«Бумажное кино»: сценарии и кинопроза Сорокина и Мульменко, Федорченко и Сегала

Мы не можем жить без дроидов: «Звездные войны: Скайуокер. Восход» — навсегда

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» © WDSSPR

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» уже в кино. Нина Цыркун рассуждает о том, что это серия, к счастью, никогда не меняется.

Джордж Лукас не только внимательно прочитал всемирно известный трактат Джозефа Кэмпбелла «Тысячелетний герой», но и познакомился с автором, которого называет «моим Йодой». Между ними завязалась дружба, и Кэмпбелл даже комментировал «Звездные войны», обнаружив в фильме то, что он называл «мономифом», который одинаково органично приживается везде — в Индии и в Дании, во все времена — и в Средневековье, и в век технологий. Мономиф — это путешествие героя в поисках своего предназначения и затем его исполнения. Он встречает на пути неожиданные опасные препятствия, многочисленных врагов и, главное — мудрых наставников, а также ищет некий волшебный ключик к счастью — какой-нибудь кинжал с таинственной надписью или брелок — словом, аналог-эрзац Священного Грааля. Кстати, Лукас удостоился в Голливуде неофициального почетного звания — Священный Грааль корпоративного менеджмента. Он создал целую вселенную и показал, как ею управлять. Он придумал героя мономифа — им стал Люк Скайуокер, а теперь место сына сенатора — вполне в духе эпохи — заняла безродная сирота-мусорщица Рей (Дейзи Ридли). Ведь, как гласит слоган заключительного эпизода третьей триады: «У каждого поколения своя легенда».

Сосредоточившись на мономифе, Лукас задал параметры саги, которую он как раз предпочитает называть «легендой»; густонаселенный многофигурный эпос и возвышенный рыцарский роман. Эта жесткая, но одновременно лабильная конструкция меняется с течением времени и от рассказчика к рассказчику, то набирая обороты, то умеряя повествовательный пыл, чтобы дать отдышаться команде и зрителю. Легенду вряд ли можно описывать в привычных для трактовки кинотекстов терминах, например, жанровых, здесь не стоит искать логической последовательности в нашем житейском ее понимании — тут правит предназначение, иначе говоря — судьба. Поэтому в амальгаму мифических паттернов естественным образом вклиниваются отголоски современной жизни, приметы нашей масс-культуры и цитаты (вплоть до сюжетных) из популярных фильмов разных стран и народов, подчас (явно намеренно) вызывающих комический эффект.

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» © WDSSPR

Переход легенды под крыло The Walt Disney Company усилило и сделало нарочито артикулированной тему, которую тоже застолбил Лукас, — отказ от признания власти Силы, которой поддался (из лучших побуждений) Энакин Скайуокер, превратившийся в Дарта Вейдера. Пацифистский настрой вызывает ярость императора Палпатина (Йен МакДирмид), уговаривающего Рей ценой исполнения ее заветного желания взойти на трон врагов джедаев, и проблема ее выбора становится основной коллизией фильма Дж. Дж. Абрамса «Звездные войны: Скайуокер. Восход», травестируя христологический миф последнего искушения. Воскрешение Палпатина, воодушевляющего ситхов на беспощадную войну против джедаев и их друзей, — свидетельство неуничтожимости зла, которое принимает разные обличья и таит в себе непостижимый потенциал. Оно может даже считаться умершим, а значит — побежденным, но все равно продолжает «дергать за веревочки», управляя теми, кто на виду, и играя на одном из самых жгучих и опасных стремлений — к обладанию властью, стало быть, заставляет нас, как и героев экранного Сопротивления, объединяться перед его непризрачной угрозой, даже слабо надеясь на успех.

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» © WDSSPR

Рей, будто набравшись дзенской мудрости, нашла чудесный способ подавлять Силу, и союзники-мужчины с восторгом наблюдают из арьергарда, как просто и ловко она этим ноу-хау владеет. Под влиянием Рей перерождаются «плохие парни» и выходят на верную дорогу те, кто по неведению или в результате грубого насилия утратил правый путь. А наша новая валькирия в незапятнанном белоснежном одеянии упорно борется за то, чтобы вернуть на Светлую сторону и «убийцу джедаев» — меченосца, Верховного лидера Первого Ордена Кайло Рена (Адам Драйвер), которому яростно хотелось бы стать вторым Дартом Вейдером — недаром он носит ненужную ему маску, с легкой иронией пародирующую визуальный образ его деда.

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» © WDSSPR

Неизвестно, как дальше будет складываться легенда, но при любых раскладах в сагах и эпосах всегда есть те, кто придает возвышенным геройским деяниям колорит человечности. Жаль было бы лишиться, например, старомодных, потертых временем и схватками с врагами малых сих, без которых не обойтись большим героям — Чубакки, дроидов R2-D2 и C-3PO (когда-то его называли Профессором; интересно, он по-прежнему встречает толпы желающих посетить аттракцион «Пролет через пояс астероидов» в Диснейленде?). Хотелось бы верить, что с нами пребудут самые надежные и трогательные персонажи, что мы еще насладимся «праздником праотцов», которому, как и франшизе, больше 40 лет.

«Звездные войны: Скайуокер. Восход» © WDSSPR

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari