Нулевой уровень терпимости

  • Блоги
  • Нина Цыркун

В репертуар летних хитов ворвалась беззаконная комета урожденного южноафриканца, жителя Канады Нила Бломкампа, дебютировавшего в Голливуде остросоциальным футуристическим боевиком «Элизиум. Рай не на Земле». О будущем по версии Блокампа – Нина Цыркун. 


Режиссер уже зарекомендовал себя на этом поле своим дебютом «Район №9», обошедшимся в три раза дешевле, получившим четыре номинации на «Оскар» и тем проторившим дорогу в столицу кинобизнеса, к большому бюджету и звездам первой величины – Мэтту Деймону и Джоди Фостер.

Новый фильм Бломкампа о том, как нищая братия землян стремится к заоблачному Элизиуму, оказался как нельзя кстати в России, где власти вдруг озаботились проблемой миграции и взялись ее (миграцию) истово упорядочивать. Складывается даже впечатление, что власти наши успели посмотреть «Элизиум», напугались и не стали дожидаться 2154 года, когда разворачивается действие картины, а заранее принять превентивные меры. Однако, будь это действительно так, они почему-то проглядели или намеренно не приняли во внимание главные проблемы, которые составляют у Бломкампа основную коллизию. Хотя проглядеть их трудно, потому что авторский месседж доведен до уровня доступности учебника политграмоты для начальной школы.

elysium5
«Элизиум. Рай не на Земле»

Во-первых, это гигантское социальное расслоение, предоставившее элите общества возможность со всем мыслимым благополучием поселиться на инопланетной станции с говорящим названием Элизиум, а бедноте оставившее участь прозябать на истощенной, замусоренной, разрушенной Земле. (По сути дела это та же проблема не понаслышке знакомого автору апартеида, метафорой которого послужили фантастические события «Района №9», с известной долей фантазии автора распространившегося теперь по всей земной суше).

А во-вторых – действующая на Земле политика «нулевой степени терпимости», ставящая население в положение бесправной и безгласной толпы. Те, кому выпадает удача найти работу, могут называться рабами, а прочие и вовсе всего лишь какой-то шевелящийся балласт.

elysium3
«Элизиум. Рай не на Земле»

Кажется, что Бломкамп чересчур сгущает краски, конденсируя ужасы гнойных фавелл Земли в контрасте со стерильно-комфортной обстановкой райского сада – Элизиума, где в свободном доступе расставлены медицинские капсулы, мгновенно ставящие диагноз и не дольше чем за минуту излечивающие самые страшные болезни. Но как ни странно, оказывается, что не очень сильно он и сгущает. Вот Ирина Ясина недавно описала в посте на «Эхе Москвы» свои впечатления от московской больницы, где в палате – натуральное средневековье, а в операционной – вполне 21-ый век. А еще можно проехаться, особенно вечером, по Тверской, а потом посмотреть на фотографии Мити Алешковского из фильтрационного лагеря для мигрантов. Из нашей сегодняшней жизни взяты и образ министра обороны Делакур (Джоди Фостер) – железной леди, призрака грядущего матриархата, и фигура циничного наемника для спецпоручений Крюгера (Шарлто Копли), почти в точности списанного с южноафриканского боевика. Так что Бломкамп, выходит, чистой воды реалист, только с колоритом ретро-футуризма.

elysium4
«Элизиум. Рай не на Земле»

Другое дело, что ощущение неправдоподобия и натяжки возникает от того, что Бломкампу-режиссеру заметно уступает Бломкамп-сценарист. Ну, к примеру, эпизод-триггер, запускающий интригу: с чего вдруг Макс (Мэтт Деймон), не в первый раз отправляющийся на работу в свой сборочный цех (да к тому же имеющий опыт общения с полицией, потому что за ним криминальное прошлое и отсидка), взялся шутить с дроном-стражником? Такое и сегодня даже в цивилизованных странах на таможне или границе до хорошего не доведет. Ну и финал, напоминающий чуть ли не эйзенштейновский «Октябрь», тоже как-то не очень… Я уж не говорю о мелодраматическом наборе про сиротское детство, смертельные болезни, любовь до гроба и слезу ребенка – как видно, дань голливудизму, чтобы разбавить крутой социальный замес. В целом же Бломкамп не изменяет себе и своей теме в искусстве. Смущает одно: фильм начинается и развивается как мрачная антиутопия, чтобы стараниями главного героя Макса к финалу превратиться в утопию, впрочем, оставляющую малооптимистичный осадок, если представить себе, что произойдет дальше, уже за кадром.

Альтернатива имени де Местра. Российский художник не готов к разговору о свободе

№3, март

Альтернатива имени де Местра. Российский художник не готов к разговору о свободе

Андрей Архангельский

В России про «правый реванш» в Европе сказано и написано, кажется, уже больше, чем в самой Европе. Это касается не только российских пропагандистских медиа, которые используют эту тему для дискредитации самой идеи Евросоюза, но и вполне объективных текстов. У нас пишут, что «поправение Европы» – это реакция на вполне конкретные вещи, в первую очередь на новую волну мигрантов, бегущих от военных конфликтов. Однако фиксация на подробностях утопила мировоззренческий конфликт, который стоит за самим явлением.

Колонка главного редактора

«Культура — это секретная служба»

21.11.2012

Выступление социолога, главного редактора журнала «Искусство кино» на заседании президентского Совета по правам человека всколыхнуло медийный бомонд. Кто-то услышал в его словах призыв к цензуре на телевидении, иные разглядели банальный плач по культуре. Но сам Даниил Дондурей, человек, благодаря которому в словарь президента вошло богатое словосочетание «культурный код», полагает, что его вообще не поняли. И объясняет «Новой газете» — почему.

Новости

Завершился 35-й Московский международный кинофестиваль

30.06.2013

29 июня в Москве состоялась церемония закрытия крупнейшего российского кинофестиваля. Главный приз в конкурсной программе, собравшей 16 номинантов, завоевала картина «Частица» турецкого режиссера Эрдема Тепегеза, посвященная девушке, ищущей в Стамбуле работу. Актриса Жале Арикан, исполнившая в «Частице» главную роль, признана лучшей актрисой. Приз за лучшую мужскую роль присужден Алексею Шевченкову, сыгравшему в фильме «Иуда» режиссера Андрея Богатырева.