Шпион, пришедший с холода. «Джейсон Борн», режиссер Пол Гринграсс

  • Блоги
  • Нина Цыркун

Нина Цыркун провела ревизию очередной борновской франшизы, чтобы понять, как создатели адаптировали образ, ставший классическим, к реалиям XXI века.


В связи с новым фильмом Пола Гринграсса прежде всего хочется спросить: зачем? Зачем после почти десятилетнего отсутствия воскресили экранного Джейcона Борна? Зачем вернули из небытия или, как говорят на спецжаргоне, «с холода» персонажа, придуманного Робертом Ладлэмом в эпоху холодной войны и потом полноценно отработанного индустрией кино? Неужели без него мало героев и супергероев, одиночек без страха и упрека? Самый примитивный и в то же время правильный ответ: сценарный кризис. Все песни спеты и перепеты, остается только аранжировать их позамысловатее.

Но это не полный ответ. Дело в том, что реальность за прошедшее после последней борновской истории время сильно изменилась, и в старые песни прорвались свежие мотивы, кстати, уже прозвучавшие в последнем бондовском фильме. Ведь и в «Спектре» Сэма Мендеса бессмертный ветеран холодной войны почувствовал на себе явное нежелание нового начальства использовать его по назначению. Так и Джейсон Борн – традиционный персонаж шпионской парадигмы – живое оружие, обошедшееся ЦРУ в сто миллионов долларов, уже не актуален. Как в стихотворении Андрея Вознесенского: «Устарел как робот шесть, когда робот восемь есть». Теперь главным реальным действующим лицом становится шеф киберподразделения Хизер Ли (Алисия Викандер). Она – блистательный хакер, легко ориентирующийся в хитросплетениях соцсетей. Хаком и манипуляцией она создает заданные ситуации в любом регистре – от камерного до глобального масштаба, недоступные возможностям Джейсона. Напрасно он демонстрирует (в начальном эпизоде) силу своих кулаков; Хизер пригодится ему разве что для того, чтобы самому уходить от преследования такого же, как он, реликтового субъекта, у которого и имени-то нет (Венсан Кассель). Проект «Тредстоун», агентом которого был Борн, отработан и закрыт. В ЦРУ делают новые ставки.

Jason Bourne 2«Джейсон Борн»

Хизер Ли и директор ЦРУ Роберт Дьюи – два полюса, обозначающие прошлое и настоящее службы безопасности. Ли почти не скрывает своих амбиций, замахиваясь на должность директора. Алисия Викандер омолодила франшизу, а Томми Ли Джонс привязал ее к традиции. Герой Мэтта Деймона в свои сорок с лишним оказался посредине – и как бы в поколенческом «провисе». Он утратил тесную связь с поколением родителей (как же фатально ускользает от сына образ отца, конъюнктурно создаваемый для него в департаментах ЦРУ), а в роли оперативника чувствует себя устаревшим среди тех, кого представляет молодая поросль из Силиконовой долины или питомцев Ивовой лиги.

С этим связана еще одна тема, впервые возникшая не на экране, а в реальной жизни, когда на конференцию Марка Цукерберга в его «Аквариуме» пришел единственный «мужчина в костюме» – директор ФБР Роберт Мюллер. Чтобы пожать руку создателю Facebook и по-свойски переброситься несколькими словами. В фильме Гринграсса своего рода дублером Цукерберга выступает вымышленный герой – Аарон Кэллур (Риз Ахмед), основатель и гендиректор сети Deep Dream, поднявшийся благодаря щедрости ЦРУ. Войдя в силу, он, однако, стал много о себе думать и затеял с самим Робертом Дьюи публичные разборки на дебатах, посвященных тому, что важнее: безопасность людей (интернет-пользователей) или национальная безопасность, требующая пожертвовать безопасностью отдельных граждан.

«Джейсон Борн», русский трейлер

Стародум Дьюи планирует красиво разыграть эту партию, но она разыгрывается не по его стратегии, а по закону жанра. Тем не менее, по большому счету спор это чисто схоластический, типа средневековой дискуссии о том, сколько чертей усядется на острие булавочной головки. На самом деле совершенно неважно, что в ЦРУ или другом аналогичном заведении узнают, какую именно пиццу заказал некто себе на обед. Важно то, что любой человек абсолютно достижим и уязвим в любой точке мира – в берлинском аэропорту Тегель, в гуще протестующей толпы на афинской площади Синтагма или в лаборатории подмосковной Дубны. Хизер Ли или другая умница-красавица за компьютером другой страны обозначит тебя как точку на своем дисплее, а уж что будет дальше, решать станут компетентные люди.

Jason Bourne 3«Джейсон Борн»

Тем временем Джейсон Борн еще мечется по миру, лихо пускает в ход боевые навыки и не отказывается от главного, как выясняется, своего достоинства – патриотизма. А покуда этот его ресурс не иссяк, в ЦРУ готовы старину Борна использовать, несмотря на амортизацию.

Табу и эрзацы. О цензуре и системе политических имитаций

№3, март

Табу и эрзацы. О цензуре и системе политических имитаций

Владимир Мирзоев

Культ и культура – две ветви цветущего древа цивилизации, с тех пор как они разминулись (окончательно в эпоху Просвещения), функции у них разные, плоды на вкус тоже. Я бы сказал, культ и культура стали отличной диалектической парой. Им бы любоваться друг другом, а они вечно враждуют, ревнуют и исходят злобой. Культ создает систему устойчивых табу, провоцируя в обывателе невроз и духовную (мифопоэтическую) экзальтацию, культура эти табу терпеливо расколдовывает, снимая напряжение, рационализируя любую проблему и возвращая субъекту свободу выбора. По-моему, для развития вида homo sapiens в равной степени важно и то...

Колонка главного редактора

Как вернуть зрителя российскому кинематографу?

24.01.2014

К. ЛАРИНА: Добрый день. В студии ведущая Ксения Ларина. Мы начинаем программу «Культурный шок». Сегодня мы вновь говорим, поскольку есть повод. Вновь возникла идея введения квотирования российского кино. Эту идею высказал в очередной раз министр культуры Владимир Мединский: «Квотирование российского кино вводить надо, без этого российскому кино не поможешь. 

Новости

«Мемориал» покажет «Запрещенные голоса»

14.05.2014

  В среду, 14 мая 2014 года в Международном Мемориале будет показан фильм Барбары Миллер «Запрещенные голоса» (Швейцария, 2012, 95 минут). Героини фильма – всемирно известные блогеры Йоани Санчес (Куба), Фарназ Сейфи (Иран) и Зенг Джиньян (Китай), подвергающиеся гонениям за критику режимов, установившихся в их странах. Начало показа в 19.00.