Японское аниме, влияние советских анимационных фильмов на зарубежные и «веселое искусство анимации»

Возможность острова: Миа Хансен-Лёв в гостях у Бергмана

«Остров Бергмана» (2021)

Новый фильм Миа Хансен-Лёв «Остров Бергмана» — сцены из супружеской жизни двух режиссеров, приехавших на балтийский Форё, где жил классик. Мировая премьера прошла летом на Каннском фестивале (первое, хотя давно заслуженное попадание Хансен-Лёв в основной конкурс), а сейчас картина выходит в российский прокат. О том, почему важно не спутать реальность с фильмом Бергмана, пишет Андрей Карташов.

Форё — небольшой остров в Балтийском море близ шведского берега: несколько сот человек постоянного населения, редкие дома среди овечьих пастбищ, одна церковь, ни одной больницы или полицейского участка; связь с внешним миром — через паром с более крупного Готланда. Сюда приезжают из больших шведских городов подышать хвойным воздухом и посидеть на каменистых пляжах, и больше Форё ничем не был бы известен, если бы не самый знаменитый швед XX века — Ингмар Бергман. Он приехал на остров в поисках натуры для фильма «Сквозь тусклое стекло» и в результате поселился на Форё, снял там же еще пять игровых фильмов, два документальных и сериал «Сцены из супружеской жизни».

«Сериал, который заставил миллионы людей развестись», — с дружелюбной скандинавской иронией напоминает добродушная шведка, показывая дом, где проходили съемки, иностранным гостям. Это чета режиссеров, прибывших на ежегодный бергмановский фестиваль: Тони (Тим Рот) позвали провести мастер-класс, Крис (Вики Крипс) таких предложений пока не получает и приехала заодно с мужем. На время визита супругам предстоит спать в той самой кровати, которую в «Сценах» делили Лив Ульман и Эрланд Юзефсон. «Может, лучше в соседней комнате?» — говорит Крис. Кажется, шутит.

В «Острове Бергмана» много таких малозаметных двусмысленностей — которые, очевидно, встроены в структуру супружеской жизни Тони и Крис. Их брак кажется прочным — они уже давно вместе, пообтесались, попривыкли друг к другу и не тратят времени и сил на ссоры — однако Крис не выглядит счастливой в этих асимметричных отношениях. Начинающая режиссерка в тени знаменитого мужа на 20 лет ее старше, героиня Крипс хронически не уверена в себе, не проявляет инициативу и лишнего не говорит. Тони вполне доволен собой, в браке ему комфортно, и он не замечает или предпочитает не замечать сигналы со стороны жены. Она часто дает ему возможность понять свои слова как шутку, он этим пользуется.

«Остров Бергмана» (2021)

Сама актриса по первой профессии, Миа Хансен-Лёв делает актерские фильмы, собранные из взглядов, интонаций и жестов. Тони и Крис говорят в основном о Бергмане и о своей работе — оба пишут на Форё сценарии. Но за этим явным сюжетом всегда виднеется скрытый — в том, как Крис недоговаривает мужу что-то незначительное, как Тони обнимает ее за плечи привычным жестом и косится на ее реакцию, незаметно проверяя, все ли в порядке; как он умудряется не отвечать ничего существенного ни на один ее вопрос. Сам кастинг отражает диспозицию персонажей. Звездный артист Тим Рот играет звездного режиссера, воспринимающего внимание к себе как должное, и самому актеру, кажется, не требуется много большего, чем включить свою врожденную маскулинную харизму. Вики Крипс, известная всего одной ролью в «Призрачной нити» Пола Томаса Андерсона, в этом дуэте всегда остается в тени, хотя история показана с ее точки зрения (тихую женщину при мужчине-нарциссе она играла и у Андерсона). Крис в отношениях вынуждена буквально говорить на языке своего мужа: люксембурженка Крипс объясняется по-английски с неопределенным европейским акцентом. За весь фильм мы так и не узнаем, откуда родом героиня и какой ее первый язык.

Как и прежние работы Хансен-Лёв, «Остров Бергмана» лишен броских формальных приемов и визуальных изысков, но строгие северные пейзажи, знакомые по «Персоне» и «Стыду», предоставляют режиссерке эффектный фон для нарратива. (Форё — своеобразное место, заповедник сродни тому, что у Довлатова; Хансен-Лёв расцвечивает фильм смешным местным колоритом — фольклором про Бергмана, реально существующей экскурсией «Бергман-сафари» и другими проявлениями скандинавского юмора.) Действие в фильмах датчанки часто происходит под солнечным светом — это кино не про темные импульсы и страшные тайны, тут все на виду. Когда Крис спрашивает Тони, о чем его новый сценарий, он отвечает по своему обыкновению уклончиво: «О невысказанных вещах, которые происходят внутри пары». Такое описание подходит и ко многим картинам Бергмана, и к самому фильму Хансен-Лёв, только у шведа невысказанные вещи превращаются в экзистенциальные кризисы, а Хансен-Лёв интересует именно динамика в паре, и поэтому в качестве сюжета она выбирает обычный, недраматичный эпизод их жизни. Если «Сцены из супружеской жизни» идут по ключевым поворотным точкам в истории одного брака (и в этом очень точны — неслучайно 50 лет спустя появился американский ремейк), то «Остров Бергмана» показывает то, что происходит между сериями.

«Остров Бергмана» (2021)

Однако «Остров» устроен сложнее, чем кажется на первый взгляд. Крис задается вопросом о соотношении жизни и искусства — в биографии Бергмана ее волнует то, что он смог посвятить себя творчеству и не занимался своими многочисленными детьми. Классик был, мягко говоря, сложным человеком, и можно было бы много сказать о художнике в жизни и в искусстве на его примере (а тема ответственности за детей остро ставит вопрос о гендерных ролях), но эта линия в «Острове» дана слабо, в основном диалогами. Зато Хансен-Лёв показывает, как материал реальности перерабатывается в творчество, сопоставляя жизнь с сюжетом, придуманным самой Крис. Она пересказывает новый сценарий Тони, и на экране мы видим вставной фильм в фильме — о молодой женщине Эми (Миа Васиковска), которая на том же Форё встречается со своим давним бойфрендом Джозефом (норвежец Андерс Даниэльсен Лие из фильмов Йоахима Триера) — и заново в него влюбляется, хотя тот, во-первых, уже женат, а во-вторых, манипулирует героиней, и это, очевидно, привычный паттерн их отношений.

Хансен-Лёв знает: многие хотели бы видеть себя героями Бергмана, но на самом деле никто не живет в фильме Бергмана, повседневные страсти не возвышаются до проклятых вопросов. История отчуждения в браке, которая разворачивается в фильме, выглядит совсем не как в «Стыде», «Часе волка» или даже «Сценах из супружеской жизни». Местами она напоминает, скорее, о Вуди Аллене. Некоторые эпизоды в начале «Острова» выглядят едва ли не пародией на нью-йоркского подражателя Бергмана и его европейские картины: вот красивые виды, вот застольная сцена, где героям проводят ликбез, а вот симпатичный персонаж из местных, болтливый умник, готовый показать героине секретные закоулки Форё. Эти сцены сделаны в отчетливо иной условности, чем разговоры Крис и Тони: так, например, между собой супруги говорят о Бергмане со знанием дела, но в сцене застолья с организаторами фестиваля Крис задает вопросы вроде «А у Бергмана было что-нибудь про бога?», и ей отвечают чеканными формулировками как будто из лекции или Википедии (один из собеседников — киновед Стиг Бьоркман, который действительно работает на фестивале; он автор книг интервью и с Бергманом, и с Вуди Алленом).

«Остров Бергмана» (2021)

Может быть, первая часть фильма — это и есть сценарий Тони, действие которого происходит также на Форё? Его «невысказанные вещи, которые происходят внутри пары», оборачиваются клише об усталых супругах в совместной поездке — так же, как тоска Крис по чувству влюбленности оборачивается мелодраматической фантазией. Вставная история тоже снята иначе — там закадровый текст, больше ночных сцен с эффектным освещением, больше музыки, эмоции повышены на два тона. И это тоже не Бергман — Эми и Джозеф не решают экзистенциальные вопросы, просто он ей пользуется, а она ему позволяет. Крис не может отделить жизнь от искусства — поэтому, должно быть, она не может придумать финал своего сценария, ведь концовки жизненных сюжетов никогда не известны заранее.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari