Военная рапсодия

  • Блоги
  • Зара Абдуллаева

В России продолжается прокат картины «Белый бог» венгерского режиссера Корнела Мундруцу, чья мировая премьера с большим успехом состоялась в прошлом году на Каннском фестивале в секции «Особый взгляд». Восторги жюри не вполне разделяет Зара Абдуллаева.


cannes-festival-logo«Белый бог» Корнела Мундруцу – кино расчетливое и обреченное на успех. Награда в каннской программе «Особый взгляд» была венгерскому режиссеру предопределена. В самом деле, участие почти трехсот бездомных собак, которые, как засвидетельствовали финальные титры, нашли себе после съемок хозяев, не могло анестезировать чувствительность жюри. Никто из собак, участников «Белого бога», к счастью, не пострадал. Тому порука список дрессировщиков, кинологов и прочих, самых важных для этой картины людей. К тому же эпизоды нашествия в бешеном ритме собак на мирный Будапешт сняты по старинке, без компьютерных ухищрений. А это указует на трудовой энтузиазм режиссера, который, впрочем, запутался в сценарных перипетиях. Но такого рода промахи ему простили за беспроигрышную антиутопию о жестоких венграх, поголовно ненавидящих домашних животных, о бездушных законах, требующих уплаты налогов за содержание дворняг, а также за бескомпромиссную тринадцатилетнюю героиню-музыкантшу, не предавшую своего пса по имени Хаген, которому режиссер заготовил грандиозные мытарства. Это двуликое – доброе и беспощадное (после накачки специальными средствами) – существо сыграли разные собаки. Кажется, близнецы.

«Белый бог», официальный трейлер

Легко предположить, что «Белый бог» снят не только о жестоких людях и бедных животных, париях общества, объятого ненавистью, пропитанного хоррором, но вообще о тоталитаризме. Однако Мундруцу застревает между собственными намерениями, вклинивает в зрелищный дискомфортный сюжет криминальную историю: подготовку собак к подпольным боям без правил. Эта банальная компонента «Белого бога» (о, сколько снято более осмысленных фильмов про такие битвы) – всего лишь жанровая заплатка в его глобальной метафоре о жести всех людей и особенно «спецслужб», отстреливающих собак, хлынувших из приюта, где их безжалостно усыпляли, на улицы, автострады венгерской столицы. По преимуществу безлюдной, инфицированной страхом, а заполненной массовкой во время массированного набега животных-убийц.

Все бы ничего, если б Мундруцу не сделал бы Лили, чудесную собачницу, участницей школьного оркестра, которая навострилась ублажать Хагена звуками венгерской рапсодии Листа. Если б не наградил дирижера этого оркестра повадками отпетого монстра при виде Хагена на репетиции. Если б отцу Лили, с которым девочку оставила ее мать, уехавшая с новым мужем в Австралию, не навязал роль контролера качества мяса, пригодного к употреблению (так и просится сказать «человеком-зверем») на бойне, где освежевывают коровьи туши. А еще и роль ненавистника домашних животных, отказавшегося платить за Хагена налог и выбросившего его из машину на панель. Ну да, девочка с собакой по законам страшной сказки – еще одна жанровая привязанность режиссера – должны противостоять миру, настигнутому в безвременье. Настоящее ли время действия фильма или скорое будущее значения, в данном случае не имеет. Бунт собак, вырвавшихся из концлагеря-приюта, можно с ученым размахом интерпретировать в какой угодно социально-исторической перспективе.

white-god-2«Белый бог»

Кажется, что Мундруцу увлекся трюковой способностью снять и смонтировать полчища собак, мчащихся по Будапешту. Все остальное – разномастный гарнир для этих впечатляющих сцен. Присовокупив эпиграф из Рильке про ужасы мира и неотвратимость любви, режиссер вроде бы портретирует современный социум, его антропологию, которым противостоит девочка-тромбонистка с золотым сердцем. Ее Мундруцу удостоил романтическим – пришитым за уши – влечением к злокозненному старшекласснику-пианисту.

Кое-кто в этом фильме все же пережил перековку. Например, работник бойни, папа Лили, он же бывший профессор, которого не по имени, а по званию окликает его соседка – яростная антисобачница и стукачка. Мундруцу не забудет это припомнить и в нужное по сюжету время ее наказать.

Звезда после каннской победы венгерского кино является еще и театральным режиссером. В 2014 году на фестивале NET был показан его спектакль «Деменция» – образчик перестроечного театра 90-х годов, безумно грубый и поверхностный до неловкости. В том спектакле действие происходило в психушке, помещение которой предприимчивый хозяин собрался выгодно продать. Бесправных, как бездомные собаки, пациентов ждала улица. Бедолаги, однако, проявили солидарность и свое потерянное убежище подожгли.

white-god-3«Белый бог»

Можно было бы придумать, что «Белый бог» есть, если поиграть в слова god/dog, полемическая реплика фильму Фуллера «Белый пес», где белая собака нападала исключительно на чернокожих, в то время как Мундруцу рекрутирует армию собак для более масштабного революционного возмездия. Для восстания униженных озверевших бесправных рабов. Так это или иначе, но его картине с финальной, слащаво символической мизансценой, призывающей зрителей к ложному катарсису, не грозит приблизиться к отчаянной «Животной любви» Зайдля, к собачьей новелле Иньярриту из «Суки-любви», берущей за горло. Не говоря об эпизоде на живодерне, конгениальном «Лакримозе», в «Астеническом синдроме» Киры Муратовой. Вероятно, бравурная венгерская рапсодия даже в эпоху военных действий не в состоянии соперничать с любой частью реквиема.

 

Ангел потребления. «Хэппи энд», режиссер Михаэль Ханеке

№4, апрель

Ангел потребления. «Хэппи энд», режиссер Михаэль Ханеке

Андрей Плахов

Михаэль Ханеке, дважды каннский триумфатор, мог стать единственным в режиссерском мире обладателем трех «Золотых пальмовых ветвей». Этого не случилось, его новый фильм на сей раз вообще не получил никаких наград, однако без «Хэппи энда» была бы совсем не полной картина 70-го Каннского фестиваля. Его ключевой темой, запечатленной и в «Квадрате» Рубена Эстлунда, и в «Нелюбви» Андрея Звягинцева, и в «Убийстве священного оленя» Йоргоса Лантимоса, стал эгоизм общества потребления, чреватый насилием, трансгрессией и сломом личности.

Колонка главного редактора

Новая жизнь «Искусства кино». Обращение Антона Долина

10.07.2017

Здравствуйте! Я – кинокритик Антон Долин. Возможно, вы знаете меня по эфирам радио- и телепередач, по статьям в разных изданиях и нескольким книгам. Но обращаюсь я к вам в ином, новом для меня, качестве: как главный редактор журнала «Искусство кино». В эту невероятно почетную и ответственную должность я вступил с начала лета.

Новости

Фестиваль «Восток & Запад. Классика и авангард» подвел итоги

24.10.2014

24 октября в Оренбургском областном драматическом театре им. Максима Горького состоялась торжественная церемония закрытия VII международного кинофестиваля «Восток & Запад. Классика и авангард».