Документальный номер «Искусства кино»: неизвестный фильм Дзиги Вертова, «Артдокфест», Лозница, Манский, метод Угарова и Греминой

Все, что нужно знать о белорусском кино с момента распада СССР до «Хрусталя»

Кадр из фильма «Настоящая американка» Дарьи Жук

Выход фильма «Хрусталь» стал едва ли не первым заметным извне событием в белорусском кино. Впервые за 20 лет Беларусь отправила номинанта на соискание «Оскара», хотя, как стало известно, он так и не вошел в шорт-лист. «Искусство кино» попросило молодых белорусских критиков Анну Ефременко и Антона Коляго рассказать о главных людях, фильмах и явлениях суверенной кинематографии, обо всем, что мы пропустили со времен распада Союза.

Белорусское кино 1990-х
Кадр из фильма «Я — Иван, ты — Абрам»

В первое десятилетие после распада СССР кинопроцессы в Беларуси практически замерли. Национальное кино не показывалось в кинотеатрах, многие проекты ложились на полку незавершенными, а рафинированные телепроекты государственной киностудии «Беларусьфильм» вызывали слабый интерес у зрителей.

К незаметным жемчужинам 90-х можно отнести «Здешние» (1993) и «На черных лядах» (1995) Валерия Пономарева. Это белорусскоязычные экранизации произведений Янки Купалы и Василя Быкова, осмысляющие национальную ментальность и народные ценности. Сняты они хоть и на средства «Беларусьфильма», но с явным антисоветским настроем.

В этот же период Беларусь совершает первые попытки побороться за «Оскар». В 1994-м и 1996-м на соискание премии выдвигались картины «Я — Иван, ты — Абрам» Йоланды Зоберман и «Из ада в ад» Дмитрия Астрахана. Обе — на еврейскую тему. Ни одна в шорт-лист не попала.

«Беларусьфильм»
Главный корпус «Беларусьфильма» © Чаховіч Уладзіслаў, CC BY-SA 3.0

В Беларуси к главному национальному производителю кино принято относиться иронически. Об этом говорит одно то, что его второе, кулуарное название — «партизанфильм». В нулевых из более чем 60 игровых работ, снятых на студии, примерно половина посвящена военной теме. Это кино о партизанских подвигах, белорусской милиции, в крайнем случае — о «славной дочери белорусского народа Анастасии Слуцкой»Княгиня XVII века, возглавившая оборону Слуцка от крымских татар после смерти мужа и далее по гладкому списку.

Пожалуй, лучшее, куда вписалась студия «Беларусьфильм» в последнее время, — картина Лозницы «В тумане» и уже упомянутый «Хрусталь». Ее основная проблема в непосредственном контроле Минкульта, и, как следствие, регрессивном творческом подходе.

Впрочем, говорить о «Беларусьфильме», не упоминая документалистику (Виктор Аслюк, Галина Адамович) и анимацию (Михаил Тумеля, Игорь Волчек, Руслан Синькевич) его производства — нельзя, потому что как раз на этой почве у студии есть ряд успехов.

«Лiстапад»
Светлана Немоляева на церемонии открытия фестиваля «Лiстапад» в 2018 году © Вероника Вельб

Свой международный кинофестиваль появился у Беларуси еще в 1994 году. В начале «Лiстапад» хоть и был формально международным, но конкурс устраивал между Говорухиным, Астраханом и Тодоровским. Обрести лицо фестивалю в 2010 году помогла новая команда во главе с программным директором Игорем Сукмановым. Именно с этого момента «Лiстапад» обозначил новый формат. Основной конкурс — соревнование фильмов из стран постсоциалистического блока, программа «Молодость на марше» — международный конкурс первых-вторых работ. Минску стали показывать не только российское кино, но и картины из мирового фестивального авангарда.

Тогда же Минский фестиваль получил аккредитацию FIAPFЭто значит, что Международной федерацией кинопродюсеров «Лicтапад» был признан фестивалем с высоким качеством организации, наряду с Берлинским, Каннским, Московским и другими, запустил индустриальную панель, организовал отдельный национальный конкурс для белорусских авторов и из года в год привозит настоящих звезд кино, от Брийанте Мендосы и Клер Дени до Шарунаса Бартаса и Кшиштофа Занусси.

Андрей Кудиненко
Кадр из фильма «Оккупация. Мистерии»

Пионером белорусского независимого кино принято считать Андрея Кудиненко, ученика легендарного советского и белорусского режиссера Виктора Турова. Первые работы — короткий метр «Шуточка» и киноэссе «Сны Валентина Виноградова» — он выпустил еще в конце 90-х.

Первый большой независимый проект Кудиненко «Оккупация. Мистерии» (2003) — это альманах из трех новелл о темной стороне белорусского партизанского движения. Присутствуют элементы метаиронии: в одном из эпизодов персонажи обсуждают судьбу национального кино после войны. «Оккупация» стала первой белорусской картиной, попавшей в конкурсную программу Московского МКФ, при этом в самой Беларуси ей не выдали прокатное удостоверение и запретили ее к показу по причине «несоответствия исторической правде». Спустя семь лет запрет был отменен.

В 2010-м вышел мистический триллер «Масакра», основанный на фольклорных легендах. Сам режиссер называет это кино «бульба-хоррором» по аналогии со «спагетти-вестернами». «Масакра» стала первой попыткой Кудиненко вывести уникальный белорусский жанр, базирующийся на мифотворчестве, в том числе и современном.

После «Масакры» Кудиненко занялся экспериментальным проектом «Хронотоп». Это дополняемый сборник короткометражек от разных авторов, которые, по задумке, должны стать в том числе и реакцией друг на друга, создавая таким образом некий актуальный миф.

«Мы, братья»
Кадр из фильма «Мы, братья» («Код Каина») © Nonstop MEDIA

Первая в истории белорусского кино попытка снять национальный блокбастер, закончившаяся грандиозным провалом. Фильм «Мы, братья» (2015), на стадии производства известный как «Авель», а в международный прокат вышедший с названием «Код Каина», — это проект компании Nonstop Media, которая выиграла тендер Минкульта и получила грант в размере $2 миллионов. В прокате же фильм заработал всего $20 тысяч.

Обещанный триллер с библейским подтекстом и голливудскими звездами в главных ролях оказался безвкусной пародией на видеопрокатное кино начала 90-х с обилием незрелищных автомобильных трюков. Заслуженный пенсионер Голливуда Эрик Робертс, красовавшийся на всех постерах, появился лишь в двух коротких эпизодах. А главную роль в итоге исполнила узбекская модель Наташа Алам. Она сыграла журналистку, которая приехала в Минск распутывать мировой заговор террористической секты «каинитов», мечтающих обратить мир во зло. В ранней версии сценария, которая утекла до премьеры в сеть, фигурировал почему-то Андерс Брейвик, но в самом фильме он так и не появился.

Андрей Курейчик
Кадр из фильма «ГараШ» Андрея Курейчика

С середины 2010-х Андрей Курейчик и его кинокомпания BezBuslou Arts — практически синонимы белорусского независимого жанрового кино. Курейчик — драматург, в кино пришел как сценарист российских фильмов (первые работы — «Любовь-морковь» и «Елки», последняя и главная на данный момент — первые драфты к «Движению вверх»). Как режиссер дебютировал в 2012 году с драмой «Выше неба» о больном СПИДом рок-музыканте. Фильм был снят по заказу программы развития ООН в Беларуси и до 2017 года из-за конфликта с чиновниками программы не показывался в белорусских кинотеатрах. Авторская версия была выложена на YouTube.

В 2015-м вышел второй фильм Курейчика «ГараШ». Это трагикомедия о столкновении прогрессивного молодого человека с макабрическими белорусскими реалиями, фактически духовный родственник «Хрусталя». Главного героя депортируют из США, и ему приходится идти работать в автосервис на окраине Минска. Картина трижды окупила скромный бюджет $5 тысяч и до сих пор остается самым прибыльным белорусским фильмом в истории национального проката.

Год спустя Курейчик выпустил «Party-Zan Фильм», бадди-муви с попытками иронизировать над белорусским государственным кинопроизводством. Весь производственный бюджет был покрыт за счет продакт-плейсмента. В прокате фильм прошел успешно, заработав те же $15 тысяч, что и «ГараШ».

Никита Лаврецкий
Кадр из фильма «Любовь и партнерство» Никиты Лаврецкого

Белорусское кино открыло для себя Никиту Лаврецкого в 2015 году. Тогда в национальную программу «Лiстапада» включили целую ретроспективу молодого автора (Никите на тот момент только исполнился 21 год). «Белорусский психопат», «Поэзия» и «Амерыкан бой» показали, что в стране появился одновременно свой Ноа Баумбах и Хон Сан-су.

Лаврецкий снимает современную Беларусь сквозь призму личных историй, того, что его волнует. Появился режиссер, который заговорил с 20-летними белорусами на их языке.

Лаврецкий вдохновляется американским мамблкором и ранними фильмами Лава Диаса, поэтому в его кино как будто ничего не происходит. Парень с девушкой в «Любви и партнерстве» скидываются на еду в «Макдоналдсе» и обсуждают, пойти ли работать в большую корпорацию или продолжить снимать блог про видеоигры.

Но врожденная киногения не дает фильмам Лаврецкого превратиться в home video и в очередной раз доказывает, что магия кино может рождаться не только на парижских улицах, как в фильмах «новой волны», но и, например, на железнодорожном вокзале в Витебске.

«Дебют»
Кадр из фильма «Дебют» Анастасии Мирошниченко

«Перекресток», первый фильм белорусского документалиста Анастасии Мирошниченко про бездомного художника, прогремел на Варшавском кинофестивале. Вторая полнометражная картина — «Дебют» — стартовала уже с амстердамского IDFA в 2017-м.

То, что в Беларуси вышло кино о театре в женской колонии, — само по себе событие с учетом того, насколько эти территории все еще остаются закрытыми для посторонних. Мирошниченко наблюдает за репетициями, буднями и работой осужденных. Вот девушки, вопреки запретам, подкармливают случайно залетевшую к ним птицу. Шьют форму доблестной белорусской милиции. Раз за разом заваливают сцену, где нужно подойти и по-матерински обнять партнершу, потому что не помнят, как это делается. В финальных кадрах раскрываются личности девушек и их сроки. На премьере фильма в Амстердаме зал в этот момент зашумел: «Употребление и распространение наркотиков — от 5 до 10 лет».

После выхода «Дебюта» с полной уверенностью можно сказать, что молодая современная белорусская документалистика наконец сформировалась. Мирошниченко — не просто превосходный наблюдатель, щепетильный редактор, внимательный собеседник и чуткий человек. Она — такой автор, которому улыбается режиссерская удача, и даже невнимательный зритель заметит это в каждом ее фильме.

«Завтра»
Кадр из фильма «Завтра» Юлии Шатун

Для местного киносообщества Юлия Шатун взялась буквально из ниоткуда (а фактически — из провинциального города Мозырь). Но уже с первым полнометражным фильмом она попала в международный конкурс «Лiстапада»–2017.

«Завтра» — это квинтэссенция национальной идеи, которую до Шатун никто из белорусских кинематографистов не удосужился подметить. Раньше Толя и Оксана преподавали английский, а сейчас перебиваются случайными подработками и разбрасывают листовки по подъездам. Почти все заработанное отправляют сыну-студенту в Минск, на остатки покупают молочку и лотерейный билет. Однажды Толя скажет жене, что его билет выиграл, и поедет в плацкарте в Минск за трофеем — путевкой в теплые края. Но у порога спортивных лотерей развернется и отправится назад домой — без выигрыша.

Шатун снимает периферию так, как ее могли бы снять Шанталь Акерман, Аки Каурисмяки или Чарльз Покел, демонстрирует боязнь перемен, природную склонность ждать и терпеть, рутину как образ жизни. Это независимое кино, снятое за копейки без государственной поддержки, с родителями в главных ролях (сейчас такое безбюджетное производство еще называют партизанским кинематографом).

Андрей Кутило
Кадр из фильма «Сумма» Андрея Кутило

Лицо современной белорусской документалистики. Актуальные, глубоко созерцательные и трогательные кинопортреты Кутило стабильно попадали в программы белорусских и зарубежных фестивалей. Знаковым для режиссера стал 2018 год. Его последний на данный момент фильм «Сумма» о дружбе белорусской девушки с 90-летним польским художником-отшельником выиграл приз амстердамского IDFA в категории среднего метра.

Среди предыдущих заметных работ Кутило:

  • «25», сборник зарисовок о жизнях молодых людей, родившихся и выросших уже в независимой Беларуси;
  • «Гости», рассказ о реабилитационном приюте для бездомных, устроенном фельдшером-миссионером;
  • «Царь горы», история о религиозном видеоблогере и фермере, затеявшем борьбу с белорусской судебной системой.
«Хрусталь»
Кадр из фильма «Хрусталь» © Capella Film

Рефлексивное кино дебютантки Дарьи Жук, резко встряхнувшее не только белорусское кинопространство. В «Хрусталь» еще до кинотеатральной премьеры успели влюбиться российские критики, фильм отметился на десятках крупных фестивалей (в том числе в Карловых Варах и в Лондоне), получил важные награды на фестивалях поменьше («Окно в Европу», Одесский) и выдвинулся от Беларуси на «Оскар» (к сожалению, не попал в шорт-лист).

Некоторая авторская категоричность, возможно, мешает «Хрусталю» стать по-настоящему народным фильмом. Но все равно современное белорусское кино теперь вполне можно делить на «дохрустальную» и «постхрустальную» эпохи. Режиссер Дарья Жук, сама с 90-х живущая в США, до этого отметилась автобиографичным коротким метром «Настоящая американка» (2015), а сейчас планирует феминистическую мелодраму, основанную на истории реальной писательницы.

Первые имена новой белорусской волны
Кадр из фильма «Граф в апельсинах» Влады Сеньковой

На 2018 год новая белорусская волна уже оформилась в более-менее самостоятельное явление. Жук, Лаврецкий, Шатун, Кутило, Мирошниченко — это все имена, которые уже значатся в каталогах международных кинофестивалей. Но разговор о ней начался в период 2014–2015 годов с фильмов Влады Сеньковой («Граф в апельсинах»), Митрия Семенова-Алейникова («Одной крови»), Дарьи Юркевич («Баба, Ваня и коза»).

Эти авторы решились на настоящее независимое кино, взяли продвижение фильмов в свои руки и, не дожидаясь объявления национальных конкурсов, отправляли работы на фестивали. Беларусь стала фигурировать на питчингах и из terra incognita медленно начала превращаться пусть в экзотическую, но все же знакомую миру кино территорию. И самый большой вклад в это на сегодня внес, конечно, «Хрусталь» Дарьи Жук.

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari