В свежем номере журнала «Искусство кино»: «Джокер» и другие фильмы Венецианского фестиваля — 2019, киновселенная Marvel и история VR

Сериал «Политик» Райана Мёрфи — Макиавелли для миллениалов

«Политик», 2019

На Netflix вышел первый сезон «Политика» — нового шоу многостаночника Райана Мёрфи («Хор», «Американская история ужасов», «Поза» и так далее). Анна Филиппова считает, что это не только политическая сатира, напоминающая периодически о «Власти» или «Карточном домике», но и бомба в роскошный сад гламура.

«Король стримингового бума» Райан Мёрфи на зависть работоспособен: сейчас он занят в 15 проектах, среди которых — третьи сезоны «Позы» и «Американской истории преступлений» (о скандале с Моникой Левински) для FX и «9–1–1» для канала Fox. С последнего, кстати, Мёрфи ушел в 2018 году, заключив с Netflix рекордный контракт на $300 млн. В свете скорого появления новых конкурентов — Apple TV+, Disney+ и HBO Max — стриминговый сервис решил заполучить «шоураннера номер один», а Мёрфи теперь предстоит не только защитить титул, но и, если повезет, превзойти себя.

«Политик» — история эгоманьяка Пейтона (Бен Платт), который с детства мечтает стать президентом США. Цель, как известно, оправдывает средства, но в современном мире это больше не конкурентное преимущество. Одноклассники Пейтона — такие же расчетливые прагматики, готовые пойти на любое преступление ради не 30 сребренников, но лишнего процента в экзитполах. У Пейтона есть друзья, точнее, сотрудники его избирательного штаба: Джеймс (трансгендерный актер Тео Джермейн) и Элис (Джулия Шлепфер), которую Пейтон явно рассматривает в качестве будущей первой леди (даром что он, судя по всему, гомосексуал).

Мёрфи любит повторять, что он всего лишь «мальчик-гей из Индианы, приехавший в 1989 году в Голливуд с $55 в кармане». Именно этому мальчику экранные геи обязаны тем, что из парикмахеров и подружек невесты они превратились в полноценных персонажей, а порой и главных героев, как в «Политике». Однако выведя гомосексуалов с подмостков истории и кастинга, Мёрфи не стал превращать их в безгрешных и рафинированных eye-candy с нулевым подкожным жиром. «Фирменный гомосексуал» Мёрфи — это мерзавец: фанатик, вынашивающий изощренный план по отмщению миру. Такой типаж относится к главным тропам квир-эстетики: вышедшая в 1932 году книга Генри Форда и Паркера Тайлера о жизни богемных геев и лесбиянок в нью-йоркской Гринвич-Виллидж называлась The Young And Evil («Молоды и опасны»). Не менее известен он и по «Исповеди маски» (1949) Юкио Мисимы, который закончит жизнь публичным сэппуку. Или по жизни и романам бандита-бродяги Жана Жене, утратившего брезгливость на физическом уровне, что уж говорить о духе.

«Политик», 2019

Пейтон одержим идеей фикс и манией величия, но также — хорош собой, умен, трудолюбив, самоотвержен. Он обладает харизмой победителя, а все потому, что поцелован богом (то есть Мёрфи). Сколько бы преступлений Пейтон ни совершил на пути к президентскому креслу, до которого рассчитывает добраться через 30 летШоу продлили на второй сезон — прим. автора, мы всегда будем надеяться, что он победит. Врагов же у Пейтона хватает: не только соперники по школьным выборам, но и бесчисленные завистники, а также братья, с которыми он конкурирует за наследство чудаковатого отца-миллиардера, не вылезающего из библиотеки. Нюанс в том, что Пейтон — приемный сын, то есть в глазах братьев — практически бастард, не имеющий права на наследство и зайцем попавший в привилегированную жизнь one percentersОт английского «один процент». Так обозначают сверхбогатых американцев, принадлежащих к финансовой элите, чье совокупное состояние составляет примерно 20% национального ВВП — прим. ред..

Жизнь эта, надо сказать, эстетически прекрасна: страсть Мёрфи к интерьерам роскошных вилл в псевдороманском стиле (очень популярном у толстосумов Западного побережья; например, в похожем стиле построена вилла Гетти в Лос-Анджелесе) настолько же избыточна, насколько и заразительна. Примечательно, что Мёрфи всегда кастрирует эту идеальную и свежевыглаженную реальность: например, если в комнате стоит роскошная кровать с шелковыми простынями, то рано или поздно на ней произойдет жестокое убийство. Жест очень в традициях кэмпа — поместить что-то на пьедестал, чтобы потом низвергнуть и затоптать. Вспоминается вечеринка, организованная в 1996 году в московском клубе «Титаник», с замечательным названием «Убить Versace». Ее целью было деконструировать российскую аляповатую любовь к вещам этого бренда. По роковому совпадению через девять месяцев Версаче действительно убили.

Однако в прицеле сценариста оказался не только гламур, но и американские политики — с их шоуменством, лицемерием и переобуванием в воздухе. Насмешка читается в том, как виртуозно школьники лавируют между предвыборными скандалами, демонстрируя, что даже дети гораздо компетентнее политиканов. Да еще и выглядят лучше (в отличие от Трампа, который вызывает у американцев физиологическое отвращение). Попутно Мёрфи камня на камне не оставляет от политики инклюзивности: всеобщая любовь к ЛГБТ, инвалидам и национальным меньшинствам — всего лишь инструмент для создания образа идеального кандидата. Представители ЛГБТ, впрочем, тоже участвуют в этой игре, устав быть не более чем средством.

«Политик», 2019

Для поклонников «Семейки Тененбаум» Уэса Андерсона в сериале спрятано украшенное сусальным золотом пасхальное яйцо: это героиня Гвинет Пэлтроу — Джорджина Хобарт, приемная мать Пейтона. Обладающая грацией греческой музы и спокойствием пифии, она пожертвовала сексуальностью и женственностью ради выгодного брака, благосостояния и воспитания сыновей, из которых только Пейтон — по-настоящему любимый. Джорджина обладает всеми свойствами Марго Тененбаум (которая, кстати, тоже приемыш, как Пейтон), вплоть до схожего чувства стиля. Правда, когда Джорджина влюбится в женщину-конюха, которую играет Мартина Навратилова, сходство улетучивается. Когда выбор встает между любовью («Я никогда не испытывала это чувство и уже не надеялась, что смогу») и деньгами (откладывать на черный день ей в голову не пришло), Пейтон тут же вступается за мать. Так они и спасают друг друга весь сериал: довольно нелепый сюжетный «тяни-толкай» — но, учитывая, что у большинства гомосексуалов довольно напряженные отношения с матерью, это выглядит трогательно. Однако из-за этого «Политик» оставляет ощущение затянутого текста, переходящего в графоманию. Судя по всему, последние две серии понадобились Мёрфи, чтобы перекинуть мостик в следующий сезон.

Аристотель заметил: «Человек — политическое животное». Райан Мёрфи сказал: «Я — легенда, это случилось». В школе он был президентом клуба поклонников Мэрил Стрип. Раунд.

«Политик», 2019

К сожалению, браузер, которым вы пользуйтесь, устарел и не позволяет корректно отображать сайт. Пожалуйста, установите любой из современных браузеров, например:

Google Chrome Firefox Safari