Квентин Тарантино и «Однажды в… Голливуде», Канны-2019 и финал «Игры престолов» — в свежем номере журнала «Искусство кино»

Защита королевы: в прокат выходит «Фаворитка» Йоргоса Лантимоса

«Фаворитка» (2018)

Фильм «Фаворитка», получивший в Венеции «Кубок Вольпи» за лучшую женскую роль Оливии Колман, номинировали на «Оскар» аж в десяти номинациях (в том числе дважды — за женские роли второго плана). Елена Смолина рассказывает о поп-истории и съехавшем с катушек мире в рецензии из венецианского номера журнала «Искусство кино». Картина в прокате с 31 января.

В библиотеке Бленхеймского дворца (единственного не королевского и не епископального в Англии), построенного в честь победы первого герцога Мальборо в битве при Бленхейме, есть статуя королевы Анны. Стройная миловидная женщина со скипетром и державой. В реальности королева была тучной и низкорослой, но заказавшая статую уже после смерти подруги опальная к этому времени герцогиня Мальборо Сара Черчилль все-таки не посчитала нужным привлекать к этому внимание скульптора. А вот о том, что несчастливая королева большую часть жизни любила Сару, герцогиня в своих мемуарах не умолчала. Анна и Сара дружили с тех пор, как первая еще была неуверенной принцессой, младшей дочкой герцога йоркского. Когда в 1702-м Анна стала неуверенной королевой, властная и умная Сара Черчилль оказалась самой влиятельной женщиной в Англии.

О первой герцогине Мальборо многое написано и снято, в мире поп-истории она чуть-чуть Мария-Антуанетта — фигурантка костюмного нарратива: прическа, платье (на самом знаменитом портрете Готфрида Кнеллера — небесно-синее), золотой ключ, который она носила как символ должности: хранительница кошелька королевы и правительница ее гардеробной. Самая богатая женщина в Англии. Успешный политик. Сара — персонаж популярной английской истории, главного экспортного товара Соединенного Королевства. В колоде сувенирных карт невольная соседка Генриха VIII и Джека-потрошителя. «Фаворитка» Йоргоса Лантимоса этим костюмным нарративом питается. Как на котурнах, она стоит на десятках фильмов и книг, на учебниках истории, на маскарадных костюмах. «Мария-Антуанетта» и «Барри Линдон», «Опасные связи» и де Сад, советский «Стакан воды» и клип рэпера ФараонаВидимо, подразумевается клип на песню «Дико, например» — густой культурный бульон, на котором вне зависимости от желаний авторов замешано восприятие этого фильма.

«Фаворитку» называют самым мейнстримным и самым коммерческим из фильмов Лантимоса, главного режиссера «странной греческой волны». Упрек поверхностный настолько, насколько поверхностными, давно потерявшими свое значение могут быть слова «мейнстримный» и «коммерческий». Что они вообще значат? Важнее, что «Фаворитка» — очередной англоязычный фильм Лантимоса после «Лобстера» и «Убийства священного оленя». В центре фильма треугольник, разыгранный тремя выдающимися актрисами: Оливия Колман уже получила «Кубок Вольпи» в Венеции за роль королевы Анны (и совсем скоро сыграет еще одну королеву, Елизавету II, во втором сезоне «Короны»), герцогиню Мальборо сыграла Рэйчел Вайс (она, как и Колман, уже снималась у Лантимоса в «Лобстере»), а новую фаворитку королевы Абигайл Хилл — звезда «Ла-Ла Ленда» Эмма Стоун. У «Фаворитки» явно большой производственный бюджет. Наконец, это первый фильм Лантимоса, в написании сценария к которому он не принимал участияНе считая дебюта «Мой лучший друг», снятого в соавторстве с Лакисом Лазопулосом. Все эти обстоятельства, видимо, должны подкреплять тезис об ужасной мейнстримности фильма, хотя очевидно, что траектория, по которой движется Лантимос, описывается совсем в других терминах. «Фаворитка», злая и ядовитая черная комедия о придворной возне, — самый нежный и романтический фильм режиссера, компонентами стиля которого всегда была холодность и элегантная мизантропия. От фильма к фильму Лантимос, оказывается, занимался поисками любви. Перестал скрывать это в «Лобстере», в сердце которого отвращение перед формальными, удобными отношениями для галочки; нашел ее в «Фаворитке».

Отношения герцогини Мальборо и страдающей от болей в ногах и одиночества королевы Анны с первых кадров фильма выглядят токсичными, построенными на буллинге: увидев, как королева накрасилась на встречу с министрами, герцогиня, не выбирая выражений, отправляет ее умываться (с другой стороны, накрасилась Анна действительно не очень, а больше никто ей об этом не сказал бы). Министры интригуют и развлекаются утиными гонками и забрасыванием толстяков апельсинами. В подбрюшье дворца — там, где беспрерывно что-то скребут, начищают и готовят, — все еще жестче. Когда Абигайл Хилл, обедневшая кузина герцогини, прибывает во дворец и устраивается на черные работы, новая коллега первым делом выжигает ей руки какой-то гадостью. Удушающий эффект достигается и изобразительно: «Фаворитка» снята лучшим сегодня британским оператором Робби Райаном с использованием сверхширокоугольных объективов, таким образом, придворный, замкнутый сам на себе мир, деформируется, скручивается, словно мы видим его через дверной глазок.

Дистанция (увеличительное стекло между зрителем и превращенным в объект наблюдения героем — определенно барьер) и остранение всегда были любимыми приемами Лантимоса. В его сюрреальных фильмах актеры по-особенному произносят текст, не перебивая друг друга, почти не интонируя фразы (тут «Фаворитка» — исключение), а камера экономит движения. Из часто статичных, устойчивых кадров постоянный (с дебютного для режиссера «Моего лучшего друга») монтажер Лантимоса Йоргос Мавропсаридис составляет ритмически безупречные, холодные конструкции. Взять хотя бы финальный кадр принесшего Лантимосу мировую славу «Клыка» — сколько секунд нужно было держать камеру на неподвижном, закрытом багажнике «Мерседеса» (мы знали, что там героиня, сбежавшая из заточения), прежде чем уйти в затемнение? В ответе на этот вопрос заключен ключ к режиссуре Лантимоса — секрет, которым он не поделится.

«Фаворитка» (2018)

Мир, тщательно выстроенный Лантимосом за эти отмеченные фильмами годы, решил съехать с катушек именно на «Фаворитке». Вместо жестокого античного рока, которому покорялись герои «Убийства священного оленя», тут воля трех вполне смертных женщин. Вместо подавленных эмоций — нервные срывы, топанье ногами и пьяные объятия. Вместо цельной, последовательно воссозданной художниками и исторически достоверной среды — она же, но с вкраплениями хулиганства. Абигайл в одной из сцен употребляет современное выражение «карьерное самоубийство». В другой гости на королевском балу танцуют вроде бы менуэт, а получается танец, который легко можно представить в клипе Леди Гаги. Не так, как вплетала современность в ткань своего фильма о Марии-Антуанетте София Коппола (брошенные среди остроносых туфель с бантами «конверсы», рок-хиты за кадром), а по-своему, страннее, Лантимос создает убедительную историческую картину, а затем сбивает с толку в деталях.

Но главное и самое важное допущение, которое позволил себе в «Фаворитке» Лантимос, — он фактически изгнал из фильма мужчин. Муж королевы Анны принц Георг во время событий, описываемых в картине, был жив — Лантимос это исправил. Герцога Мальборо режиссер, правда, не тронул — все-таки он и так большую часть правления королевы воевал где-то за испанское наследство. Но вот о том, что брак герцога был вовсе не декоративным (свидетельством чему записи вроде «сегодня его светлость вернулся с войны и порадовал меня дважды, не снимая сапог»), умолчал. Капитан Мэшем, будущий муж Абигайл и предмет раздора всех троих персонажей в советском телефильме «Стакан воды» (герцогиня Мальборо, окруженная учеными воронами, — одна из главных экранных ролей Аллы Демидовой), у Лантимоса сведен до роли секс-игрушки. В принципе, на его месте мог бы оказаться симпатичный говорящий вибратор.

«Стакан воды» (1979) Юлия Карасика по пьесе Эжена Скриба казался в свое время феминистским произведением: три яркие, умные героини в центре сюжета — уже немало. А то, что грызутся эти яркие героини из-за набитого идиота капитана Мэшема и в финале всех троих ставит на место ироничный лорд Болингброк в исполнении Кирилла Лаврова, неизбалованный феминизмом советский зритель и не замечал. Героини Лантимоса, все прочнее увязающие в абьюзивном любовном и политическом треугольнике, тем не менее обладают свободой в нем увязнуть. Они желают и ненавидят одна другую не от несчастливой женской судьбы и не для того, чтобы привлечь чье-то внимание. Просто именно этих трех женщин объединяют наиболее интенсивные, глубокие и сложные отношения из тех, что представлены в фильме. Лесбийская линия — с неопределенной долей вероятности историческая. Существуют свидетельства бисексуальности королевы, главное из которых — откровенные письма Анны к герцогине Мальборо (они с юности называли друг друга псевдонимами «миссис Морли» и «миссис Фриман», чтобы быть равными по статусу). Есть свидетельства привязанности королевы еще к одной даме. Есть памфлеты, написанные литературным киллером с легкой руки ревнующей к Абигайл Хилл герцогини Мальборо, в которых говорится, что «королева предпочитает свою Абигайл в ванной». Впрочем, ряд историков ХХ века склонялись к тому, что опальная герцогиня возвела на Анну напраслину и предполагаемая королевская бисексуальность не более чем карта в политической игре. После разрыва герцогиня угрожала опубликовать переписку с королевой, но, получив щедрое вознаграждение, сделала это только после смерти Анны.

Лантимос же и вовсе обошелся с письмами иначе. Позволив Анне и Саре дойти до дна, знакомого только кому-то, кто пережил уродливое расставание, он включает в фильм сцену, в которой шантажистка сама избавляется от залога шантажа — благородный, романтический шаг, за которым не может стоять ничего, кроме нежности и благодарности за проведенные вместе полжизни. Запутав своих героинь в клубке манипуляций, вроде бы убедив зрителя в том, что в основе их связи расчет и нарциссизм, известный своей мизантропией Лантимос неожиданно переворачивает собственный фильм вверх тормашками и делает его историей любви. Созависимой, болезненной, но любви. В «Клыке» живущие взаперти сестры считали абсолютно нормальным обмен услугами: «Если я тебе полижу, ты мне что-нибудь подаришь?» В «Фаворитке» ровно этот же обмен усложнен чувством, на долгие годы сцепившим двух очень разных женщин. Королева Анна на протяжении своего брака с принцем Георгом была почти постоянно беременна, но потеряла 17 детей — в основном при родах. Лантимос подарил своей королеве Анне в память о каждом погибшем ребенке по кролику. Этот образ — центральный в фильме — оказывается, как и сама «Фаворитка», подлиннее и чище, чем можно было ожидать. Просто 17 милых, пушистых кроликов и никаких, почти никаких, фокусов.

«Фаворитка» (2018)

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari