Масочный режим Берлинале. Супергерои YouTube. Аббас Киаростами крупным планом

Дракон и свинокрыл: «Шан-Чи и легенда десяти колец»

«Шан-Чи и легенда десяти колец», 2021

Киновселенная Marvel приросла еще одним супергероем: в четверг в прокат выходит «Шан-Чи и легенда десяти колец». Специально для «Искусства кино» за азиатским поворотом калифорнийской франшизы наблюдала Нина Цыркун.

Как мы знаем из теории Большого взрыва, Вселенная расширяется, что сопровождается увеличением расстояния между ее объектами. Это правило, как выясняется, свойственно и вселенной Marvel. «Шан-Чи и легенда десяти колец» Дестина Дэниела Креттона представляется блокбастером, очень далеко отлетевшим от сверхплотного ядра классического марвеловского супергероического универсума. Впрочем, связующим звеном между новым фильмом и «материнской платой» можно считать «Черную пантеру», которая тоже значительно расширила гео- и космографию этой вселенной.

«Шан-Чи», пожалуй, можно назвать началом новой франшизы, вплавляющим в общую картину нарратив классического азиатского кино боевых искусств 70-х, доведенных до невероятного совершенства с помощью новейших компьютерных технологий. Связками с исходником служат многочисленные отсылки и тот ироничный факт, что героя по имени Вэнь Ву (в исполнении Тони Люн Чу Вая) за более чем тысячелетнюю жизнь называли и Мандарином. Что отсылает к «Железному человеку — 3», где некий актер лишь изображает злодея-террориста Мандарина — таким, каким его рисуют в своем воображении люди западной цивилизации. А тут на экране появляется игравший мнимого Мандарина Бен Кингсли, который в этот раз опять-таки актер, Тревор Слэттери.

«Шан-Чи и легенда десяти колец», 2021

Местом синтеза западноевропейского продукта и восточной экзотики выбран, в частности, фантастически отстроенный Макао — самая старая европейская колония в Восточной Азии, что придает органичность замыслу и, кроме всего прочего, демонстрирует превосходство этого города чуть ли не XXII века над одним из красивейших западных городов, где начиналось действие, — Сан-Франциско. Кроме того, здесь вычитывается и традиционная китайская идеология исходного космогенеза в представлении китайской философии — инь и ян. Хотя истинная суть этой идеологемы не равняется известным в обыденном сознании оппозициям Солнца-Луны, темного-светлого, мужского-женского и т.д., однако не только среднестатистическим европейцам, но даже самим китайцам свойственно именно подобным образом эту пару и представлять. Никто в фильме про инь и ян не говорит, но неискушенному в китайской грамоте зрителю вроде меня бросается в глаза, что главный конфликт фильма (кроме универсального: архаичный отец — современный сын) изначально задается противостоящей парой мужчины и женщины. Одержимый жаждой всевластия Вэнь Ву добирается до волшебной деревни, за которой скрывается целый мир. На страже этого мира стоит юная красавица Цзян Ли (Чэнь Фала), и между ними происходит схватка, победительницей из которой выходит женщина, а кроме того — настигшая обоих любовь. Это и дает ключ к общей идее фильма, отвечающей философии инь-ян: целью человеческого существования является баланс и гармония противоположностей. Тем не менее окончательной победы в этом противоборстве быть не может, ибо вообще не бывает ничего окончательного. Стало быть, и за финалом фильма неизбежно последует сиквел. Но пока что эстафету матери примет ее дочь Сялин (Чжан Мэнъэр), а новый баланс будет утверждаться благодаря ей и ее брату Шан-Чи (Симу Лю), который однажды так бессердечно сестрицу-подростка покинул.

За время его отсутствия Сялин сумела выстроить собственную маленькую «империю» — бойцовский клуб — и вообще показала себя как девушка предприимчивая, самостоятельная и не уступающая мужчинам в боевых качествах, которую можно сравнить с Шури из «Черной пантеры». Подобно своей африканской сверстнице, Сялин должна решить дилемму: следовать ли, повинуясь архаичной традиции, за голосами мертвых или начать писать историю заново… Ее западный эквивалент — подружка Шан-Чи Кэти. Она типичная представительница нового поколения Запада. Окончившая престижный университет, эта бодипозитивная девушка довольствуется работой на парковке при фешенебельном отеле. Вместе, кстати, с Шан-Чи, умеющим говорить на нескольких языках и называющим себя на американский манер Шоном. Этническая китаянка, Кэти не имеет китайского имени, но, как выясняется, вполне вписывается в китайское комьюнити — генетику со счетов не сбросишь. Актрисе Аквафине зритель обязан забавным непринужденным юмором, которым обладает ее героиня, в частности метким определением «свинокрыл», которым она награждает пушистого спутника Тревора по имени Моррис. Эта неведома зверушка оказывается посланцем чудесного мира за волшебными вратами, куда Моррис знает дорогу, и он приведет наших героев к традиционной для марвеловских блокбастеров великой битве, где, конечно, выйдет на авансцену воплощение ян и символ Китая — дракон.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari