Квентин Тарантино и «Однажды в… Голливуде», Канны-2019 и финал «Игры престолов» — в свежем номере журнала «Искусство кино»

Неспешнее Рефна: как медленное кино ушло с фестивалей в онлайн и победило

«Слишком стар, чтобы умереть молодым» (2019), режиссер Николас Виндинг Рефн

Если новую работу Николаса Виндинга Рефна «Слишком стар, чтобы умереть молодым» отнести не к сериалам, а, как настаивает сам автор, к кино, то это определенно будет медленный фильм, даже очень. 13 часов заторможенного нуара, почти каждый час которого состоит всего из нескольких немногословных сцен, у зрителя, не обладающего синефильской сноровкой, могут вызвать культурный шок. Никита Лаврецкий разбирается в истории феномена медленного кино, смысле его существования и перерождении жанра на телевидении.

В предыдущих сериях

Авторский кинематограф давно отличался задумчивостью и созерцательностью, но только к концу XX века заданный режиссерами вроде Бергмана, Антониони и Тарковского вектор замедления экранного действия оформился в ярко выраженную и стремящуюся к радикальности тенденцию. В 1997 и 1998 годах «Золотые пальмовые ветви» Каннского кинофестиваля выигрывают два мастера медленного кино: Аббас Киаростами со снятой длинными автомобильными дублями драмой о смерти «Вкус вишни» и Тео Ангелопулос с не менее размеренной драмой о смерти «Вечность и один день». Чуть ранее, в 1994 году, Бела Тарр уже представил восьмичасовой шедевр «Сатанинское танго», а Цай Минлян выиграл «Золотого льва» Венецианского кинофестиваля со снятой очень длинными дублями и почти без диалогов драмой «Да здравствует любовь».

«Да здравствует любовь» (1994), режиссер Цай Минлян

В нулевые годы «медленные» режиссеры оказываются в центре программ крупнейших кинофестивалей и сферы синефильских интересов. В статье «К эстетике «медленного» в современном кинематографе», опубликованной в 2008 году в датском журнале «16:9», киновед Мэттью Флэнаган выписывает один из первых режиссерских канонов медленного кино (в примерном хронологическом порядке): Филипп Гаррель, Шанталь Акерман, Ангелопулос, Аббас Киаростами, Бела Тарр, Александр Сокуров, Хоу Сяосянь, Цай Минлян, Шарунас Бартас, Педро Кошта, Цзя Чжанкэ, Апичатпонг Вирасетакул, Лисандро Алонсо, Карлос Рейгадас, Гас Ван Сент и Альберт Серра.

Флэнаган ссылается на исследования, которые говорят о том, что средняя продолжительность кадра в голливудском кино упала до двух секунд и даже ниже (в случае с «Ультиматумом Борна»), в то время как средние расстояния между монтажными склейками у «медленных» режиссеров находятся в промежутке от 30 секунд до нескольких минут. 

Другие источники (например, Пол Шредер) относят к медленному кино также таких авторов, как Лав Диас, Келли Рейхардт, Нури Бильге Джейлан, Гай Мэддин, Клер Дени, Бен Риверс, Штрауб и Юйе, Брюно Дюмон, София Коппола.

Среди этих имен в качестве самого бескомпромиссно «медленного» режиссера стоит выделить Лава Диаса — продолжительность его картин «Иеремия» и «Эволюция филиппинской семьи» превышает девять часов, а отдельные кадры, в которых герои молча идут по сельской дороге или плачут в лесу, могут длиться по часу.

«Эволюция филиппинской семьи» (2004), режиссер Лав Диас

При этом стоит отметить, что сам по себе «медленный» монтаж не является обязательным условием принадлежности кино к медленному. Например, «Свобода» Лисандро Алонсо смонтирована из кадров вполне обычной длины, а медленным этот фильм делает не форма, а содержание: кино рассказывает о ненасыщенных буднях одного дровосека.

«Свобода» (2001), режиссер Лисандро Алонсо

И хотя чисто с формальной точки зрения техники вышеперечисленных режиссеров имеют конкретные пункты пересечения (использование длинных дублей и, как следствие, разреженное повествование и фокус на протяженных обыденных процессах, в первую очередь — ходьбе), их творческие методы и цели часто лежат в противоположных областях:

  • В то время как Вирасетакул («Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни»), Тарр («Гармонии Веркмейстера»), Серра («Птичья песня») обнаруживают в замедленном времени магическое и мистическое измерение, Цзя («Натюрморт»), Акерман («Жанна Дильман, набережная Коммерции 23, Брюссель 1080»), Кошта («В комнате Ванды»), наоборот, используют протяженное объективное изображение действия для достижения абсолютного реализма.
  • Диас («Норте, конец истории»), Тарр («Сатанинское танго»), Сокуров («Фауст») и Джейлан («Зимняя спячка») делают медленное кино близким к романной форме литературы, а Рейгадас («Безмолвный свет»), Лисандро Алонсо («Ливерпуль»), Вирасетакул («Благословенно ваш»), Цай («Прощай, отель «Дракон») почти полностью отказываются от литературного повествования, вместо этого создавая чистое кино момента.
  • Такие режиссеры, как Хоу («Убийца») и Рейгадас («После мрака свет») используют замедление времени для подчеркивания внешней визуальной красоты, а Кошта и Акерман радикальной медленной формой подчеркивают радикальность социального и политического высказывания.
© Indiewire

В предисловии к изданию 2018 года книги «Трансцендентальный стиль в кино: Одзу, Брессон и Дрейер» киновед и режиссер Пол Шредер поместил спорную, но определенно заслуживающую внимания диаграмму, распределяющую авторов медленного кино, во-первых, по две стороны от «кольца Тарковского» (его он использует в качестве условной границы между зрительским фестивальным кино и чисто концептуальным); а во-вторых, по направлению трех векторов: «вектору камеры наблюдения», «вектору художественной галереи» и «вектору мандалы»:

  • Корни «вектора камеры наблюдения» в кино Шредер видит в итальянском неореализме и относит к нему трилогию смерти («Джерри», «Слон», «Последние дни») Гаса Ван Сента и «кино блуждания» Цая Минляна.
  • «Вектор художественной галереи» по Шредеру — это кино, стремящееся к чистому изображению, то есть к цвету и свету. В эту категорию Шредер помещает не только экспериментальных режиссеров (Майкла Сноу, Майю Дерен), но и Терренса Малика.
  • «Вектор мандалы» — это относительно недавно возникшее направление, в котором замедление времени выполняет медитативную функцию. Шредер пишет, что раннее немое кино может выглядеть медитативно сегодня, но точно не выполняло эту функцию изначально. А вот экспериментальные работы Киаростами («Пять», «24 кадра») и Джеймса Беннинга, а также кино Апичатпонга Вирасетакула уже сознательно вызывают такой эффект.
«Дядюшка Бунми, который помнит свои прошлые жизни» (2010), режиссер Апичатпонг Вирасетакул

Пол Шредер стал не только одним из главных популяризаторов медленного кино, но и одним из первых стал говорить о его медленной смерти во второй половине 2010-х годов. Действительно, несмотря на ряд больших побед в начале десятилетия («Золотая пальмовая ветвь» Вирасетакула за «Дядюшку Бунми» и Джейлана за «Зимнюю спячку»; «Золотой лев» Сокурова за «Фауста» и Диаса за «Женщину, которая ушла»), в последние годы все чаще можно было услышать о снижении фестивальных котировок медленного кино. Вот, например, разговор российских кинокритиков Бориса Нелепо и Марии Кувшиновой:

«Большая часть фильмов на фестивалях сегодня подтверждает: язык медленного кино, который казался таким новаторским и радикальным, на деле за прошедшие с момента выхода «Благословенно ваш» Апичатпонга десять лет оказался настолько легко воспроизводимым… Снять «Обитель зла» намного сложнее, чем очередной «медленный» фильм. В Роттердаме каждый год я вижу сотни маленьких апичатпонгов…»

Это подтверждают и недавние победы на крупнейших киносмотрах жанровых («Форма воды», «Паразиты») и социальных («Дипан», «Я, Дэниел Блейк», «Магазинные воришки») картин.

«Благословенно ваш» (2002), режиссер Апичатпонг Вирасетакул

Новый эпизод

Медленное кино, может, и сдало позиции на мировых кинофестивалях, но зато получило неожиданное второе дыхание на телевидении. За последнее десятилетие Дэвид Линч так и не смог найти финансирование для новых полнометражных проектов, но зато снял для канала Showtime долгожданный третий сезон «Твин Пикса». Запуск проекта тоже поначалу сопровождали финансовые сложности, но именно они в конце концов и привели к его выдающемуся художественному успеху. Дело в том, что в какой-то момент Линч отказался снимать изначально анонсированныйдевятисерийный сезон из-за отсутствия необходимого бюджета, однако всего через пару месяцев все-таки добился материального обеспечения с новым и важным условием. Количество серий было увеличено с девяти до 18; при этом сценарий, над которым велась работа в течение предыдущих четырех лет, разумеется, не разросся вдвое. Как результат — Линчу пришлось замедлять экранное время. Именно благодаря такому стечению деловых обстоятельств зрители и получили тот незабываемый видеоартовый эпизод с историей рождения демона БОБа из ядерного взрыва, снятого на основе всего лишь 12 страниц сценария.

«Твин Пикс» (2018), режиссер Дэвид Линч

В конце 2017 года рассматривать третий сезон «Твин Пикса» в качестве не телесериала, но шедевра медленного кино эпохи стриминга, было самым модным занятием кинокритиков. В итоговые списки за год наравне с полнометражными фильмами «Твин Пикс» включили такие издания, как Cahiers du Cinéma и «Sight & Sound» — на первое и второе место соответственно. В случае с «Кайе», «Твин Пикс» не стал первым сериалом, попавшим в такой список наравне с кино: в XXI веке этой чести также удостоились сериал «24» и оба сезона «Малыша Кенкена» Брюно Дюмона. Как и «Твин Пикс», эти два телесериала расширяли представление о времени в кино: «24» в течение 24 часовых серий рассказывал в реальном времени об одних сутках из жизни спецагента Джека Бауэра, а «Малыш Кенкен» и его второй сезон «Кенкен и инопланетяне» были радикально созидательными и максимально лишенными сюжетной интриги жанровыми историями (в жанрах детектива и научной фантастики соответственно).

Разумеется, традиция тяжеловесных мини-сериалов от больших режиссеров имеет давнюю и славную историю. Ингмар Бергман выпускал на шведском телевидении «Сцены из супружеской жизни», «Фанни и Александра». Райнер Вернер Фассбиндер снял 14-серийный «Берлин, Александерплац». Однако до недавнего времени мало кому удавалось под видом мини-сериала пронести на телевидение по-настоящему радикальное медленное кино (как, например, «Искупление» Киеси Куросавы) и даже остаться на второй сезон с еще более замкнутой в себе картиной (речь снова о «Кенкене» Дюмона).

«Малыш Кенкен», режиссер Брюно Дюмон

Важное исключение из этой тенденции — мини-сериалы Александра Сокурова «Повинность» и «Духовные голоса», первый из которых демонстрировался в 90-е годы на канале «Культура». Сокуров, как это часто бывает, снова всех обогнал и задолго до того, как это стало мейнстримом, проворачивал трюки медленного кино на телевидении. Например, он поместил в сериал об армии целую серию, состоящую из одного-единственного общего плана леса и закадровых рассуждений об истории классической музыки.

Пожалуй, ничто не заставляет режиссера так радикально менять представление о времени в кино, как технология стриминга. Комедийный автор Луи Си Кей благодаря интернет-дистрибуции контента смог добиться абсолютной творческой независимости и на собственном сайте опубликовать медленный сериал «Хорас и Пит», одинаково похожий на очень длинную театральную постановку, снятую на видео, и на не уступающее в кинематографичности картинам Алена Рене и Жак Риветта большое веб-кино.

«Хорас и Пит» (2016), режиссер Луи Си Кей

Ошибкой было бы называть любой длинный сериал прошлого, состоящий из сотен серий, «медленным фильмом». Медленное кино не удлиняет повествование и не чередует бесконечное множество сюжетов, а расширяет действие и рассматривает отдельные сюжетные элементы под своеобразной временно́й лупой. Именно в этом состоит отличие традиционного ситкома вроде «Друзей» от такого ситкома стриминговой эры, как «Любовь» Джадда Апатоу, Пола Раста и Лесли Арфин (Netflix). «Любовь» замедляет время действия до такой степени, когда треть сезона составляют лишь первые сутки с момента знакомства героев, после чего целая 35-минутная серия оказывается посвящена одной длинной сцене неловкого знакомства, а за три сезона необязательных эпизодов с работы героев накапливается на несколько часов.

Как бы странно это ни звучало, но того же эффекта, что и Апатоу, пытается добиться в кино Лав Диас, когда снимает часовые сцены злодейского заговора или полицейского допроса. Разница лишь в том, что радикал Диас всегда выступал за то, чтобы его девятичасовые фильмы демонстрировались на большом экране и зрители смотрели их без тех перерывов, которые становятся возможны при домашнем просмотре сериалов. С другой стороны, много ли веса имеют эти слова, если учитывать, что почти все фильмы Диаса получают англоязычную дистрибуцию не в американских кинотеатрах, а на стриминговом сервисе Mubi. А Netflix как раз склоняет зрителей смотреть все эпизоды подряд путем единовременной публикации всех серий сериалов. Это куда эффективнее, чем любые громкие заявления Диаса в интервью.

«Любовь» © Netflix

Пожалуй, наиболее ярким свидетельством того, что хоронить медленное кино пока рано и что все самое интересное еще впереди, стал новый амбициозный проект Николаса Виндинга Рефна «Слишком стар, чтобы умереть молодым». Можно спорить по поводу того, является «Слишком стар» 13-часовым фильмом или сериалом (в интервью Рефн сначала настаивает, что это фильм, а потом сам же на автомате начинает говорить «сериал»), но как бы то ни было — это, без сомнения, уникальное стриминговое зрелище, какого мир еще не видел. Рефна обвиняли в заторможенности еще во времена фильма «Только бог простит», а теперь он замедлил действие еще в несколько раз. Накапливая все главные достижения медленного кино, Рефн ставит большие и красивые планы, где камера неподвижно наблюдает и панорамирует через идеально выстроенные мизансцены. Стилизованную актерскую игру и диалоги, состоящие по большей части из многозначительных пауз, режиссер использует, чтобы создать в кадре перманентное состояние гипнагогии (промежуточное состояние между явью и сном), где возможно все, в том числе и чистая мистика. Цвета и текстура кадров здесь напоминают вовсе не телесериал, а большие галерейные полотна, которые хочется рассматривать подолгу.

«Слишком стар, чтобы умереть молодым» (2019), режиссер Николас Виндинг Рефн

Одной из малоисследованных «медленными» телевизионщиками возможностей остается замедление времени действия даже не в масштабе одного отдельного взятого сезона сериала, а в масштабе многих сезонов одного шоу. Все-таки до сих пор мало какие авторские сериалы вообще доходили до второго сезона, не говоря уже о третьем и последующих. Но и здесь можно найти что-то вроде первой ласточки — например, веб-сериал «On Cinema» — чрезвычайно затянувшуюся шутку в духе Энди Кауфмана. Эта невинная пародия на пустопорожние подкасты за 11 сезонов доросла до настоящей экзистенциальной драмы, причем авторы все эти годы в основном просто эксплуатировали до бесконечности две или три повторяющиеся шутки и причуды персонажей, а в течение многочасовых спецвыпусков растягивали перепалки героев до такой степени, что они начинали скорее пугать, чем смешить.

В таком эффекте нет ничего удивительного: давно понятно, что замедление времени — это страшное оружие в руках кинематографистов.

«On Cinema» (2012)

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari