Между Дудем и Лозницей: YouTube-документалистика, все неигровые хиты—2019, магический Педру Кошта и Луис Бунюэль — новый взгляд и впервые на русском

«Свояси» — сюрреалистический короткий метр российского режиссера-призрака о тотальном одиночестве

«Свояси», 2014

В цикле «Поколение X» редактор журнала «Искусство кино» Евгений Майзель намерен рассказывать о молодых или сравнительно молодых авторах, пришедших в кинематограф в прошлом десятилетии, в минувшие уже десятые. Герой первого выпуска — Денис Колеров, чей (не!)забытый сюрреалистический короткий метр «Свояси» (2014, 19 минут) покажут 7 и 8 февраля в Подмосковье и 22 февраля в Москве.

В рецензии на «Тиннитус»См. номер 1/2 журнала «Искусство кино» за 2020 год — прим. автора автор этих строк назвал Даниила Зинченко, «вероятно, единственным российским режиссером, которого можно назвать метафизиком». И был неправ. Не потому что пропустил Михаила Максимова (он все-таки не совсем «кинематографист», да и физик в неменьшей степени, чем мета-), а потому что начисто забыл о Денисе Колерове — ведь за последние шесть лет, прошедшие после выпуска его дебюта, он больше ничего не снял.

Знакомьтесь — самый неожиданный из всех когда-либо существовавших учеников Аллы Суриковой (окончил ВКСР), реж-призрак, чей дебют блеснул в середине десятых на парочке российских фестивалей, запомнившись странной барбитуратной поэтичностью à la Джонатан Глейзер, зыбкими фортепианными кругами по воде (композитор Владимир Мартынов), зачарованностью компьютерными эффектами — и символикой, которую хочется назвать борхесианской, несмотря на то, что никакими откровенно библиофильскими изысками она не отличается.

Непросто описать фабулу этого молчаливого, ученически осторожного сюрреализма — настойчивого и, насколько это возможно, последовательного. Каждую минуту (фильм начинается с часов, вскоре останавливающих свой ход) реальность в нем дробится на несколько параллельно или последовательно происходящих фабул, каждая из которых сосуществует на равных правах с остальными, а в финале наглядно с ними сливается. На это же странное состояние, возвращающее нас к радикальным тезисам досократиков (в частности к Зенону, да и к софистам, с тезисом о невозможности движения), похоже, указывает и странное, усеченное название. Практически не применяющееся в русском языке (в отличие от своего распространенного родственника «восвояси»), оно обозначает то ли некое хайдеггеровское нутро всех вещей, куда тем однажды суждено воротиться, то ли схоластическую potentia (предложенную Аристотелем с целью как раз преодолеть парализующий радикализм досократических концепций). В то же время многочисленные ветви «одного и того же», растущие практически из каждой сцены, заставляют вспомнить и о Борхесе. Пожалуй, никто больше, чем он, не вдохновлялся множественностью единого: от бога, который на самом деле множество богов (библейское слово «элохим»), до субъекта, который на самом деле и каждый, и никто, бредущий по лабиринту, состоящему из одной-единственной прямой линии.

1/2

«Свояси», 2014

Колеров слишком серьезен и несуетен, чтобы бояться бродячих мотивов и расхожих образов: взгляд в зеркало в его мире способен отразить любого человека (а в колодце, например, — как в его студенческой работе — можно встретить отражение самого себя); герой может успеть на электричку — и в то же время опоздать на нее; остаться в комнате — и выйти вон. Окружающий природный и предметный мир не уступает героям в ирреальности их раздробленной экзистенции: окно дома снаружи превращается в луну, а изнутри — в иллюминатор, за которым плывут бескрайние земные ландшафты. По мысли автора, «течение кадров образует лоскутное одеяло, которое не обращается к зрителю, но хочет согреть его собственным теплом» (из пресс-релиза к фильму). И действительно, самое интересное в этой сюрреалистичной серии эпизодов, где каждая сцена метафорична и кажется почти самодостаточной, — уловить неслучайность этих сменяющих друг друга пластических рифм и сцеплений; заметить, что повествование, даже оставаясь внутри «потенции», все-таки развивается, ведя зрителя к логическому и ничуть не произвольному, как положено в сюрреализме, финалу.

Рассказывающий о встрече и расставании, о близости между людьми — и тотальном одиночестве каждого (символ чего — полыхающий ночной костер на берегу реки), «Свояси» — один из редких памятников обостренному метафизическому мироощущению поколения кинематографистов, пришедших в российское кино в десятые годы.

1/3

«Свояси», 2014

Увидеть «Свояси» можно:

  • 7 и 8 февраля в 20.00 в галерее «Артпогост», село Ильинский Погост, Орехово-Зуевский городской округ, Московская область
  • 22 февраля в 19.00 на фестивале Genesis, Fantomas Rooftop, Болотная набережная, 3, стр. 2

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari