снискал славу положительного героя. Его персонаж — простодушный провинциальный обыватель мистер Дидс, который становится наследником огромного богатства. Он переезжает в Нью-Йорк, чтобы уладить дела, и вынужден выпутываться из сложной ситуации: на его деньги многие хотят наложить руки. Сам же он планирует потратить их на закупку земель для нуждающихся фермеров. И добивается этого, несмотря на препоны, благодаря пламенной речи в суде (параллели с другим фильмом Капры «Мистер Смит едет в Вашингтон» неслучайны — это должен был быть сиквел «Мистера Дидса», но Купер был занят, и Капра пригласил на главную роль Джимми Стюарта).

Не стоит, впрочем, думать, что фильм был социалистической агиткой — ни Купер, ни Капра не были коммунистами и не стремились превращать свои фильмы в пропаганду компартии (конкретно Купер и вовсе был убежденным республиканцем, последовательно поддерживал республиканских кандидатов в президенты США начиная с 1920-х годов, а в 1944 году протестовал против выдвижения Франклина Рузвельта на четвертый срок); для Капры, скорее, это была сюрреальная фантазия на тему современной Америки — и Купер был не практикующим социалистом, а человеком настолько простым, что иным могло показаться, что у него не все дома. Герой Купера, при всей своей доброжелательности очень замкнутый, очень отстраненный от окружающей реальности, — он подолгу меланхолично смотрит в окно и молчит. Эффект достоверности был убедительным — казалось, что это не актер Гэри Купер, а каким-то чудом созданный выдуманный персонаж, воплотившийся в реальности. Фильм принес Куперу первую номинацию на «Оскар», но награду тогда он не получил.

Не меньший фурор произвел и фильм Льюиса Майлстоуна 1936 года «Генерал умер на рассвете» — история американского наемника О’Хары, который отправляется в Китай, чтобы разобраться с маниакальным военным правителем одного из регионов (его играл знаменитый актер российского происхождения Аким Тамиров), попутно защищая повстречавшуюся ему девушку. Конечно, он блестяще справляется с обеими задачами. 

Сценаристом картины был Клиффорд Одетс — выдающийся драматург, соратник Ли Страсберга и человек весьма левых взглядов. Во время выхода фильма он неосмотрительно дал большое интервью изданию The Daily Worker, в котором неосторожно признался, что смог «протащить» кое-что из левых идей в сценарий «Генерала». Спустя 15 лет, когда Одетса вызовут в Конгресс на допрос в Комиссию по расследованию антиамериканской деятельности, ему придется оправдываться за свое интервью — он будет ссылаться на то, что раз в фильме играл сам Гэри Купер, то в нем точно не было социальной критики. Комиссию это удовлетворило. 

В том же 1936 году Купер впервые работает с режиссером Сесилом Демиллем (впоследствии они будут работать вместе еще на трех картинах) — он играет роль Дикого Билла Хикока, прославленного покорителя Дикого Запада в фильме «Человек с равнины». Фильм Демилля имел весьма отдаленное отношение к реальной истории покорения фронтира; он воспринимался режиссером больше как притча о прошлом. Куперу же этот фильм дал шанс проявить свои лучшие качества — сталкиваясь с более яркими и жизнерадостными актерами, чем он сам, он всегда немного уходил в тень: старался создавать роль скупыми мазками, рисуя образ человека, встречающего неприятности с бесстрашием и не винящего себя во всех своих бедах. 

После нескольких коммерческих неудач, самой громкой из которых, была, наверное картина Эрнста Любича «Восьмая жена Синей Бороды», в которой Купер сыграл обольстителя-многоженца (публика в такого Купера не поверила, и фильм по блестящему сценарию Билли Уайлдера провалился в прокате), Гэри стал более тщательно подходить к выбору ролей. Он отказался от роли Ретта Батлера в «Унесенных ветром», хотя продюсер Селзник долго пытался его уговорить, — Купер был его основным вариантом. Гэри Купер не видел себя в этой роли, не считал себя достаточно элегантным и изысканным — и позднее, наблюдая за тем, как решил эту роль Кларк Гейбл, говорил, что у него бы не получилось сделать ее лучше. Хотя при этом Купер признавал, что эта роль была лучшей из предложенных ему в Голливуде. 

В том же году Купер, посоветовавшись с женой, отверг главную роль в вестерне Джона Форда «Дилижанс» — в результате ее получил Джон Уэйн, которого этот фильм и сделал звездой. А Купер вместо этого снялся в фильме Уильяма Уайлера «Человек с Запада», явив зрителю еще одного молчаливого ковбоя-героя, приезжающего в город, пронизанный злом и коррупцией, и дающего отпор врагам.

В конце 1930-х годов Купер снимается в нескольких вестернах, возвращаясь к уже устоявшемуся типажу молчаливого героя. В «Красавчике Жесте» (ремейке одноименного фильма 1926 года) Купер играет британского офицера, который присоединяется к Иностранному легиону и воюет с племенами в Сахаре; в «Настоящей славе» Гэри играл военного врача, который вместе с армией США оказывается на Филиппинах, чтобы защитить местных христиан от нападок мусульман.

К концу 1930-х Купер добился всего, о чем только можно было мечтать, — он международная звезда, самый высокооплачиваемый актер, у него родилась прекрасная дочь, а от студии он добился значительной степени свободы. Впереди у него было еще два десятилетия карьеры.

Гэри Купер дает автограф американской военнослужащей, 1943 / State Library of Queensland, Australia

Ум, честь и совесть эпохи

Еще с начала 1930-х годов, когда Гэри Купер сыграл главную роль в экранизации «Прощай, оружие!», он привлек внимание Эрнеста Хемингуэя, человека, который за 1920–1930-е годы стал такой же безусловной американской звездой, как и сам Купер. Фильм его взбесил, но Купер показался ему блестящим героем. Он видел в нем родственную душу — суперзвезду, тяготившуюся собственной славой и никогда не стремившуюся к излишней публичности. Он много раз говорил своим знакомым, что ему кажется, что он и Купер разделяют подход к ремеслу и к жизни: оба были минималистами, которые создавали образы скупыми жестами и короткими фразами. 

Начиная с 1938 года Хемингуэй просил общих знакомых представить его артисту. Купер и Хемингуэй несколько раз созванивались, но лично встретиться смогли только в 1940 году в Сан-Вэлли, Айдахо. Познакомившись, двое мужчин тут же отправились на охоту — так началась дружба, которая продлилась до самой смерти обоих. Они даже умерли с разницей в несколько месяцев — Купер в мае 1961 года, а Хемингуэй в июле.

В начале 1940-х Купер начал подходить к своим ролям по-новому. Он больше не был тем идеальным красавцем-ковбоем, он постарел, поседел, заматерел. Ему нужны были новые вызовы. После роли в «Северо-западной конной полиции» Демилля (первый цветной фильм в карьере Гэри Купера; тут он играл техасского рейнджера, преследующего преступника в Канаде во время восстания индейцев 1885 года) он сыграл сразу же в нескольких фильмах, которые показали, что он вывел свой актерский талант на новый уровень.

В начале 1940-х годов Купер воссоединился с Фрэнком Капрой. Перед тем как начать работать на армию США (за время войны Капра сделает огромное количество пропагандистских картин по заказу военных), режиссер снял трагикомедию «Знакомьтесь с Джоном Доу» — элегантную социальную драму, в которой Купер играл бродягу и бывшего спортсмена, который вдруг становится героем прессы и чьи взгляды тиражируются беспрестанно. Развязка картины, естественно, приходится на Рождество и все заканчивается хеппи-эндом. Классический Фрэнк Капра — и одна из лучших ролей Купера (собственно, режиссер признавался, что других кандидатов на эту роль у него и не было).

Сам Купер во время войны не мог воевать на передовой (не подходил по возрасту, да и здоровье его было неидеальное), но все же он старался помогать фронту. Помимо поездок в военные госпитали на Тихом океане (где Купер помогал раздавать еду солдатам, а затем заразился амебной дизентерией), он снялся в в хите Говарда Хоукса «Сержант Йорк», который стал самым кассовым фильмом 1941 года в США и завоевал популярность у многих солдат. Фильм Хоукса — это байопик, посвященный одному из самых прославленных американских солдат Первой мировой. Идея картины появилась у продюсера Джесси Ласки, сооснователя студии Paramount, — он часто вспоминал, как в 1919 году, стоя на Пятой авеню в Нью-Йорке, наблюдал приветственный парад, посвященный возвращению майора Йорка. Йорк был упрямым, но доблестным солдатом, который во время наступления 1918 года убил 25 немецких солдат и взял в плен еще больше сотни — и проделал все это в одиночку.

Ласки несколько раз обращался к Йорку еще в 1920-е и 1930-е годы, предлагая ему продать права на экранизацию собственной жизни, но Йорк, ставший к тому моменту фермером, раз за разом отказывался. Согласился он только в начале 1940-х, но выставил несколько условий: во-первых, сумма гонорара не должна была быть озвучена публично, а все деньги должны были переведены на строительство воскресной школы, которую он мечтал построить, во-вторых, в фильме не должны были сниматься курящие актрисы, а в-третьих, главную роль должен был играть только Гэри Купер.

Чтобы подготовиться к роли, Купер отправился в Теннесси — там он хотел прочувствовать Элвина Йорка и понять, как была устроена его жизнь. Набожный, хотя и почти неграмотный, убежденный пацифист, никогда не пил и не курил — в такого человека предстояло перевоплотиться Гэри Куперу. И он блестяще справился с этой задачей. Сам актер, впрочем, считал, что у него с героем было немало общего:

«У нас с сержантом Йорком было немало общих черт еще до того, как я сыграл его на экране. Мы оба выросли в горах — он в Теннесси, я в Монтане — и рано научились ездить верхом и стрелять Физически я выглядел почти так же, как он, когда стал выдающимся героем Первой мировой войны. И мне быстро удалось освоить акцент, характерный для Теннесси».

Йорк в интерпретации Купера — это наивный человек, зажатый между личной верой и долгом перед страной. Для него каждый шаг — это мучительный выбор, который необходимо сделать, чтобы двигаться дальше. В конце концов, когда он приходит внутри себя к согласию, что война — это моральное обязательство перед Богом, он разрешает внутренний конфликт и становится практически непобедимым. 

Блестящая игра Купера и режиссура Хоукса убедили всех — Купер получил свой первый «Оскар» за актерскую игру и стал еще более высокооплачиваемым актером. Незадолго до выхода фильма Купер в первый и последний раз появился на обложке журнала Time. Чего было еще желать?

Купер никогда не был актером большого драматического диапазона (он сам это прекрасно понимал и немного стеснялся этого), но в том, что он мог сыграть, он был неподражаемо хорош — и казалось, что для него нет ничего невозможного. В «Гордости янки» он сыграл бейсболиста Лу Герига, умершего за год до выхода картины, — Купер опасался браться за роль: не только потому, что не интересовался бейсболом, но и потому, что не был уверен, что сможет создать непротиворечивый образ. Зря — фильм понравился не только публике, но и вдове бейсболиста. 

С не меньшим успехом прокатился и новый фильм Хоукса «С огоньком» — веселая комедия с Барбарой Стэнвик, в которой Купер играл застенчивого ученого-лингвиста, затворника, пишущего огромную энциклопедию.

И все же из всего, сыгранного Купером во время и после Второй мировой войны, самой заметной и важной была его роль в «По ком звонит колокол» Сэма Вуда — крайне дорогостоящей экранизации романа Хемингуэя (одни права на роман обошлись студии в баснословную по тем временам сумму $150 тысяч). Никто другой, кроме Купера, не мог сыграть роль американского интернационалиста Джордана — ведь Хемингуэй писал роман, представляя именно его как своего героя (а Марию он видел похожей на Ингрид Бергман — и именно она ее и сыграла, заменив норвежскую балерину Веру Зорину).

Сын Хемингуэя Грегори так вспоминал об отношениях отца и Гэри Купера:

«Они действительно наслаждались друг другом. Это можно было понять по тому, как звучали их голоса во время разговора, и по тому, как блестели их глаза. И вокруг не было никого, на кого бы они стремились произвести впечатление, в этом вся прелесть ситуации, только их жены и дети. Оба они были великими актерами — да, мой отец тоже был одним из них, — которые сознательно или иным образом создали два самых успешных образа героев века. Между ними никогда не было соперничества».
«По ком звонит колокол», 1943

На съемках было спокойно, а после выхода фильм был отлично принят зрителями. Партнерша Купера Ингрид Бергман (с которой, по слухам, он закрутил роман во время работы) так описывала его актерскую игру: 

«Я думаю, что как актер он был очень хорош. Я помню, как однажды я стояла рядом с ним, и он начал очень тихо говорить. Я не могла разобрать, что он говорит. Я попросила его повторить то, что он сказал, и он сказал мне, что он не говорил. Он репетировал свои реплики. Это звучало так естественно, что я не могла понять, когда он играет. Вы никогда не замечали, что он работает. Он говорил тихо, никогда не пытался импровизировать, как Алек Гиннесс. Вместо этого он делал совершенно небольшие, практически незаметные жесты, о которых вы даже не подозревали, пока не осознавали, насколько он невероятно эффективен как актер».

Сразу после войны карьера Купера впервые за долгое время переживала не лучшие времена. Нечто похожее происходило и с его другом Хемингуэем — его во многом автобиографичный роман о Второй мировой «За рекой в тени деревьев», вышедший в печать в 1950 году, провалился — критики разнесли его в пух и прах. Купера тоже ждало несколько неудач — и не только актерских.

В 1947 году имя Купера гремело в американской прессе — не в связи с новой ролью или очередными любовными похождениями. Нет, дело было в другом — его вызвали в Конгресс в Комиссию по расследованию антиамериканской деятельности: причиной стала публикация бразильской (!) газеты, которая сообщала, что Купер принимал участие в стотысячном коммунистическом митинге в Филадельфии. Публикация была очевидной фальшивкой (Купер не был коммунистом, в Филадельфии не было таких крупных митингов, а число коммунистов едва-едва насчитывало пару тысяч человек), тем не менее Куперу пришлось отвечать на идиотские вопросы. Перед комиссией Купер вел себя достойно — не назвал ни одного имени, не сдал никого из коллег и товарищей:

«Комитет: За время вашего пребывания в Голливуде вы когда-нибудь наблюдали какое-либо коммунистическое влияние в Голливуде или в киноиндустрии?
Купер: Кажется, я кое-что такое замечал. 
Комитет: Как вы думаете, куда коммунисты направляют больше усилий — на пропаганду в продукцию Голливуда или в киноиндустрию в целом? 
Купер: Ну, я считаю, что, как правило, пропаганда происходили из уст в уста... 
Комитет: Пожалуйста, говорите громче, мистер Купер.
Купер: Я считаю, что это делается из уст в уста и посредством памфлетов — и писателей, я полагаю. 
Комитет: Что вы имеете в виду, мистер Купер? 
Купер: Ну, я имею в виду общественные встречи. 
Комитет: Это было вашим наблюдением? 
Купер: Да, это было моим единственным наблюдением.
Комитет: Не могли бы вы рассказать нам о некоторых заявлениях, которые вы, возможно, слышали на этих собраниях, которые, по вашему мнению, являются коммунистическими? 
Купер: Ну, я думаю, что время от времени на протяжении многих лет слышал довольно много всего. Что ж, я слышал такие заявления, как: «Вы не думаете, что Конституция Соединенных Штатов устарела примерно на 150 лет?» Я слышал, как люди упоминали, что, ну, «возможно, в США было бы более эффективное правительство, если бы не было Конгресса», — эти заявления я считаю очень неамериканскими. 
Комитет: Вы когда-нибудь наблюдали какую-либо коммунистическую информацию в каких-либо сценариях? 
Купер: Ну, я отклонил довольно много сценариев, потому что думал, что они окрашены коммунистическими идеями. 
Комитет: Вы можете назвать какой-нибудь из этих сценариев? 
Купер: Нет, я не могу припомнить ни одного из этих сценариев. 
Комитет: Вы можете нам сказать? Мистер Купер, у вас не такая плохая память, не так ли? Вы должны помнить некоторые из тех сценариев, которые вы отвергли, потому что думали, что это коммунистические сценарии.
Купер: Нет, я не могу вспомнить ни одного».

Купер в начале 1950-х вновь окажется втянут в выступления перед Конгрессом — но об этой ситуации уместно будет рассказать чуть позже.

После того как он снялся в «По ком звонит колокол», он был свободен от студийных обязательств и решил попробовать сам продюсировать свои фильмы. Идея оказалась не самой плохой — он, например, спродюсировал фильм «Along Came Jones», в которой комически обыгрывались многие стереотипы ковбойских вестернов, а сам Купер играл «поющего ковбоя». Вообще, во второй половине 1940-х он много раз пытается выйти за пределы своего амплуа, но с переменным успехом: в «Плаще и кинжале» Фрица Ланга он играл физика-интеллектуала, работающего над созданием атомной бомбы; в «Источнике» Кинга Видора (экранизация одноименного романа Айн Рэнд) он примерил на себя роль архитектора-визионера, сражающегося за свои взгляды; в «Ярком листе» Майкла Кёртиса он влюбляется в героиню Лорен Бэколл и покоряет вершины табачного бизнеса. 

И все равно самый успешный фильм этого периода — это «Непобежденный» Демилля, в котором Купер возвращается к своему основному амплуа: молчаливого героя-спасителя. В исторической драме, снятой в декорациях Америки середины XVIII века, Купер сражается с индейцами и спасает очередную красавицу (Полетт Годдар). Это был самый дорогой фильм в карьере Купера (бюджет больше $5 миллионов) и в нем выложился на 100%. Фильм стал хитом, а Купер, вероятно, убедился в очередной раз, как сложно бывает выбраться из стереотипа.

Но жизнь дала ему еще шансы попробовать себя в чем-то новом.

Гэри Купер и Джоан Фонтейн после церемонии «Оскара», 1942 / Los Angeles Times / public domain

Монумент американскому мужчине: последние годы

Один критик как-то сказал, что на лице Купера можно прочитать карту Америки. Это очень поэтическое сравнение, очень меткое — к концу своей жизни и карьеры Купер действительно, будто осознанно, примеряет на себя роль абсолютного американского идеала. Каждая морщина на его лице, каждый взгляд полны какой-то нездешней печали. Он никогда не был быстрым актером, стремительно выпаливающим свои реплики, — и с годами его медлительность, кажется, только усилилась и стала особенно заметной на фоне все убыстрявшейся эпохи. 

В послевоенные годы продюсеры, как правило, стремились эксплуатировать известность Купера, а не его талант драматического актера. Он не сыграл ни в одном из фильмов, которые сегодня считаются безусловной классикой американского кинематографа первого послевоенного периода — от «Лучших годов нашей жизни» и «Потерянного уикенда» до «Сокровищ Сьерра-Мадре» и «Этой замечательной жизни». Но в начале 1950-х Купер вновь доказал, что и в ставшем ему привычным жанре вестерна он может изумить и поразить зрителя.

«Ровно в полдень» Фреда Циннемана — наверное, самый известный фильм с Гэри Купером. К съемкам Купер подходил не в самой лучшей форме — у него были серьезные проблемы со здоровьем — в 1951 году ему удаляли грыжи, операцию он перенес не без трудностей. Во время съемок он несколько раз ложился в больницу — ему оперировали язву. Проблемы были не только со здоровьем — брак Купера находился в руинах: после романов с Бергман и Патрицией О’Нил Гэри развелся с женой. Впрочем, через несколько лет они снова стали жить вместе.

И несмотря на эти трудности, Купер блестяще сыграл роль шерифа Уилла Кейна, который прямо перед тем, как жениться (на героине Грейс Келли) и уйти на покой, узнает, что в город возвращается банда под предводительством Фрэнка Миллера — бандита, которого он посадил годы назад, но который сбежал и хочет отомстить. Несмотря на то, что все его пытаются отговорить, Кейн решает дать бой банде Миллера — невзирая ни на какие обстоятельства.

Это были тяжелые съемки. Из-за болей в желудке лицо Купера иногда искажала гримаса боли и неуверенности (что, впрочем, вероятно придало глубины созданному им образу), напомнила о себе старая травма лодыжки. Но были и проблемы политического характера — прямо во время съемок фильма сценариста картины Карла Формана вызвали в Комиссию по расследованию антиамериканской деятельности. Против него также выступил Кинематографический альянс за сохранение американских идеалов, во главе которого стоял Джон Уэйн (Гэри и сам одно время был его членом). 

Продюсер фильма «Ровно в полдень» Стэнли Крамер сразу же отрекся от Формана и попытался выдавить его из фильма. Так же поступили многие другие друзья Формана, боявшиеся ассоциироваться с коммунизмом. Но Купер поступил иначе. Как вспоминал годы спустя сам Форман:

«Купер поставил под удар всю свою карьеру перед лицом маккартистских охотников на ведьм, терроризировавших Голливуд. Джон Уэйн и другие подвергли его жесткой кампании давления, направленной на то, чтобы заставить его уйти с картины; ему сказали, что если он не согласится сделать это, то его тоже занесут в черный список Голливуда на всю оставшуюся жизнь. Но Купер верил в меня. Он видел меня насквозь. Он был единственной крупной фигурой, кто пытался меня защитить. Единственной». 

Роль шерифа Кейна — одна из лучших, если не лучшая в карьере Купера. Его герой — уставший от жизни 50-летний человек на грани нервного срыва (еще никогда его персонаж не был настолько похож на Купера по душевному эмоциональному состоянию), выходит на бой не то чтобы желая победить, а потому что знает, что это будет правильно. Иногда кажется, что он готов разрыдаться, но он не дает себе волю — а вместо этого берет себя в руки и продолжает упорно идти вперед. 

Купер ничего не ждал от премии «Оскар», на которую его номинировали, — он был уверен, что из-за заступничества за Формана награда ему не светит. Он даже не пошел на церемонию — а попросил, если что, забрать ее Джона Уэйна. Конечно же, Купер в конечном итоге победил и получил свой второй «Оскар».

«Ровно в полдень», 1952


Сам Купер, впрочем, не очень гордился и своей ролью, и фильмом. Незадолго до смерти он сказал в интервью, что в «Ровно в полдень» не было ничего нового для жанра вестерна, а герой был довольно типичным. Он воспринимал его вполне корректно — как репрезентацию актуальных идей в исторических декорациях.

К 1950-м годам, в особенности после успеха фильма Циннемана, Купер подошел в новом статусе. В 1920–1930-х он был молодым красавцем и героем, в 1940-е регулярно играл зрелых и уверенных в себе людей. Теперь пришло время играть разочаровавшихся в жизни и в себе мужчин — усталых, обреченных, но не сломленных. За последнее десятилетие своей карьеры сыграл много подобных ролей. Вообще же, последний период его карьеры неплохо суммирован биографом Стюартом Камински:

«В последние пять лет карьеры Купер снялся в восьми фильмах, от «Любви после полудня» до «Обнаженного лезвия». Начало этому периоду положил переходный фильм «Дружеское увещевание», в котором персонаж Купера отказался от оружия и без особого сомнения отверг насилие, которое персонажи других его периодов принимали. Постоянная дискуссия с прошлым продолжается до конца жизни Купера. Примечательно, что это период, когда Купер в наибольшей степени контролировал свои роли, продюсировал свои собственные фильмы, но чувствовал, что он подводит свою публику. Купер теперь пытался расширить свой актерский диапазон и был готов сделать это, подвергнув сомнению свой имидж в прошлом. Его роль любовника в «Любви после полудня» — ироничный комментарий к его прошлым комедийным образам. В своих вестернах этого периода он самодостаточный, но очень упрямый и мрачный человек. Его последние фильмы постоянно ставят под сомнение его прошлое. В «Они пришли к Кордуре» была поставлена ​​под сомнение сама суть кинематографической храбрости, которую представлял Купер, а в его последнем фильме «Обнаженное лезвие» была предложена возможность того, что Купер даже был злобным убийцей. Во всех этих случаях верно то, что персонаж Купера был в конечном итоге героическим, но фильмы играли с изображением, играли с возможностями и имиджем Купера. Критики и публика с вопросом отнеслись к тому, что теперь представлял Купер — утомленного человека, сомневающегося в американском мифическом прошлом». 

В течение последних лет жизни здоровье Купера постоянно ухудшалось, каждые съемки были для него мучением. Он со все большим недовольством смотрел на новые вестерны — и на многие из тех, в которых он снимался в свое время, — его раздражало историческое несоответствие: Купер считал, что нужно рассказать детям о настоящем Диком Западе, а не о выдуманной фантазии.

В одном из своих последних интервью Гэри Купер сетовал на то, что его забывают:

«Люди не узнают меня так часто, как раньше. Только пожилые люди. Сегодня у детей есть Фрэнки Авалон и Элвис Пресли. Они в значительной степени оставляют меня в покое. В старые времена было по-другому. Они убрали весь настоящий гламур и тайну из кинобизнеса, выставив все на всеобщее обозрение — все фотографии и истории о том, как снимают фильмы и как эта симпатичная звезда на самом деле любит готовить небольшой стейк собственными руками и быть точно таким же, как люди по соседству».

19 апреля 1961 года родственники Купера объявили, что актер тяжело болен раком. Ему стали звонить и писать со всего света — позвонили даже президент Кеннеди и тяжело больной Хемингуэй. Купер был в настолько плохом состоянии, что даже не пошел на церемонию вручению почетного «Оскара» за вклад в киноискусство — вместо него награду получил Джимми Стюарт, который сквозь слезы заявил со сцены, что «многие, включая самого Купера, даже не представляют, насколько он хороший актер».

6 мая 1961 года в Каннах министр культуры Франции Андре Мальро объявил о награждении Купера званием почетного кавалера Ордена Искусств и литературы. 7 мая Куперу исполнилось 60 лет. А 11 мая он скончался. На похоронах, которые прошли 16 мая, гроб несли Джимми Стюарт, Джек Бенни, Генри Хэтэуэй и продюсеры Уильям Гетц, Джерри Уолд и Чарльз Фельдман. Почетными гостями были Джон Уэйн, Генри Форд II, Бинг Кросби, Берт Ланкастер, Дик Пауэлл, Кирк Дуглас, Дэнни Кэй, Тони Кёртис, Питер Лоуфорд и Эрнест Хемингуэй (последний не смог явиться из-за плохого самочувствия и болезни — через два месяца он покончил с собой).

Гэри Купер на протяжении всей жизни постоянно сомневался в себе и своих силах. И раз за разом доказывал всем, что он способен на все. Блестящий актер, умевший меняться вместе с эпохой — и оставаться при этом неизменным, Гэри Купер символизировал собой эпоху американской наивности и героизма первых покорителей фронтира. Таким он и остается до сих пор — в пантеоне американских идеалов: идеальный ковбой, идеальный шериф, идеальный мужчина.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari