С 15 по 23 августа 2026 года в Москве пройдет фестиваль «ЦИКЛ». Помимо премьер зарубежных полнометражных фильмов и ретроспектив, зрителей ждет масштабная российская программа короткого метра, в которую вошли работы, снятые за 2025‒2026 гг. Мири Скрипиль выбрала десять фильмов из программы и рассказала про них.
Ключевым преимуществом российской программы короткого метра является ее стилистическое, жанровое и тематическое разнообразие. Командой «ЦИКЛа» были отобраны игровые и документальные, повествовательные и бессюжетные фильмы, эксперименты в области found art’а, задействующие всевозможные художественные методы.
Многие из представленных работ исследуют кинематограф как синтетический медиум, испытавший значительное влияние традиционных искусств. Пиктореалистические эффекты в фильме Стефании Астафьевой «К памяти» и акварельная техника в «Ночи перед кораблекрушением» Артема Терентьева свидетельствуют о стремлении режиссеров существовать на пересечении художественных стилей, обогащая зрительский взгляд на мир.
Обращаясь к аналоговому видео или цифровым артефактам, авторы стремятся нащупать нерв современности, непосредственно запечатлеть момент уязвимости любых технологий перед неумолимым прогрессом — их, как писала Роза Менкман, «отпечатки несовершенства». Российские режиссеры исследуют сбои, баги и ошибки программного кода как эстетические прецеденты. Созданные в направлении глитч-арта работы обращаются к вопросам деформации памяти (Poetizi Анастасии Савенко-Садовски) и конструирования «цифрового я» в эпоху посткино (Mo.DEL FACE Ульяны Абудковой).
Молодые режиссеры зачастую выступают последователями дюшановской традиции реди-мейда, формируя собственные произведения на основе найденного в фото- и видеоархивах. Идея мира как альбома или картотеки пленяет не только доступностью материала, но и вариативностью, привносимой авторской волей.
Названный в честь одноименного стихотворения Геннадия Айги фильм Ирины Кистановой — путешествие по плоским «ландшафтам» черно-белых фотографий из семейного архива. Звук детского голоса прерывается шорохом карандаша, схватывающего каждую мелкую деталь портрета. Трещины и царапины на снимках — увечья, причиненные временем, — подобны шрамам на коже. Глубоко личная история о потере родителей легко обходится без биографических подробностей, становясь для каждого приглашением в мир ностальгии, тоски об утраченном: « … и будто лишь это осталось как некое дело и жизнь».
Основой монтажного фильма Юрия Михайлина стала кассета 1995 года, на которую был записан момент подготовки маленького Жени ко сну. Как вспышки памяти, появляются сцены из любимых мультфильмов, оживают сюжеты из детства. Образы Древней Греции, созданные советскими мультипликаторами, диснеевский Бэмби, пчелка Майя и выпуск передачи «Спокойной ночи, малыши!» сопровождаются поэзией Осипа Мандельштама и Алексея Цветкова. Голоса чтецов переносят зрителя по ту сторону времени: оттуда о жизни и смерти говорит уже как будто повзрослевший герой.
Черно-белое киноэссе Елизаветы Жариковой — история о рождении Петербурга, где эстетической доминантой выступает визуальная гармония форм, порожденных двумя стихиями — водой и камнем. Контуры раковин древних моллюсков повторяют изгибы лестниц петербургских парадных. Колышущаяся речная гладь напоминает рябь изображения, воспроизводимого нестабильным носителем, а стремительно сменяющие друг друга кадры гранита — живописные эффекты на нитропленке, возникающие при окислении или попадании влаги.
Короткий метр Веты Гераськиной, ускользающий от любых жанровых определений, посвящен философу Федору Гиренку и является попыткой репрезентации мира «галлюцинирующего человека». Бессюжетный фильм проблематизирует основополагающую для истории искусства дихотомию фигуры и фона. Женский силуэт, за счет контрового света выглядящий бесплотной тенью, становится брешью на изображении, разрушая его мнимую целостность. Кропотливая работа с цветокоррекцией (Андрей Натоцинский) и звуком (Константин Червяков) порождает впечатляющее аллюзивное поле, включающее сумеречный колорит картин Куинджи, романтические пейзажи Каспара Давида Фридриха, «вывихнутое» время немецкого киноэкспрессионизма и Эдем триеровского «Антихриста».
Фильм вошел в топ лучших фильмов 2025 года по версии журнала «Искусство кино».
Фотофильм Марьяны Слепушкиной снят через оптический прибор, напоминающий подзорную трубу или бинокль: зритель вынужденно оказывается в положении подглядывающего. Зернистое изображение, будто наделенное собственной чувственностью, усиливает ассоциации с химической реакцией. Мир глазами бестелесного наблюдателя — визуальный шум, который сам по себе есть воплощение чистой одержимости, всепоглощающего фантазма.
Главная героиня фильма Марии Паламарчук 20-летняя Настя переезжает в Бангкок к своему старшему брату и его бывшей девушке-тайке. Ее быстрое знакомство с местной секс-индустрией передано с помощью цифрового изображения прямиком из 2000-х и экстремального зуммирования. Девушка документирует каждый свой шаг: прогулки с подругой, шопинг в торговом центре, близость с клиентом. Съемка, похожая на реалити-шоу, принимает форму бесконечного нарциссического акта, в котором зеркало заменено экраном ручной видеокамеры и десятками объективов новых коллег.
Документальный фильм Степана Тихонова снят зимой 2025 года в разгар экологической катастрофы в Анапе. В центре истории — местная душевнобольная Даша, которая пытается найти себе жениха. Абсолютная индифферентность на фоне русского юга в несезон и суеты вокруг попыток спасти побережье только усиливает ощущение всеобщего помешательства.
Киноэссе Лены Скрипкиной в жанре found footage — виртуальный альбом чужого путешествия, маршрут которого реконструируется автором. Фотографии и видеозаписи из Индии, найденные на блошином рынке, — больше чем элементы этнографических зарисовок. Возможность эмоционально подключиться к опыту путешественника осуществляется через фигуру воображаемого друга, адресата послания, которое озвучивает закадровый голос. «Забыть о том, что диктует реальность» — значит читать между строк, смотреть между кадрами, полагаясь только на собственную фантазию.
Похьёла (от финского pohja — север) — далекая суровая страна из карельских эпических песен, которая часто ассоциируется с потусторонним миром. В суровых условиях Севера вместе со своим мужчиной живет рыбачка. Возвращение ее сына из ниоткуда нарушает размеренный быт пары. В фильме Лео Поутонена «темное царство», где нет солнца, а небо смыкается с землей, создается при помощи леденящего цветокора и длинных планов. В стране снегов и вечной ночи люди обходятся без слов и понимают любовь как нечто интуитивное, приходящее само и застающее врасплох.
Кассета с адресацией Мамедов — Князеву и дарственной надписью «Юбиляру посвящается» была найдена на Удельном рынке весной 2026 года. Поздравительная видеооткрытка заставляет задуматься о специфике кинолюбительства 1990-х гг. и характерных для него медиумов. Кому атрибутировать авторство при возможности неоднократной записи на тот же самый носитель? Говорит ли о чем-то доснятый самим юбиляром эпизод, или жизнь замечательных людей так и осталась для нас загадкой?
К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:
Google Chrome Firefox Safari