«Артдокфест», Берлинале, «Оскар» и «Фотоувеличение»

Бермудский треугольник: «Почка» — сериал о том, что в России нужно жить долго

«Почка», 2022

Российские сериалы с начала года захватили внимание зрителей и критиков: многие уверены, что драмеди «Почка», вышедшую на KION, не забудут никогда (или как минимум до конца 2022-го). Алексей Филиппов тоже посмотрел историю о взяточнице, которой с пересадкой жизненно важного органа не помогут 50 оттенков кумовства и угроз, и обнаружил не столько черную комедию, сколько крик отчаяния.

На треугольнике в оркестре играет интеллигентный Миша (Григорий Чабан), сосед по диализу взяточницы Наташи Кустовой (Любовь Аксенова). Еще в его арсенале барабан и другие инструменты, с которыми обычно не сидят на сцене в первом ряду. Наташу, напротив, не заметить сложно — ей любая субординация по барабану: красный брючный костюм норовит «сжечь» небрежно накинутый китель инспектора пожарной службы, красное же личное авто все время мчит как по тревоге, красная (снова) помада — разит наповал случайных мужчин, встреченных в клубе или по пути домой — к мужу, прекраснодушному эмчээснику Антону (Антон Филипенко из «Давай разведемся!»).

Кустова сама по себе треугольник — гротескный, Бермудский, — человек, состоящий из одних углов (в пику Маяковскому, писавшему про любовь как «одни сплошные губы»). Ее нахрапистая гравитация утянула бабушкину квартиру, на которую имели право еще два брата и сестра, а из карманов московских (малых и средних) предпринимателей высасывает кеш, чтобы потом бережно поделить с начальницей (Ирина Розанова), которая использует как сейф полый — и опять же красный — огнетушитель.

Наташа знает, что если правильно ковырнуть, везде можно найти косяк, а если крикнуть погромче — сделают по-твоему. И ни злобные взгляды, ни мольбы, ни кровное родство ей в этой разудалой деятельности не помеха. Сериал начинается с досмотра церкви Филиппа Митрополита в Мещанской слободе, где трудится старший брат Кустовой — Сергей (Дмитрий Лысенков). Он-то как будто и проклянет сестру за ненасытность — и вот посреди пира во имя чумы у продвинутой юзерки жизни отказывают сразу обе почки.

«Почка», 2022

По закону, о чем воодушевленно сообщает хирург-трансплантолог (Алексей Розин из «Нелюбви»), пересаживать органы разрешено только от родственников, но можно попытаться с добровольцем полететь в Германию или Хорватию, где это правило официально не действует. Наташа не поверит и перепробует все варианты: принудить бесполезного супруга, подкупить рабочего мигранта, умаслить родственников, у которых на нее даже не зуб, а целая челюсть. Карма вернет все сторицей: и подложит свинью (точнее — ейную почку), и заставит совершить непреднамеренное благо, и даже убедит, что помирать — так с музыкой. В другой ситуации филармонию с ее классикой Наташа, кажется, в гробу видала.

Музыкальное сопровождение драмеди Марии Шульгиной и Елизаветы Тихоновой с первого эпизода заостряет диссонанс между происходящим и подачей — интонацией или, если угодно, жанром. Церковное песнопение как аккомпанемент для пожарной проверки вполне себе гэг черной комедии, но навязчиво торжествующий следом плейлист сериала «Интерны» (буквально) — из другой мыльной оперы, где склочность и неуживчивость — всегда оборачивается во благо, оказывается хохмы исключительно для. Ситком, к которому приложил руку некогда режиссер-экспериментатор Пежемский, родился по принципу анекдота: заходят как-то в палату умник, дембель, мажор и девушка, а заведующий им и говорит — и далее по тексту.

«Почка» же мечется между регистрами и темами похлеще главной героини. Если и есть сатира, то взятки гладки — перегибы на местах, вот-вот проверка, никакой вивисекции времен и нравов. Галерея бедных родственников выписана с большей убедительностью и заделом под драму, но стоит чему-то между кланом Кустовых проклюнутся — суровое сюжетосложение либо заставит Наташу подло выкручиваться, либо подбросит сценку с неопределенным комическим потенциалом. Вдобавок к финалу выстроится четкая линия: священник Сергей, учительница Лена (Янина Лакоба) и водитель скорой Виталик (Сергей Двойников) — иными словами, бюджетники — постепенно зреют, чтобы расстаться с почкой ради сестры-левиафана (у младшего, впрочем, органа уже нет). Наташа и отца-жеребца (Николай Фоменко) отыскала, и жизнь ему спасла, и Виталика от тюрьмы отмазала — в общем, может, если захочет.

«Почка», 2022

И все-таки церковные песнопения за кадром да поминание Иова невпопад создают подобие нравоучительного крена, вступающего в противоречие с исходной безжалостностью. В финале Кустова займет на хирургическом столе позу Христа, как будто приняла за родственников испытание если не деньгами, то растраченным здоровьем. Сценарный промысел так и останется загадкой. Как и большинство гэгов в сериале, у «Почки» то сетап остается без панчлайна, то наоборот — и все повисает в воздухе: герои, шутки, темы, семьи.

Хотя казалось бы: Шульгина и Тихонова, выпускницы мастерской Авдотьи Смирновой и Анны Пармас, — боевой дуэт, прошедший «Огонь» (2017), «Любовь без размера» (2020) и «Давай разведемся!» (2019), написанный вместе с его постановщицей Пармас. Смирнова продюсировала «Почку» — вместе (среди прочих) с Борисом Хлебниковым, который уже посвятил таланту безбожно выкручиваться и вертеться «Обычную женщину» (2018–2021), а Тихонову и Шульгину пригласил в сценарную команду «Товарища майора». Тот, правда, по понятным причинам не подает пока признаков жизни.

Ее бы и хотелось рассмотреть в «Почке», которая всю дорогу демонстрирует, что ничего не боится — ни смерти, ни этой российской жизни, ни заскорузлой установки, что героиню на экране нужно как минимум в кого-то влюбить, а если сериал «серьезный, взрослый», то обязательно раздевать при каждом удобном случае. И перевоспитать, конечно, перевоспитать, измордовав психотерапией на березовых бруньках.

«Почка», 2022

Наташа не поддается, но философия «от противного» тоже вредит организму. Да, авторки признаются в симпатиях к своей красной фурии, которая и не задумывалась как лютая антигероиня (писали — «нормальную девчонку»). Да, критика повально обнаруживает в Аксеновой витальность и харизму, словно не замечая, что в первых сериях ее интонирование и героинино мировоззрение мало чем отличается от утомленной бюрократки с мимикой Розановой. Да, Наташа не определяется ни гендером, ни семьей, ни работой, ни социальной ролью, ни влюбленностью. Так она в целом и ничем не определяется, не очерчивается, не заземляется.

Ее мотивация — необъяснимая пустота, обведенная пунктиром, как место преступления, где каждый штришок — лишь ответ-заглушка: в виде отца — перекати-поля, алкозависимой матери (Ирина Бякова), конкуренции с сиблингами, патриархальной конституции общества или особенностей национальной пожарной проверки. «Почка» предлагает зрителям выбрать наиболее близкий и достроить из собственной медицинской карты, доверяясь гротескной установке, что «брать» — это первородный и неизбежный инстинкт, из которого и проистекает недостача почек в России и мире. (Так в сардоническом ситкоме «Сообщество» проводили дебаты о природе человека, перегибая палку в обе стороны.) Не из-за проблем с медицинским сектором и сакрального отношения к мертвому телу, чьи органы могли бы стать для многих билетом в жизнь, — как проговаривает Наташа в очередном порыве корыстного откровения, опуская конфессиональные тонкости.

В такой постановке вопроса наконец проясняется оптика сериала. Если долго вглядываться в бездну, она посмотрит в ответ и процедит: «Не вижу ничего смешного». Почек нет, но вы держитесь. Если вам внезапно стало плохо, задумайтесь: а было ли вам когда-нибудь хорошо.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari