Играть пересмешника. «Новейший завет», режиссер Жако Ван Дормель

  • Блоги
  • Зара Абдуллаева

На следующей неделе на большие экраны выходит «Новейший завет», росийская премьера которого состоялась в московском Гоголь-центре. Об экстравагантной картине самого эксцентричного бельгийского режиссера – Жако Ван Дормеля – размышляет Зара Абдуллаева.


В пору учебы на постановщика детских представлений Жако Ван Дормель подрабатывал клоуном. Потом начал фильмы снимать. Редко, порой метко. Бурное воображение, возбужденное фундаментальными вопросами людского существования, а также страсть к технологическим маневрам обеспечили ему особое место в отряде фестивальных режиссеров. Прыжки Ван Дормеля в пространстве и во времени одного фильма, дизайнерская картинка, окрашенная вкусом к кичу, застолбили его репутацию постмодерниста. Вообще-то устаревшую, но для отдыхающих в кинозале – приятную почти во всех отношениях.

«Новейший завет» – сказка для взрослых и детей, или фильм для «семейного просмотра». Сказка, нисколько не оскорбляющая чувства верующих и тех, кто не верит промоутерским воззваниям перед премьерой для накопления кассы.

Один из юных персонажей «Новейшего завета» делится с новой подружкой воспоминанием о своем знакомце, которому жить осталось десять дней. В это время он хотел – в качестве последнего желания – получить от родителей костюм Покемона. А глупые предки обязали его все дни слушать музыку Баха. Впрочем, дочка «Всевышнего», главного героя «Новейшего завета», имеет способность слышать «внутреннюю музыку» обывателей, выбранных ею в компе на роль новых апостолов. Это музыка Генделя, Пёрселла, а не только шлягеры прошедших эпох. Так что Ван Дормель, а не сконструированный им «Бог» выступает тут завзятым манипулятором, знающим как осваивать – взболтать, не размешивая, – восприятие зрителей.

«Новейший завет», трейлер

Ван Дормель мимоходом подсказывает и как, собственно, смотреть его «Завет». Как поощрить у взрослых инфантильность и примерную отвагу. А для кого-то из персонажей фильма – отвагу беспримерную. Речь о героине Катрин Денев, которая, узнав (по распоряжению сюжета) о сроке своей смерти, нашла желанного сексуального партнера в образе гориллы. Постмодернист, а не нарушитель благонравного публичного спокойствия, Ван Дормель предлагает компьютерную игру, развлекаясь и кинематографическими отсылками, не говоря о технических эффектах, которые он использует для анимации зрителей.

При этом в «Новейшем завете» легко муссировать вызов тиранам, пусть и в комическом образе жестокого отца семейства, нагруженного пивом, он же отец народов. Протагонист этой феерии – Всевышний (Бенуа Пульворде), проживающий в Брюсселе и сотворивший в старом компе мир, животных, людей, страдающих ему на потеху, а домашних содержащий в страхе, повиновении. Но терроризм такого Вседержителя – мультяшный. Выбрав роль режиссера-пересмешника, Ван Дормель прибавил себе обаяния. В его «Завете» сквозит «легкий ветерок», как в известной пьесе Ануя про Орнифля в роли писаки – массовика-затейника.

Новейшее общество зрелищ как хлеба нуждается и в «новейшем завете». Дочка «бога» по имени Ея (Пили Груан), десять лет проведшая взаперти кукольного дома (оставлю намек без кавычек), отправляется сквозь отверстие стиральной машины по туннелю в большой город, где должна найти пресловутых апостолов, выбранных наугад в папином компе. Тут она посылает воздушный – эфемерный – поцелуй Алисе, попавшей в кроличью нору. А Ван Дормель шлет, возможно, привет авторам и герою фильма «Быть Джоном Малковичем», где актер-кукольник нашел себе развлекательную работу, предоставляя желающим услугу: продвинуться за двести баксов по коридору, чтобы оказаться в теле Джона Малковича.

Девочка Ея до своего «исхода» из дома отправляет папиным созданиям смс-ки с указанием времени их смерти. В сети и в натуре начинается переполох. Но знание даты своей кончины освобождает шестерку «апостолов», нашедших автора не в папе, а в его дочке, от условностей, комплексов и повседневной маеты. Дочка «Бога», а не сын наградила этих людей осознанием неизбежности их смерти с точной датой. В роли сына – статуэтка хиппи по имени JC, который оживает по надобности Ван Дормеля и для напутствия сестры в путь-дорогу.

Le tout nouveau testament 2«Новейший завет», трейлер

Оказавшись в городе, рядом с помойкой, Ея встречает бомжа, ставшего ее вожатым и писарем все того же завета:
«– Ты знаешь, когда умрешь?
– Нет. Всю жизнь жил без мобильного телефона, – отвечает вонючий дядя».

Так режиссер, чье кино расцветает под воздействием компьютерных трюков, подтвердил свою давнюю роль рыжего клоуна, догадавшегося или пошутившего, что судьба человека предначертана в компе и смс-ках. Победа же над тираном в этой игре возможна, если добавить новейших апостолов. Набрать не двенадцать – по числу игроков в хоккей, а восемнадцать – как в бейсбольных командах. Надо ли упоминать, что хоккей любит папа девочки, а бейсбол – ее затюканная мама-вышивальщица?

Ван Дормель в роли режиссера-кукольника воспевает беспорочное женское начало мамы и дочки. А вседержителя-самозванца отправляет сквозь стиральную машину сначала в город, а оттуда – как бомжа без документов – интернирует в Узбекистан, в трудовой лагерь, пардон, на завод по сборке стиральных машин. Похоже, Ван Дормель «отмывает» стереотипы восприятия «высоких искусств» в стиле, технике цирковых аттракционов. Он как бы валяет дурака, ваяя картинки своего «Новейшего завета», который опубликован в этом фильме без текста – в рисунках.

Le tout nouveau testament 3«Новейший завет», трейлер

Рабы не мы, а персонажи «Новейшего завета» – марионетки, но только до вмешательства девочки-дарительницы и, разумеется, хакерши. Без взлома компьютера, без его перезагрузки (эту манипуляцию совершает добрая мама) не спасти людей от вялой жизни. С другой стороны, – тут режиссер надевает временно маску белого клоуна – без осознания человеком его смертности (в мгновенных донесениях смс-ок) – человека тоже не образумить. Не развеселить.

Получилась заветная сказка Ван Дормеля. Интересно, читал ли он заветные – подцензурные – сказки Афанасьева?

Кантемир Балагов: «Камера – это чей-то взгляд»

№5/6, май-июнь

Кантемир Балагов: «Камера – это чей-то взгляд»

Петр Шепотинник, Ася Колодижнер

Беседу ведут Ася Колодижнер и Петр Шепотинник.

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

Колонка главного редактора

Почему хорошие люди совершают плохие поступки

15.08.2011

Запись программы "Ищем выход..." на "Эхо Москвы" с участием Даниила Дондурея. Читать и слушать выпуск можно на сайте "Эхо Москвы".

Новости

Ушел из жизни главный редактор журнала «Искусство кино» Даниил Дондурей

10.05.2017

Сегодня, 10 мая ушел из жизни бессменный главный редактор журнала "Искусство кино" Даниил Борисович Дондурей (19 мая 1947 – 10 мая 2017).