История Z

  • Блоги
  • Дмитрий Десятерик

20 июня зомби-хоррором «Война миров Z» открывается 35-й Московский международный кинофестиваль. О фильмах, посвященных кровожадным и одержимым существам, застрявшим между жизнью и смертью, рассказывает Дмитрий Десятерик.


Первый фильм ужасов я посмотрел 25 лет назад в одном из перестроечных видеосалонов. Разбросанные по арендованным закоулкам, эти самодельные кинотеатры восполняли отсутствие нормального проката. Кино показывали исключительно с пиратских кассет, со знаменитым гнусавым переводом: хорроры, эротику, боевики со стрельбой или с кунг-фу. Мой ужас назывался «Ад зловещих мертвецов».

В джунглях Новой Гвинеи, чтобы побороть перенаселение, в секретной лаборатории изобретают специальный газ, который поднимает мертвецов, пробуждает в них зверский голод и заставляет нападать на живых людей. Из-за аварии газ просачивается в воздух. Персонал лаборатории умирает страшной смертью. Чтобы замести следы, правительство США посылает в джунгли группу спецназовцев, к которым присоединяется также пара журналистов. Они добираются до пункта назначения, но погибают все без исключения. Кадр, когда главной героине вырывают язык и выдавливают глаза, я помню до сих пор.

Фильм (как сейчас понимаю, вполне рядовой, даже примитивный) впечатлил меня до потери спокойного сна. Вечерние улицы вызывали неприятное чувство, что из-за ближайшего угла с минуты на минуту появится орда неуклюже шагающих, хрипящих чудовищ с расставленными, будто для дружеских объятий, руками. Они могли караулить за дверью, ворваться в дом, никакие запоры их не остановили бы.

Так я впервые встретился с зомби.


1.МЯСНЫЕ МАШИНЫ

Первоначально зомби — живые мертвецы, управляемые колдуном или жрецом с помощью черной магии. Термин заимствован из афроамериканского культа Вуду. Зомби стали популярны в силу крайней экзотичности для западного сознания. Те не менее, до 1968-го никаких плотоядных мертвецов на экране не существовало. Образ восставшего из могилы оставался в киносказках о далеком таинственном Гаити. Известный образчик – «Белый зомби» (1932, режиссер – Виктор Гальперин) с большеглазым Белой Лугоши в роли колдуна вуду по имени Легендре – типичная смесь голливудской павильонной экзотики, гипнотических ужасов в духе «Доктора Калигари» и мелодрамы.

zombie-white zombie 06
«Белый зомби»

С сегодняшним Z-кино – ничего общего, кроме эпизода, где герой расстреливает надвигающихся на него сомнамбул из пистолета, не причиняя им видимого вреда. Чтобы родился новый жанр, нужны были Холодная война, бунт 1960-х и малобюджетная фронда Нового Голливуда.

Дебютный полный метр выпускника Питтсбургского университета Джорджа Ромеро «Ночь живых мертвецов» (1968) начинается крупным планом флага США, реющего над кладбищем, куда приезжают Барбара и ее брат Джонни, чтобы помянуть родственника. Барбара боится мертвецов, Джонни дразнит ее: «Они идут за тобой, Барбара» – и они, точнее, один из них, нелепый долговязый тип (Билл Хинцман) в черном костюме – действительно приходят. Джонни гибнет, Барбара спасается бегством.

«Ночь…» – история о том, как несколько человек держат оборону против растущей орды каннибалов, укрывшись в деревянном доме на окраине Питтсбурга. Осажденные – почти полный срез американского социума: обезумевшая Барби-Барбара, впавший в агрессивную паранойю обыватель средних лет, его терпеливая жена, их маленькая больная дочь, молодая пара, все еще счастливо и взаимно влюбленная (все белые), и чернокожий пролетарий Бен (Дуэйн Джонс), который берет на себя роль лидера. Каждый умрет по-своему; Бена застрелят реднеки из отряда самообороны, приняв то ли за зомби, то ли отреагировав на цвет кожи – в развязке есть недобрая двусмысленность.

Ромеро вдохновлялся романом Ричарда Мэтисона «Я – легенда» (1954), главный герой которого, сидя в укрепленном доме посреди опустевшего города, пытался найти лекарство против вируса, превращавшего людей в вампиров. Впрочем, на то время тема вампиризма слишком износилась. Ромеро провел видимо простую операцию: заменил одряхлевших кровопийц на столь же бездушных, однако не в пример более брутальных каннибалов, которым недостаточно было обескровить жертву, – они норовили выпотрошить ее и сожрать целиком. Другая своевременная замена – техногенный фактор как причина эпидемии: радиоактивное излучение от распавшегося в атмосфере космического аппарата.

Поначалу ничто не предвещало сенсации – фильм делали непрофессионалы . Снимали на черно-белой пленке, за собственные сбережения. В результате 1500 человек после премьеры аплодировали стоя, а консервативная пресса предала авторов картины массовому остракизму. При бюджете 114000 долларов кассовые сборы составили 42 миллиона. Как следствие, 1970-е стали золотой эпохой каннибальского хоррора, получившего также специальное жанровое обозначение «сплэттер» – от англ. splatter – брызганье, брызги (крови) .

zombie-night-of-the-living-dead-2
«Ночь живых мертвецов»

Сам Ромеро снял еще четыре фильма на ту же тему, однако именно «Ночь…» задала родовые приметы зомби-нарратива, долгое время остававшиеся неизменными:

- апокалипсис начинается внезапно, чаще всего по рукотворной причине (изредка – из-за некоего древнего проклятия);

- реальность происходящего удостоверяют СМИ – телевидение, газеты;

- действие строится вокруг небольшой группы героев, пытающихся выжить;

- внутри группы обязательно вспыхивает конфликт, иногда приводящий к смерти одного из антагонистов;

- роль лидера обычно берет на себя мужчина – это мачистское кино;

- в одном или нескольких эпизодах (как правило, ближе к развязке) жестокость живых превосходит жестокость мертвых;

- в более поздних фильмах основная группа может столкнуться с другой в схватке за ресурсы или власть.

Что касается мертвых, то модель их действий также не менялась до начала 2000-х:

- зомби двигаются медленно, но берут числом и мертвой хваткой;

- укушенный сам становится пожирателем плоти;

- остановить зомби можно только выстрелом или сильным ударом в голову, а также путем сожжения;

- в «Ночи живых мертвецов» нежить еще пользуется подручными предметами для нападения, но в дальнейшем интеллект зомби, как правило, сведен только к первичным инстинктам: идти, хватать, кусать, жевать.

За сплэттер моментально ухватилось трэш-подполье, которое все 1970-е щедро плодило километры пленки, залитые галлонами красной краски и заваленные тоннами внутренностей. Типичен в этом отношении «Зомби-2» («Пожиратели плоти», 1979) Лучио Фульчи. Фульчи привнес приемы, отработанные ранее в специфическом итальянском триллере джиалло («желтом фильме»), мастером коего признан. От дидактики Ромеро не осталось и следа. В «Зомби-2» сюжет и диалоги служат довольно рыхлым соединительным материалом для демонстрации всевозможных жестокостей. Женщины в случае опасности должны застыть на месте и как можно громче кричать, дожидаясь, пока их съедят. Актеры практически не отрабатывают ситуации, предполагающие более-менее сильную реакцию. Драматургия местами рассыпается; впрочем, фильмы категории «В» и снимаются как аттракцион, в котором главное – показать сексуально привлекательное тело, как можно более ярко и эффектно разрываемое на части.

Zombie 2
«Зомби-2»


2. АМЕРИКАНСКАЯ ИСТОРИЯ Х

Финал «Ночи» и сейчас смотрится, как обжигающая провокация: Ромеро разбивает изображение на серию репортажных фото с мертвым чернокожим, в то время как за кадром звучат голоса белых: «Возьми эту тварь на мушку. – Продолжайте их расстреливать. – Это полиция».

В дальнейшем в каждую часть своей «мертвецкой пенталогии» Ромеро вкладывал актуальное послание, выходящее на рамки жанровой необходимости. В «Рассвете мертвецов» (1978) и живые, и мертвецы показаны с равным сарказмом, будь то дебаты на телевидении, байкеры-грабители или трупы, круглосуточно слоняющиеся в торговом центре. Герои, нашедшие здесь укрытие, гадают, что влечет зомби именно сюда: «Наверно, это место было для них очень важным при жизни, и они об этом помнят».

В итоге сюжетом движет не выживание, а борьба за обладание этим потребительским раем – и с мертвыми, и с бандой мародеров. Магазин становится гигантским фетишем, притягательным даже после остановки сердца. Пуская зомби бродить среди блестящих витрин, сталкивая их с манекенами, Ромеро измывается над культом потребления, а постскриптум, в котором нежить фланирует в торговых залах под назойливую рекламную мелодийку, выглядит как откровенная сатира.

zombie-dawndead1
«Рассвет мертвецов»

Герои фильмов Ромеро страдают, любят и жертвуют собой ради любви, бьются над трудноразрешимыми моральными вопросами, жестко конфликтуют с американскими реалиями. Непротиворечивое сочетание злободневности, этоса и ужаса обеспечивает автору «Ночи…» заслуженное первое место среди священных чудовищ сплэттера.

В целом, расцвет Z-кино связан не только со структурной четкостью и относительной дешевизной жанра – тому не в меньшей мере способствовала атмосфера 1970-80-х с их постоянными скачками международной напряженности, боязнью западного обывателя перед неведомыми и оттого особенно пугающими угрозами: недаром спусковым механизмом катастрофы в «Ночи…» становится радиация – распространенный жупел Холодной войны. Образ непобедимой армии мертвых, поглощающих не только тела, но и, что хуже, индивидуальность жертв, сублимировал общественные неврозы в неопасные формы в той же степени, как это делали фильмы об инопланетных захватчиках. Зомби – это не другой, это условный беспощадный чужой, подлежащий уничтожению.

В 2005 году в «Земле мертвых» Ромеро выводит на экран именно Других, впрыснув мертвым критическую инъекцию интеллекта. Но на тот момент в Z-кино настала новая эра.

zombie-dawndead2
«Рассвет мертвецов»


3. ФОРСАЖ

В 2002 году произошло два внешне несвязанных, однако без преувеличения переломных события: продюсеры первой «Обители зла» отказываются от сценария Ромеро, отлучая основателя жанра от новой франшизы, а на другом берегу Атлантики бывший герой тарантиновской волны британец Дэнни Бойл выводит на экран в пандемическом хорроре «28 дней спустя» нечто, еще не виданное жанром: «быстрых» или «бешеных» зомби (англ. fast zombies, rage zombies).

Бойл вернулся к истокам – как в «Я – легенда», обращение вызывает вирус, однако он создан в лаборатории. Зараженный не стремится пожирать плоть, но его обуревает неутолимая жажда убийства. Все получившие вирус впоследствии умирают от голода. После инкубационного периода в 20 секунд вирусоноситель с сочащимися кровью глазами (симптом заимствован из клинической картины лихорадки Эбола) бросается на ближайшего неинфицированного и убивает его или заражает. Для убийства зараженного достаточно меткого выстрела или удара, однако скорость и ловкость движений rage zombies очень велика.

zombie-28-days-later-cillian-murphy-on-fire-haircut
«28 дней спустя»

Находка Бойла, безусловно, освежила сплэттер. Вместо того, чтобы неуклюже переваливаться, зомби помчались неукротимыми легионами; их появление стало научно более обоснованным. Вирус получают только раненные, убитые не возвращаются. В такой парадигме выполнены экранизация романа «Я – легенда» (с Уиллом Смитом, 2007), римейк «Рассвета мертвецов» (режиссер – Зак Снайдер, 2004) и ныне выходящая на экраны «Война миров Z».


4. ЭВОЛЮЦИЯ

Кинематограф нулевых дал два диаметрально противоположных свидетельства кризиса жанра: упомянутую «Обитель зла» и британский малобюджетник «Колин» (2008).

Монстры в приключениях Милы Йовович все более теряют антропоморфность. Даже хищникам, внешне похожим на людей, мало просто впиться в жертву – они выпускают изо рта зубастые щупальца, способные охватить полтуловища сразу. В арсенале вышедшей из подчинения программы «Красная Королева» – твари прыгающие, ползающие, летающие, а также зомби-автоматчики и зомби-танкисты – полный бестиарий клонированных машин для убийства, имеющий очень малое отношение к изначальной стихии кинематографа «брызг».

zombie-residentevil001
«Обитель зла»

С другой стороны – человеческий, слишком человеческий «Колин» (режиссер – Марк Прайс). Этот, по словам одного из критиков, «наиболее трогательный фильм о разлагающемся теле» чрезвычайно быстро оброс собственной мифологией, согласно которой Прайс снимал и монтировал на устаревшем любительском оборудовании, актеры набирались через Facebook и Myspace, а общий бюджет составил всего 45 фунтов стерлингов.

Важнее то, что «Колин» – первый сплэттер, полностью снятый с точки зрения инфицированного. Колин, обычный лондонский юноша, превращается в «ходуна»; далее отслеживаем его на первый взгляд бессистемные блуждания по охваченному безумием городу. Уникальность «Колина» – в раздражающем пуристов хоррора обилии ненужных деталей.

Из чего состоит существование зомби? Из нескончаемых пауз, из монотонного времени, превратившегося в пространство, из обессмысливающей концентрации на случайных предметах, из крупных планов посмертного безразличия. Колин на самом деле возвращается на место собственного убийства и на место убийства, совершенного им, – к утраченной возлюбленной, которая укусила его. Эрос проникает в Танатос и вытесняет его; любовь вновь оказывается сильнее смерти – заслуга режиссера в том, что он нашел необычный способ сказать об этом, тихой сапой деконструировав Z-кино.

zombie-colin-movie-poster-2008-1020510554
«Колин», фрагмет постера

Американец Джонатан Ливайн в «Тепле наших тел» (2013) пытается пойти дальше, профанируя и мотив любви после смерти, и «Ромео и Джульетту». Гламурная смесь мелодрамы и комедии, «Тепло наших тел» по максимально облегченной эстетике скорее примыкает к подростковой лав-стори «Сумерки». Оба главных героя – и зомби Р. (Николас Холт), и Джули (Тереза Палмер) – безмятежно красивы. Ливайн ради пущей благонадежности разделяет мертвецов на чувствительных уязвимых тихоходов в поношенных костюмах и на стремительных безмозглых скелетов, которые, избавившись от человеческого облика, съедают все, что движется. Хорошие трупы против плохих – банальнейший ход, но на закате жанра хороши все средства.

«Колин» и «Тепло наших тел» стоят особняком не только в силу аномального уровня сантиментов, но и потому, что представляют собою любопытный пример обратного воздействия контекста на экранный продукт. Оба они сделаны под явным влиянием Z-субкультуры с ее зомби-парадами, зомби-свадьбами, трэш- и дэз-метал-группами и прочими забавами молодежи, родившейся уже после дебюта Ромеро. Живой мертвец равно хорош и для страха, и для смеха.

Так зомби-культ возвращается на экран уже как часть внешней реальности, которую четырьмя десятилетиями раньше требовалось тревожить кровавыми метафорами. Сегодня подобные раздражители не действуют, апокалипсис в очередной раз отменен, место нервной дрожи заступил карнавал. Это понимает и Ромеро, у которого в «Земле мертвых» зомби выступают уже как новое племя с прогрессирующей кооперацией и первоначальными формами овладения орудиями труда и убийства. Освободительный поход мертвых возглавляет чернокожий великан по кличке Большой Папа, отличающийся необычными для зомби интеллектом и уровнем эмпатии – по сути, заматеревший и повзрослевший герой «Ночи». Первоначальный конфликт выворачивается, историю борьбы мертвых и живых можно считать законченной – каждый наконец получил свое пространство.

«Война миров Z» – грандиозная и, вероятно, последняя такого размаха попытка спасти битву мертвых с живыми от прекращения. С приходом Брэда Пита и универсально одаренного режиссера Марка Фостера (равно успешен и в драме («Бал монстров»), и в блокбастере («Квант милосердия»)) маленький человек, пытающийся выжить, заменяется фигурой эффективного менеджера, а мясорубка – картинным кризисом. Голливуд окончательно перехватил когда-то радикальный жанр, насытил его деньгами и знаменитостями, но привел индустрию смерти к опасному пределу, за которым – небытие в мейнстриме.

И все-таки…

zombie-NightOfTheLivingDead6
«Ночь живых мертвецов»


5. БЛИЖЕ

Они все более похожи на живых. Они берут в руки оружие. Они вспыхивают от гнева. Они мстят и влюбляются. Они все ближе и ближе к нам, теплокровным, циничным и уязвимым.

Они идут за тобой, Барбара.

Что произошло с правыми? Левые и правые – контекст и эволюция

№3, март

Что произошло с правыми? Левые и правые – контекст и эволюция

Дмитрий Бутрин

Главную политическую дихотомию Нового времени – оппозицию правых и левых в политике – хоронили не один, не два и не двенадцать раз. Само по себе описание попыток аналитиков, политиков и политологов создать «неэвклидову геометрию» распределения современных политических сил друг относительно друга, альтернативную историческому расположению мест во французском парламенте, может составить неплохую книгу. Возможно, такая книга и существует, просто я не удосужился ее прочитать.

Колонка главного редактора

Есть ли в России культурная политика?

16.08.2013

Интервью «Ведомостям» о том, есть ли в России культурная политика, почему не хватает творческой среды и о питчинге кинопроектов. 

Новости

Объявлены итоги второго конкурса сценариев «ЛИЧНОЕ ДЕЛО»

10.01.2013

Журнал «Искусство кино» завершил проведение конкурса сценариев полнометражных игровых фильмов, под девизом «Личное дело», который мы осуществили при поддержке Фонда «Финансы и развитие». Всего в конкурсе участвовали 794 сценария из 19 стран. Комиссия экспертов, в которую входили кандидат искусствоведения Зара Абдуллаева (автор пяти книг о кино), кандидат искусствоведения Кристина Матвиенко (преподаватель курса современной драматургии во ВГИКе) и Алексей Медведев (создатель фестиваля «2morrow» и «2 в 1», критик, переводчик, арт-директор других отечественных кинофестивалей), отобрали: