Квентин Тарантино и «Однажды в… Голливуде», Канны-2019 и финал «Игры престолов» — в свежем номере журнала «Искусство кино»

На что похож секс с зомби: 10 необычных фильмов про живых мертвецов

Фрагмент постера «Возвращения живых мертвецов 3», 1993

В прокат выходит мистическая драма «Малышка зомби» Бертрана Бонелло, возвращающая зомби к карибским корням. Ходячие мертвецы в истории кинематографа использовались в самых разнообразных сюжетах: и в качестве экзотического фона для старомодных историй про колдунов-помещиков, и как иллюстрация проблемы эксплуатации женского тела. Дмитрий Соколов выбрал десять очень разных, но одинаково примечательных фильмов, показывающих все грани зомби-хоррора.

«Король зомби» (1941)

Американский самолет терпит крушение на небольшом островке посреди Карибского моря. Спасшиеся пассажиры находят убежище в старинном особняке, владеет которым таинственный доктор Сангре (Генри Виктор, британская звезда эры немого кино). Вскоре выясняется, что доктор не только практикует вудуистские ритуалы, поднимающие мертвецов, но и работает на вражескую разведку. Он пытается выведать важную информацию у пленного адмирала ВМФ США, заточенного в подвале особняка. Разумеется, героям придется помешать планам доктора — и как можно скорее.

Снятый в годы Второй мировой, «Король зомби» был первой попыткой создать комедийный зомби-хоррор. Хотя это был типичный малобюджетный проект знаменитого в 1940-х и 1950-х продюсерского дуэта Уильяма Томаса и Уильяма Пайна, критика и зрители приняли фильм хорошо; он даже удостоился одной — музыкальной — номинации на «Оскар». Однако наиболее всего он примечателен сюжетом, который использует традиционный для того времени карибский сеттинг и экзотику вуду в качестве фона для шпионской истории, разыгранной в абсурдистском ключе. Через два года последовал сиквел — «Месть зомби», где немецкий ученый (играет его Джон Кэррадайн) стремился создать армию солдат-зомби для Третьего рейха (кажется, это было первое использование сюжета, дожившего до наших дней в десятках и сотнях треш-хорроров).

«Я гуляла с зомби» (1943)

Бетси, медсестра из Канады, приезжает на остров Сан-Себастьян, чтобы работать по найму на семью богатого плантатора. Она обнаруживает, что жена хозяина плантации, о которой Бетси предстоит заботиться, находится в пограничном состоянии. Местные потомки рабов, трудящиеся на плантации, убеждены, что женщина превращена в зомби с помощью магии вуду. Поначалу Бетси отказывается в это верить, однако вскоре ей приходит в голову мысль излечить пациентку весьма неординарным вариантом шоковой терапии.

Жак Турнёр вошел в историю хоррора главным образом благодаря фильму «Люди-кошки» (1942), в 1980-х получившему хорошо известный ремейк с Настасьей Кински. Но есть в его фильмографии и несколько других выдающихся жанровых работ, и «Я гуляла с зомби» — одна из них. Сценарий, к которому приложил руку известный писатель Курт Сьодмак, использует сюжетную модель романа «Джейн Эйр» Шарлотты Бронте, искусно переплетая любовную историю и мистические мотивы. Причем по ходу действия в сюжете затрагиваются, пусть косвенно, неожиданные темы: от эвтаназии до критики колониализма. Все это в сумме дает едва ли не первый пример того, как зомби-хоррор можно органично соединить с драмой, что можно считать новаторством.

«Девственница среди живых мертвецов» (1973)

Кристина (Кристина фон Бланк) приезжает из Лондона в поместье к родственникам, чтобы решить юридические вопросы, связанные с завещанием недавно скончавшегося отца. Окружающие ведут себя довольно-таки странно (например, пьют человеческую кровь), но Кристина до поры до времени не придает таким мелочам большого значения. Однако вскоре ситуация меняется: девушка узнает, что все жители замка, в котором она остановилась, уже не принадлежат к миру живых, а душу ее отца похитила Королева Ночи.

Хотя формально фильм знаменитого Хесуса Франко не относится к категории зомби-хоррора, его нельзя проигнорировать. В роли Кристины — одна из звезд эксплуатационного кино той эпохи Кристина фон Бланк, а ее дядю Говарда играет жанровый ветеран Говард Вернон — постоянный член актерской обоймы Франко. Сам режиссер снялся в небольшой роли местного юродивого Базилио, разговаривающего с отрезанной куриной головой. Выпущенный в начале 1970-х, фильм позднее был перемонтирован для проката в разных странах — и в ходе дополнительного монтажа коллега Франко, французский мастер эротического хоррора Жан Роллен, добавил в сюжет эпизоды с зомби. Впрочем, и без него работу Франко можно считать одним из ярчайших образцов треш-кинематографа, в котором присутствуют все характерные для испанского визионера темы: от лесбийских заигрываний с главной героиней до кровососущих женщин, томно прогуливающихся в готических интерьерах. Все это смотрится еще более сюрреалистично, если помнить, что сцены с ходячими мертвецами вставлены из другого треш-шедевра — «Озеро зомби» (1981).

«На волне ужаса» (1977)

Из-за странного оранжевого тумана группа туристов, плавающая на маленькой лодке, сбивается с курса и натыкается на огромный корабль без признаков кого-либо на борту. Поскольку их суденышко повреждено, туристам приходится как можно скорее добираться до ближайшего островка, на котором расположен заброшенный отель. Едва оказавшись на суше, герои понимают, что за ними по пятам следует отряд кровожадных зомби — некогда немецких солдат из элитного отряда СС, в конце войны оставленных умирать на корабле посреди моря.

В фильмах про зомби-нацистов всегда царит особая атмосфера. Чаще всего речь идет о треш-хоррорах, запоминающихся в основном из-за названий вроде «Могилы живых мертвецов»Другие переводы названия — «Кровососущие наци-зомби» или «Оазис зомби» — прим. ред. (1981), или же уморительных потугах на драму («Озеро зомби», 1981) с плохим гримом и беспомощными спецэффектами. На их фоне дебютный фильм малоизвестного, но примечательного режиссера Кена ВидерхорнаПотом он снял сиквел «Возвращения живых мертвецов» и отличный триллер «Глаза незнакомца», где впервые сыграла Дженнифер Джейсон Ли, — прим. автора выглядит настоящей жемчужиной в огромной куче мусора. Это одна из немногих попыток сделать действительно атмосферный хоррор на тему неупокоенных нацистов, где на вторых ролях задействованы культовые артисты Питер Кушинг и Джон Кэррадайн. Также фильм примечателен отличным дизайном самих зомби и подводными съемками — задолго до сцены с акулой во всем известных «Пожирателях плоти»Оригинальное название — Zombie 2 — прим. ред. (1979) Лучио Фульчи. В общем, отличный пример, как можно снять зомби-хоррор про нацистов стильно, с максимальным саспенсом и минимумом клише.

«Дети» (1980)

Возле небольшого городка Рэйвенсбек происходит утечка токсичного газа, жертвой которой становятся местные дети. После смертельного отравления детишки возвращаются к жизни в качестве кровожадных ходячих мертвецов, которые убивают объятиями — превращая жертвы в обугленные трупы. Противостоять им будут местный шериф и группа его друзей, которым придется отрубать руки почти всем городским детям, — только так можно убить малолетних зомби.

Этот фильм небезызвестной студии «Трома»Популярная студия Troma Entertainment, известная независимыми и зачастую низкобюджетными фильмами преимущественно эксплуатационного характера — прим. ред. вполне можно назвать забытым шедевром треш-хоррора. Самое в нем восхитительное — серьезность, с которой режиссер Макс Калманович рассказывает эту безумную историю, которая — в сочетании с неплохими спецэффектами, классным дизайном зомбифицированных детей и музыкой знаменитого Гарри Манфредини (титульный композитор франшизы «Пятница 13-е») — производит поистине сюрреалистическое впечатление. После премьеры фильма одни критики писали, что кино доверху заполнено мизантропией, а другие — что показанные в фильме сожженные тела «выглядят в точности как забытая пицца пепперони с черными оливками и анчоусами».

«Змей и радуга» (1987)

Американский антрополог Алан Дэвис (одна из малоизвестных ролей Билла Пулмана) прибывает на Гаити, чтобы найти рецепт загадочного препарата, известный местным шаманам. Он планирует использовать его в качестве анестетика нового поколения, способного совершить переворот в медицине. Первоначально изыскания Дэвиса носят чисто научный характер, однако чем больше он узнает о местных ритуалах, связанных с воскрешением мертвых, тем тоньше становится для антрополога граница между научным и магическим мышлением.

Фильм основан на широко известной в 1980-е нон-фикшн книге этноботаника Уэйда Дэвиса, который во время экспедиций на Гаити столкнулся с историей зомбификации Клавиуса Нарцисса. Он подробно описал этот случай, предположив, что под мистическими знаниями гаитянских колдунов кроется использование определенного рода растений, вызывающих трансовые состояния, сопровождающиеся потерей памяти и галлюцинациями. Хотя в академических кругах книгу Дэвиса встретили настороженно, она остается главным свидетельством, что феномен зомби — в классическом его в виде — вполне возможен и лишен какого-либо сверхъестественного компонента. Уэс Крэйвен заинтересовался трудом Дэвиса и в «Змее и радуге» предпринял масштабное исследование гаитянской культуры, мастерски связав два различных контекста — этнографический и мифологический. Получился, может быть, один из самых стильных фильмов Крэйвена: здесь множество запоминающихся визуальных решений, которые передают, как экзотическая, но понятная реальность страны «третьего мира» постепенно заменяется сюрреалистическим пространством, заполненным призраками, живыми мертвецами и оживающими снами.

«Возвращение живых мертвецов 3» (1993)

Пара влюбленных тинейджеров — Курт и Джули (Дж. Тревор Эдмонд и Мелинда Кларк) — тайком пробираются в секретную военную лабораторию, где отец Курта участвует в эксперименте по воскрешению мертвецов. В результате трагического инцидента Джули гибнет — и Курт решает как можно скорее вернуть ее к жизни с помощью увиденных в лаборатории технологий. Ему это удается, но есть проблема: теперь ей все чаще и чаще хочется человеческого мяса, а единственное чувство, способное хоть немного притупить всепоглощающий голод, — это боль.

Пожалуй, самый недооцененный — и самый серьезный — фильм известного хоррормейкера 1980-х Брайана Юзны («Реаниматор», «Общество»). Хотя формально это триквел известной франшизы, насчитывающей уже пять частей, по настроению он отличается остальных картин — более комедийных. Юзна снял историю трагической любви, украсив ее вырванными конечностями и поеданием мозгов, характерными для зомби-хоррора. Примечательно, что проблема очеловечивания зомби (и необратимой потери человечности под напором пробуждающихся инстинктов) возникла в массовом кинематографе сравнительно недавно. Так, малобюджетный хоррор начала 1990-х на несколько десятков лет опередил современные тренды.

«Дядя Сэм» (1996)

В провинциальный городок Твин Риверс в канун Дня независимости доставляют гроб с телом сержанта Сэма Харпера (Дэвид Фралик), погибшего во время войны в Заливе от «дружественного огня». Его девятилетний племянник Джоди, боготворивший покойного, убит горем, которое сменяется ужасом, когда дядюшка возвращается к жизни в виде озлобленного маньяка-зомби. Скрывшись под маской «дяди Сэма», сержант Харпер отправляется на главный американский праздник, чтобы жестоко отомстить стране, пославшей его на смерть.

Режиссер Уильям Лустиг («Маньяк», 1980) уже обращался к теме оживших мертвецов, сняв в конце 1980-х — начале 1990-х трилогию «Маньяк-полицейский». В этом же фильме Лустиг эксплуатирует образ «дядюшки Сэма», помещая всемирно известный национальный символ в жанровые рамки слэшера с политическим подтекстом. В 2010-х смотрится такой сюжет даже более актуально, чем в середине 1990-х, когда в американском обществе еще не наблюдалось столь масштабного раскола. За сценарий здесь отвечал Ларри Коэн, известный жанровый автор («Вкусная дрянь», «Кью»), снадбивший происходящую на экране резню внушительной дозой фирменного черного юмора. Кроме того, в фильме засветились несколько приметных актеров: в частности, культовый Айзек Хейз (самая известная роль — голос Шефа из «Южного парка»), Пи Джей Соулз (удушенная Майклом Майерсом в самом первом «Хэллоуине»), а также ныне подзабытый Уильям Смит (сериал «Планета обезьян»).

«Смертельный голод» (1998)

Во время исследовательской поездки за образцами мха студент Марк находит в лесу странную женщину, которая кусает его в шею. С этого момента для него начинается медленный и болезненный процесс трансформации в зомби, который приведет к неизбежному, но трагическому финалу.

Этот фильм — результат энтузиазма одного человека, Эндрю Паркинсона. На съемках он выступил режиссером, сценаристом, продюсером и композитором, а также снялся в небольшой роли. Работа Паркинсона примечательна тем, что под оболочкой низкобюджетного хоррора скрывается неожиданно серьезная попытка взглянуть на образ живого мертвеца как на драматический, даже трагический. В плане постановки проблем фильм значительно опередил свое время не только тематически, но и с точки зрения некоторых технических приемов (например, открывающая сцена снята в псевдодокументальном формате — за год до появления «Ведьмы из Блэр»). Но этой глубине подхода отчетливо противоречит вопиющая нехватка бюджета и низкий профессионализм актеров, что оставляет двусмысленное впечатление.

«Мертвячка» (2008)

Парочка тинейджеров, прогуливая уроки, забредает на территорию заброшенной психиатрической лечебницы, где обнаруживает прикованный к койке живой труп женского пола. Немного поразмыслив, друзья решают никому об этом не говорить, и девушка-зомби становится их общим секретом, который постепенно разрушает некогда крепкую дружбу.

В центре внимания «Мертвячки» в первую очередь — крайне необычный любовный треугольник, а история держится в большей степени на психологизме, чем на традиционных для зомби-хоррора сценах поедания людей. Поставили фильм два малоизвестных режиссера — Марсель Сармиенто («З/Л/О: Новый вирус», 2014) и Гади Хэрел, — а вот сценарий написал жанровый ветеран Трент Хаага, активно работающий в хорроре и сейчас (начинал он на четвертой части «Токсичного мстителя»). В «Мертвячке» органично переплетаются напряженная подростковая драма и физиологичный зомби-хоррор. Вместе с тем фильм умело ставит вопросы, которые наверняка возникали в голове у любого поклонника историй о живых мертвецах — «На что был бы похож секс с зомби?» или «Что если сделать из зомби секс-раба?». При всей внешней абстрактности этих вопросов «Мертвячка» предельно конкретно и реалистично показывает характер моральных конфликтов, связанных с эксплуатацией человеческого тела, особенно — находящегося в пограничном состоянии.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari