Первый сезон сериального номера «Искусства кино», «снятый» на карантине: от Сикстинской капеллы до «Мира Дикого Запада», от маньяков до политиков, от мини-сериалов к «новым романам»

Краткость, их сестра: «Очень женские истории» — сильный отечественный феминистический киноальманах

Лукерья Ильяшенко в фильме «Очень женские истории» © Capella Film

С 5 марта, очевидно, приуроченный к гендерному празднику, стартует прокат альманаха «Очень женские истории» коротких метров российских режиссерок (и одного режиссера). Редактор журнала «Искусство кино» Нина Цыркун увидела в нем будущее для всех женщин индустрии и страны.

Увидев в кадре скамейку молодых женщин, говоря по-протокольному, славянской внешности, но умело упакованных в мусульманские платки и палантины, тем более — узнав среди них Анну Михалкову, я уж было подумала, что попала (географически перефразируя название книги Елены Чудиновой) в мечеть российской богоматери. Шикарный хай-тек стеклобетонного здания. Это всего лишь модернизированный центр оформления документов, куда героиня Михалковой пришла зарегистрировать уход мужа. Не проблема, говорит ей стерильная дама из персонала, супруга можно оформить нового, точнее взять в аренду, только, как выясняется, следует уплатить штраф за всяческие задолженности. А дальше в новелле Оксаны Михеевой «Эс как доллар, точка, джи», изоморфно графическому абсурдизму антуража, главные женские роли переворачиваются, но все равно мужчины, как и в следующих новеллах, проходят в сюжете по касательной. Весь их контингент безответствен, равнодушен, нарциссичен и, разумеется, полигамен. Их чисто служебную текстовую малозначимость можно расценить как маленький триумф авторов-женщин над традиционно патриархальным кино. Здесь протагонисты — женщины.

Анна Михалкова в фильме «Очень женские истории» © Capella Film

Альманах «Очень женские истории» — короткие эпизоды, выхваченные из жизни десяти обитательниц большого города; драматичные по сути, но показанные тем не менее в легком комическом ключе, а персонажи — в своем, так сказать, наиболее естественном состоянии, без социальных и профессиональных масок, которые они обычно вынуждены носить на людях. Дело не в том, что здесь не боятся откровенных постельных сцен, обнаженной натуры или сигаретного дыма. Интимные (не обязательно сексуальные) поиски обычных в общем-то людей, на которые их толкает не какое-то извращенное воображение, а сама природа, и есть состояние свободы, высвобождения загнанных в зону подсознания желаний и слабостей. А это в свою очередь предполагает культивацию терпимости, которой так не хватает в нашем жизненном обиходе.

Возникновение в новом веке в российском кино женских тандемов или ансамблей, как и появление успешных женщин-продюсеров (в данном случае это Юлия Мишкинене), в первую очередь, как мне кажется, результат экономической необходимости. Найти финансирование, особенно для дорогостоящего кино, женщинам сегодня в России гораздо труднее, чем мужчинам, поэтому их имен не найти среди создателей блокбастеров (одно-два исключения назвать можно, но они же не делают погоды). Их сфера — документальное и малобюджетное игровое кино, которое, однако, и открывает бóльшие возможности для эксперимента и творческого самовыражения. (Как сказано было в одном рассказе Ильфа и Петрова, экспрессивному высказыванию мешают цензура и размер.)

«Очень женские истории» © Capella Film

В женский режиссерский круг пригласили Антона Бильжо (новелла «Стиралка»), в 2016 году дебютировавшего в полнометражном кино черной комедией «Рыба-мечта», продюсированной Юлией Мишкинене, которая рассказывала о пробуждении в редакторе энциклопедии морских животных интереса к земному и перековке ботана в настоящего мужчину, и эта лента была близка по пафосу общему настрою «Очень женских историй». Если не видеть титров, различить мужской или женский почерк в альманахе невозможно, так что напрашивается вывод о том, что никакого женского кино как вида и не существует, а есть просто кино. Впрочем, может и не так; на мой взгляд, наше женское кино сегодняшних дней отличается большей смелостью, даже радикальностью, и не рассчитано на эмпатию, сочувствие к персонажам. Вот тут, например, никто не смотрит проникновенно или жалостливо в камеру в поисках понимающего взгляда зрителя. Каждая ситуация нарочито абстрактно смоделирована наподобие шахматной партии с неожиданным эндшпилем. И каждая изначально нейтральная фигура в игре таит в себе бездну нераскрытых возможностей, которые им иной раз и самим хотелось бы раскрыть, обозначив, популярно говоря, свою идентичность, чтобы тебя не перемалывали как грязное белье в стиралке. У Наташи Меркуловой («Сестры») героиня Виктории Толстогановой, играющей без грима, неистово пытается вытащить из бездны алкозависимости сестру, которая туда самозабвенно погружается, и безобразие в хлам упившейся девушки Виктория Исакова показывает без прикрас. В «Уроках рисования для взрослых» (режиссер Лика Ятковская) Любовь Толкалина наглядно демонстрирует изящную женскую месть, замаскированную вкрадчивой женской дружбой. А Лена (Полина Виторган) в «Выставке» Анны Сарухановой осознает свое истинное состояние, временно превратившись в объект искусства, живую статую, лишенную голоса, чтобы, как бы подытоживая сумму альманаха, осмысленно наконец произнести: «Я человек».

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari