Квентин Тарантино и «Однажды в… Голливуде», Канны-2019 и финал «Игры престолов» — в свежем номере журнала «Искусство кино»

Меньшой фестиваль мультфильмов: «Любовь, смерть и роботы» демонстрирует технику вместо фантастики

«Любовь, смерть и роботы», 2018 (новелла «Доброй охоты»)

На Netflix показали первый сезон анимационной антологии «Любовь, смерть и роботы», которую очень тепло приняли поклонники анимации. Алексей Филиппов разобрался, почему новый проект Дэвида Финчера и Тима Миллера не так однозначно хорош, хотя и заслуживает теплых слов в адрес аниматоров.

Легенда гласит, что замысел альманаха «Любовь, смерть и роботы» родился больше десяти лет назад. Дэвид Финчер и Тим Миллер, аниматор и основатель студии визуальных эффектов Blur, хотели сделать что-то в духе «Тяжелого металла» (1981) — экранизации нескольких новелл из одноименного комикс-журнала. Там в разное время публиковались такие выдающиеся художники, как, например, Жан Жиро и Энке Билал. Проект застопорился, Миллер из аниматора успел превратиться в режиссера (это он снял первого «Дэдпула»), а Финчер остался Финчером, разве что подружился с Netflix. И вот проект мечты реализовался: 18 разношерстных новелл, основанных на рассказах писателей-фантастов и созданных различными студиями в пестрой палитре анимационных манер.

Закономерно, но список достоинств «Любви, смерти и роботов» ограничивается перечнем рекламных слоганов: изобилие техник и сюжетов, секс, насилие и рок-н-ролл — формальные признаки «взрослой анимации». Иными словами — внешние эффекты. Love, death & robots выглядит дорого и солидно, техническая сторона этого фестиваля мультфильмов действительно на высоте во всех проявлениях, от реалистичной 3D- анимации до традиционной, напоминающей рукотворную. Как питчинг анимационных студий альманах Миллера и Финчера вполне удался, но как сборник художественных произведений — не очень.

Из 18 короткометражек в лучшем случае треть производит впечатление осознанных, не обрывочных историй. Большая же часть напоминает вырванные из контекста эпизоды, чаще всего — сцены из видеоигр (это неудивительно, так как многие студии на этом виде искусства и специализируются). С той лишь разницей, что эти «кат-сцены»Эпизод внутри игры, где пользователь не может управлять процессом. Используются для развития сюжета или демонстрации геймплея — прим. ред. не дополнены ни предысторией, ни развитием сюжета, ни возможностью солидаризироваться с персонажами через игровой процесс. Например, новелла «Счастливчик 13», где Самира Уайли из «Оранжевый — хит сезона» подвергается крепкой дружбе с боевым самолетом, как самостоятельный сюжет выглядит попросту беспомощно, незначительно и случайно.

«Любовь, смерть и роботы», 2019 (новелла «Свидетель»)

Что характерно, это беда в первую очередь эпизодов, напирающих на реалистичную графику: наглядная демонстрация, как технология невольно подавляет вдумчивую проработку концепта. Большинство историй из «Любви, смерти и роботов» именно что сырые, дальше заявки интересной идеи не идущие. Например, оборотни воюют в Ираке («Оборотень»); Красная армия сражается с потусторонней силой во время Великой Отечественной войны (невероятно детализированная «Секретная война»); люди вымерли, а роботы в отпуске исследуют то, что осталось от нашей цивилизации («Три робота»); киборги грабят поезд («Слепое пятно»).

Некоторые спасаются форматом анекдота: незамысловатые «Альтернативные истории» бойко рассказывают о шести способах развития цивилизации в случае смерти Адольфа Гитлера — в драке с евреями или от метеорита. Есть, впрочем, пример поудачнее: новелла «Когда йогурт захватил мир» в пять минут остроумно укладывает сатиру на человеческое самодовольство, бесконтрольное потребление и неумение следовать инструкциям даже ради очевидного блага.

Иронично, что лучшие эпизоды альманаха не прибегают к столь привлекательным моментам «взрослой анимации», в них нет ни обнаженного женского тела, ни однотипных струй хлещущей крови. Но чем клишированнее сюжет, тем заметнее в нем бестолковая молодецкая удаль, непонятный подростковый восторг. Если в сценарии фигурирует женщина, она должна быть незамедлительно обнажена или вовлечена в половой акт; если есть возможность пролить литры крови — это и станет темой.

«Любовь, смерть и роботы», 2019 (новелла «Рыбная ночь»)

Открывающая альманах новелла «Преимущество Сонни» — прикидывающийся феминистическим высказыванием гладиаторский бой с применением исполинских монстров — вполне показателен. Куцый мир, напоминающий примерно все научно-фантастические сеттинги, ставка на графику и блага 18+, уверенность в том, что гротескная маскулинность и боевитая феминность не раскроют незамысловатый твист задолго до финала.

Во всем этом читается авторский метод Тима Миллера, чей «Дэдпул» благодаря тем же приемчикам и легкой деконструкции супергеройского жанра в свое время довольно успешно прогремел в кинотеатрах. Спустя три года на Netflix и с амбициями сделать анимацию снова великой это выглядит уже не так впечатляюще: затертые сюжеты из золотого фонда научной фантастики (если «Счастливчик 13» эксплуатирует «Звездный десант», то «За разломом Орла» не стесняется подрезать идеи у еще не остывшей «Матрицы»), а то и вовсе нарраторские обрывки, призванные продемонстрировать технологическую мощь. Есть, впрочем, и тут приятные сюрпризы. Альберто Миэльго, аниматор оскароносного мультфильма «Человек-паук: Через вселенные», сделал находчивый триллер «Свидетель», где визуальная самобытность с вкраплениями комикс- и БДСМ-эстетики оправдывает сюжетный пустячок, напоминающий ленту Мёбиуса.

Если «Любовь, смерть и роботы» задуманы в формате демонстрации работ выпускников киношкол, то это снимает многие вопросы. Но не объясняет довольно обильных восторгов, признающих за местным собранием сочинений статус не столько эскизов и проб пера, сколько действительно интересных работ. Таковые можно сосчитать по пальцам одной руки — и все они, как было сказано выше, не прибегают к дешевым трюкам, а затягивают зрителя в размышление о вечном, а не эффектном.

«Любовь, смерть и роботы», 2019 (новелла «Зима Блю»)

Например, «Рыбная ночь» — живописная история про отца и сына, которые по своим коммивояжерским делам пересекают каньон и вынуждены заночевать прямо посреди бывшего моря. В ночи им являются призраки всевозможных подводных созданий — и это одновременно история про память места, бурную фантазию обывателя и, возможно, намек на непростую судьбу пожилого коммивояжера. Новелла основана на рассказе Джо Р. Лансдейла (по его же тексту снята довольно дурацкая «Cвалка»).

Еще одна философская зарисовка называется «Зима Блю». Это основанная на рассказе астрофизика и фантаста Аластера Рейнольдса история про загадочного художника по имени Зи́ма, который создает картины с неподражаемым оттенком голубого (он и называется «Зима Блю»). Полотна становятся все больше (их видно уже из космоса), художник начинает механически совершенствовать свое тело, но целью всего этого предприятия оказывается едва уловимое воспоминание, которое, в сущности, и объясняет все человеческие устремления в невообразимом мире технологий, возможностей и обязательств. Тут сказывается не только емкость истории, но и мастеровитость режиссера: новеллу делал Роберт Вэлли, режиссера клипов Gorillaz и пары эпизодов в анимационных сериалах «Эон Флакс» и «Трон: Восстание».

Иными словами, «Любовь, смерть и роботы» напоминает о том, что взрослость анимации измеряется не мнимой смелостью визуального изображения, но готовностью говорить на серьезные темы. С этим у адептов 18+ иногда возникают проблемы, но хочется верить, что начинание Netflix действительно проложит дорогу вдумчивой, наглой и самобытной анимации, а все дорогие пустячки встанут на службу чьим-то более глобальным и стройным замыслам.

«Любовь, смерть и роботы», 2019

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari