Квентин Тарантино и «Однажды в… Голливуде», Канны-2019 и финал «Игры престолов» — в свежем номере журнала «Искусство кино»

Pixar в эпоху YouTube: «История игрушек 4» о друзьях детства, которых уже не вернуть

«История игрушек 4» (2019) © WDSSPR

В самом широком прокате — продолжение легендарной анимационной франшизы о пластиковых и плюшевых друзьях детства и о том, чем они живут, пока на них никто не смотрит. Редактор сайта «Искусство кино» Егор Беликов воспринял «Историю игрушек 4» как элегию о невостребованности.

Когда-то «История игрушек» нужна была еще юной студии Pixar, чтобы продемонстрировать их технологические достижения в 3D-моделировании, но чтобы при этом было не так заметно, что графика отнюдь не фотореалистическая. И до сих пор, кстати, Pixar, хоть и насыщает свои мультфильмы множеством неправдоподобно подробно просчитанных деталей, но все равно не показывает людей и животных в мультфильмах совсем уж настоящими (как это стараются делать, например, разработчики видеоигр), чтобы происходящее продолжало выглядеть как мультфильм, а не как документальное кино. Прошли десятки лет, теперь все на свете студии делают 3D-анимацию, и хотя Pixar от них стоит особняком, показательно, что они продолжают все те же «Истории игрушек», словно напевая грустным голосом: «Я был когда-то странной игрушкой деревянной…»

Неудивительно, что в эпоху, когда дети смотрят YouTube и стримы с Minecraft, студия Pixar в лице их отпрыска, режиссера-дебютанта в полном метре Джоша Кули, исследует в «Истории игрушек 4» различные категории невостребованности, что, конечно, детям до поры будет незнакомо, впрочем, именно дети по сюжету «Истории игрушек 4» и выступают проводниками этой невостребованности, причем не со зла: просто какие-то игрушки в определенные моменты их обидно быстрого взросления им нравятся больше, какие-то — меньше.

Главная героиня Бонни беззаботно играет с персонажами, доставшимися ей от предыдущего владельца, ушедшего в колледж (эта правопреемственность была подробно рассмотрена в финале «Истории игрушек 3»): ковбоем Вуди, астронавтом Баззом, супругами Картошками (их в квадриквеле преступно мало) и прочими. Но дошкольнице пробил час идти в первый класс, а это предвестник будущего необратимого взросления и прочих неприятных жизненных перемен. Игрушки она с собой не берет и поэтому собирает новую прямо в классе, изо всякого мусора: пластмассовой вилки, жвачки, переломленной пополам палочки от мороженого и двух наклеек-глазок. Получается Вилкинс, недоигрушка, которая не хочет быть мучимой ребенком, а хочет просто умереть на помойке, что ей и было завещано судьбой, пока не вмешалась Бонни. Вилкинс здесь отвергает новую жизнь, ту, в которой он оказался кому-то нужен, потому что, кажется, просто не может в это поверить.

Ближе к середине главной сюжетной локацией становится антикварный магазин, в котором, конечно, есть и раритетные игрушки, уже и не надеющиеся найти нового хозяина, ведь они вышли из моды. Не только люди меняются, но и игрушки вслед за ними: что рекламируют по телевидению, то и покупают взыскательным юным потребителям. И там будут все более пластиковые яркие поделки, но уж никак не трепетные фарфоровые куклы и заводные страшилища с большими зубами, которые когда-то, наверное, не пугали, а радовали детей, которым это покупали. Они прислуживают злодейке, здесь ею выступает именно что кукла, вечно юная и прекрасная, но в одночасье онемевшая, — у нее сломался звуковой модуль, и в этом она и видит причину своего одиночества: дети ее не хотят, потому что она не может сказать «Я тебя люблю», когда ее тянут за ниточку в спине.

«История игрушек 4» (2019) © WDSSPR

Кажется, что игрушки не чувствуют тоски, ведь они — всего лишь неодушевленные предметы, но в Pixar снова и снова задаются одним и тем же вопросом «А что если бы у игрушек/роботов/эмоций была душа?» (Имеются в виду мультфильмы «История игрушек», «ВАЛЛ-И», «Головоломка» соответственно). Уже второй раз, как и в «Истории игрушек 3», герои Pixar оказываются в своеобразном чистилище и одновременно в доме престарелых — месте, где ждут то ли смерти, то ли новой, уже, видимо, загробной жизни никогда не меняющиеся, не седеющие, лишь потертые и чуть поломанные игрушки, что бьются в кровь о железную старость. У них нет ни обид, ни плохих воспоминаний, только готовность служить почвой для детских фантазий и сюжетов, разыгрываемых с их помощью. «История игрушек 3» превращалась к концу в экзистенциальную драму, причем ту, что пострашнее многих ужасов: она была о смерти, которую не преодолеть, которая сожжет нас всех. И затем игрушки, последние гонцы безвозвратно ушедших детских времен, через боль и страх спаслись от вечного огня, чтобы в финале довести зрителя до очистительных слез по тем забытым друзьям из прошлого, лежащим где-то в ящике комода (каком конкретно, уже и не вспомнить).

«История игрушек 4» же продолжает франшизу, но не углубляет ее, эмпирически это, конечно, квадриквел, но не по смыслу: в него, как из игрушечного самосвала в песочницу, просто наваливают больше забавностей, очередных игрушек, что спрятались в неизученных углах пресловутого ящика комода, тех самых, что валялись в идейных запасниках Pixar все эти годы. Здесь есть, к примеру, пародийный канадец-каскадер на мотоцикле, перед нужным по сюжету прыжком заявляющий «Надо — значит, Канада» (как жаль, что в России не услышать голоса бессмертного, как пластиковые игрушки, Киану Ривза, озвучившего его в оригинале). Или парочка заклятых друзей, пришитых друг к другу плюшевых лузеров по имени Зая и Утя, висящая как приз в аттракционе «Попади в цель», похожие на сварливых тинейджеров, придумывающих на ходу жуткие маньячные истории про себя и окружающих. Смешные, нелепые, одушевленные — все те же, что в трех замечательных фильмах кряду, и в четвертом — примерно таком же вдумчивом и в то же время не столь напрягающем.

«История игрушек 4» воспринимается не иначе как наведение порядка в усложнившейся хронологии необъяснимо затянувшейся, хоть и важной для Pixar серии фильмов, ответ на неизбежный детский вопрос после посмотренных трех частей: «А что у них было дальше?» — как рассказ о судьбах давно потерянных игрушек, о которых не хочется думать, что они лежат под десятью метрами мусора на гигантской дымящейся свалке. Милое дитя, не плачь, на самом деле они стали звездами передвижной ярмарки где-то в Америке и радуют тысячи других ребятишек каждый день.

«История игрушек 4» (2019) © WDSSPR

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari